×

Власть защищает себя от граждан?

Складывается впечатление, что практика применения ст. 282 УК направлена на запугивание несогласных
Назаров Ерлан
Назаров Ерлан
Председатель МКА «Паритет»

22 августа СПЧ опубликовал рекомендации по совершенствованию законодательства о противодействии экстремизму и практики его применения, которые были подготовлены в связи с поручением Президента РФ, данным Общероссийскому народному фронту и Генпрокуратуре РФ, до 15 сентября 2018 г. провести анализ использования в правоприменительной практике понятий «экстремистское сообщество» и «преступление экстремистской направленности».

Читайте также
СПЧ предложил отменить уголовную ответственность за репосты
В своих рекомендациях Совет указал на необходимость частичной декриминализации ст. 282 УК РФ
23 Августа 2018 Новости

Отрадно, что, наконец, и голос СПЧ влился в полноводное русло требований экспертов, специалистов, отдельных депутатов, общественности о декриминализации пресловутой ст. 282 Уголовного кодекса РФ. Явные перекосы в правоприменительной практике, когда отсутствие юридической определенности и расплывчатые формулировки данной уголовно-правовой нормы позволяют привлекать к уголовной ответственности интернет-пользователей за «лайки», мемы и перепосты в социальных сетях, не только не теряют своей актуальности, но, напротив, наращивают свой отрицательный потенциал.

Появляющиеся с пугающей регулярностью в средствах массовой информации новости о возбуждении в различных регионах уголовных дел по так называемой «экстремистской» статье вызывают недоумение и убежденность в том, что «охота на ведьм» лишь набирает обороты, несмотря на крайне негативную реакцию общества на подобную активизацию правоохранительных органов.

Представители адвокатского сообщества, в том числе на сайте «Адвокатской газеты», уже не раз высказывались на эту тему, оценивая практику применения ст. 282 УК РФ как способ преследования граждан за инакомыслие, вольнодумство, критику, выражение недовольства теми или иными процессами в обществе и стране.

Действительно, складывается впечатление, что власти хотят «на каждый роток набросить платок», когда под уголовную ответственность уже искусственно подводятся материалы карикатурного или сатирического характера, не имеющие никакого отношения к экстремизму. Уголовным делом теперь можно подменить исковое производство о защите чести, достоинства или деловой репутации, поскольку все чаще становятся публичным достоянием факты признания «экстремистскими» материалами фотоколлажей или комментариев, касающихся конкретных персоналий, и т.п.

В ст. 1 Федерального закона от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» содержатся определения как экстремистской деятельности, так и экстремистских материалов, под которыми понимаются предназначенные для обнародования документы либо информация на иных носителях, призывающие к осуществлению экстремистской деятельности либо обосновывающие или оправдывающие необходимость осуществления такой деятельности, в том числе труды руководителей национал-социалистской рабочей партии Германии, фашистской партии Италии, публикации, обосновывающие или оправдывающие национальное и (или) расовое превосходство либо оправдывающие практику совершения военных или иных преступлений, направленных на полное или частичное уничтожение какой-либо этнической, социальной, расовой, национальной или религиозной группы.

При этом Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом, ратифицированная Федеральным законом от 10 января 2003 г. № 3-ФЗ, содержит следующее определение: «экстремизм – какое-либо деяние, направленное на насильственный захват власти или насильственное удержание власти, а также на насильственное изменение конституционного строя государства, а равно насильственное посягательство на общественную безопасность, в том числе организация в вышеуказанных целях незаконных вооруженных формирований или участие в них».

То есть экстремистские материалы по своему содержанию должны характеризоваться наличием такого обязательного признака, как насилие или призывы к насильственным действиям.

На практике идет явная подмена таких материалов информацией, не имеющей никакого отношения к экстремизму.

Мало этого, нельзя не отметить, что, по сути, в отдельный состав преступления (ст. 282 УК РФ) были выведены обстоятельства, отягчающие ответственность, предусмотренные п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ: совершение преступления по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.

Полагаю, что все это противоречит и Конституции РФ, и международным правовым актам, ратифицированным Россией.

Так, ст. 29 Конституции РФ каждому гарантируется свобода мысли и слова, никто не может быть принужден к выражению его мнений и убеждений или отказу от них, каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, цензура запрещается.

Согласно п. 1 ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ.

Как неоднократно указывал Европейский Суд по правам человека, свобода выражения мнения, как она определяется в п. 1 ст. 10 Конвенции, представляет собой одну из несущих основ демократического общества, основополагающее условие его прогресса и самореализации каждого его члена. Свобода слова охватывает не только «информацию» или «идеи», которые встречаются благоприятно или рассматриваются как безобидные либо нейтральные, но также и такие, которые оскорбляют, шокируют или внушают беспокойство. Таковы требования плюрализма, толерантности и либерализма, без которых нет «демократического общества».

Взять, к примеру, небезызвестный еженедельник «Charlie Hebdo», специализирующийся на политической сатире, антирелигиозной тематике, высмеивающий политиков, ультраправых, ислам и христианство. Можно не соглашаться с теми или иными публикуемыми в нем репортажами или карикатурами, порой шокирующими и зачастую для многих неприемлемыми, но французским властям и в голову не приходит преследовать журналистов, поскольку они отражают взгляды определенной части населения.

Очевидно, что наши ретивые правоохранители, добивающиеся служебных показателей на применении рассматриваемой статьи уголовного закона, далеки от понимания этих правовых позиций и требований. Печально, что суды идут на поводу и не горят желанием исправлять ошибки следствия и оперативных служб.

Никто не задумывается над тем, что ст. 282 УК РФ входит в гл. 29 «Преступления против основ конституционного строя и безопасности государства», и осужденные по ней граждане фактически становятся «врагами государства», «политическими» заключенными, узниками совести. Соответственно, значительный рост количества таких уголовных дел, оконченных обвинительными приговорами, не только не укладывается в общую идиллическую картину состояния общества, которую транслируют средства массовой информации, в первую очередь, главные телеканалы страны, но идет вразрез с официальной линией.

С сожалением можно констатировать и возрождение порочной практики доносительства именно по этой категории дел, какими бы мотивами ни руководствовались «сознательные» граждане. «Подставные» потерпевшие еще больше способствуют дискредитации подобной борьбы с инакомыслием.

Искусственное деление населения страны на так называемые «социальные группы» (ст. 282 УК РФ), верующих и атеистов (ст. 148 УК РФ) может привести к расколу в обществе. Так, критика руководителей, чиновников, сотрудников правоохранительных органов, судебной системы и т.п., какая бы обидная она ни была, не должна расцениваться как «экстремистское» преступное посягательство на некую «социальную группу». К примеру, ЕСПЧ уже неоднократно высказывался по поводу пределов критики публичных должностных лиц.

Более того, вряд ли можно говорить о соразмерности санкции ч. 1 ст. 282 УК РФ тем деяниям, за которые привлекаются лица, сделавшие перепост какой-либо фотографии или картинки. Лишение свободы до 5 лет с установлением минимального предела в 2 года не предусматривают и гораздо более серьезные, на мой взгляд, по степени общественной опасности преступления.

Например, публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности (ч. 1 ст. 280 УК РФ), публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации (ст. 280.1 УК РФ), разглашение государственной тайны (ст. 283 УК РФ), незаконное получение сведений, составляющих государственную тайну (ст. 283.1 УК РФ), – до 4 лет лишения свободы без нижнего предела.

Примечаниями к ст. 282.1 УК РФ («Организация экстремистского сообщества»), ст. 282.2 УК РФ («Организация деятельности экстремистской организации») лицам, впервые совершившим указанные преступления и добровольно прекратившим участие в деятельности экстремистских сообществ или организаций, предоставлена возможность освобождения от уголовной ответственности, если в их действиях не содержится иного состава преступления. Обвиняемым по ст. 282 УК РФ таких поблажек законодатель не предоставил, даже если пост или фото давным-давно были удалены пользователем.

Создается впечатление, что анализируемой уголовно-правовой нормой власть превентивно защищает саму себя от своих же граждан, а практика ее применения направлена на запугивание несогласных, недовольных, тех, кто еще не боится выражать свое мнение.

Полагаю, что позиция СПЧ относительно ст. 148 и 282 УК РФ, сформулированная в рекомендациях, является достаточно обоснованной, аргументированной и заслуживающей внимания наряду с другими экспертными оценками по вопросу устранения или смягчения ответственности за эти так называемые экстремистские деяния.

Остается надеяться, что законодатели услышат голос общественности, который присовокупился к инициативе ряда депутатов Государственной Думы о декриминализации названных преступлений, и не будут откладывать решение этого вопроса в долгий ящик.

Рассказать:
Другие мнения
Стрижак Андрей
Стрижак Андрей
Адвокат КА «Цитадель»
Правомочия адвоката по ордеру в гражданском процессе
Гражданское право и процесс
В каких случаях доверенность необходима, а в каких – нет
30 Ноября 2020
Милосердов Александр
Милосердов Александр
Старший юрист судебно-арбитражной практики Адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры»
Арбитражный суд на страже природы
Природоохранное право
Без положительного заключения государственной экологической экспертизы строить мусорный полигон запрещено
27 Ноября 2020
Горин Егор
Горин Егор
Партнер, руководитель практики судебной защиты КСК групп
Правомерен ли зачет неустойки против основного долга?
Арбитражное право и процесс
ВС рассмотрел взаимные претензии комиссионера и комитента под неформальным углом
26 Ноября 2020
Базаров Дмитрий
Базаров Дмитрий
Адвокат, партнер BGP Litigation
Оспаривание зачета в банкротстве: новый подход Верховного Суда
Арбитражное право и процесс
Есть ли разница между сальдо и зачетом?
25 Ноября 2020
Семикина Елена
Семикина Елена
Адвокат Томской объединенной коллегии адвокатов

«Мучительная агония преюдиции» в гражданском процессе
Арбитражное право и процесс
Применение норм о преюдиции в актах высших судебных инстанций
24 Ноября 2020
Козенков Александр
Решение о сносе мусорного полигона в Архангельской области устояло в апелляции
Арбитражное право и процесс
Суды выявили ряд нарушений, допущенных при строительстве объекта
23 Ноября 2020