Статья посвящена проблеме ограничения права подозреваемого и обвиняемого на конфиденциальное общение с защитником, вступающим в уголовное дело на досудебной стадии непосредственно перед проведением безотлагательных процессуальных действий. Автор анализирует нормативные основания такого ограничения, в частности, предусмотренные ч. 4 ст. 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ), исследует вопрос о допустимости и пределах несудебного и судебного контроля за ограничением времени свидания, а также о минимальном гарантированном периоде общения доверителя с вновь вступившим в дело адвокатом. Отдельное внимание уделено неопределенности формулировки п. 3 ч. 4 ст. 46 УПК РФ и предложению о ее приведении в соответствие с п. 9 ч. 4 ст. 47 УПК РФ. На основе анализа уголовно-процессуального закона, Стандарта осуществления адвокатом защиты в уголовном судопроизводстве и правоприменительной практики формулируются практические рекомендации адвокатам по отстаиванию права на свидание с доверителем до начала первого процессуального действия.
Адвокат вступает в уголовное дело на досудебной стадии либо в стадии судебного разбирательства. Идеальный вариант – это когда адвокат работает с момента проведения первых процессуальных действий в отношении подозреваемого и до приговора. Однако так бывает далеко не всегда, и адвокат вступает в дело на различных срединных этапах предварительного расследования либо судебного разбирательства, часто в экстренном порядке, т.е. непосредственно перед проведением тех или иных безотлагательных (здесь и далее под «безотлагательными», а равно «срочными» либо «неотложными» понимаются процессуальные действия, проведение которых ограничено прямо указанными в законе предельными сроками) процессуальных действий. В этой связи зачастую возникают проблемы, связанные с ограничением следователем (судом) практической реализации права адвоката-защитника на «неограниченное» общение с подзащитным непосредственно перед первым для данного защитника процессуальным действием. Это приводит к конфликтам и жалобам на адвоката со стороны следствия и суда (как на назначенного, так и на приглашенного) – на якобы «злоупотребление правом» общения с подзащитным, либо как раз от подзащитного (в основном на назначенного адвоката) – на нарушение его права на защиту из-за неадекватно (по его мнению) ограниченного времени общения с назначенным адвокатом.
