×

ЕСПЧ присудил 15,5 тыс. евро матери, которая 4 года не видела детей из-за некачественной работы судебных приставов

При этом Европейский Суд указал: нельзя полностью утверждать, что выполненные Российской Федерацией действия были недостаточными
Фото: «Адвокатская газета»
В комментарии «АГ» юрист Ванесса Коган, представлявшая заявительницу, отметила, что проблема неисполнения решений суда об определении места жительства ребенка после развода является системной для России, а особенности регионов Северного Кавказа еще больше ее усугубляют.

Европейский Суд по правам человека опубликовал постановление по делу «Муружева против России», заявительница по которому Лейла Муружева жаловалась на нарушение ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в связи с многолетним неисполнением решения суда, определившего, что ее дети должны жить с ней, а не с бывшим супругом. 

В мае 2008 г. Лейла Муружева вышла замуж за Р., они стали проживать в Москве. В том же году у них родился первый ребенок, а в 2012 г. – второй. Спустя два года, в январе 2014 г., супруги решили развестись. При этом за два месяца до оформления развода Р. тайком от Лейлы Муружевой увез их детей к родителям в Ингушетию, после чего вернулся в Москву. 

11 марта 2014 г. Лейла Муружева обратилась в суд с заявлением об определении места жительства детей. 25 июня 2014 г. он вынес решение в пользу женщины. Суд также указал, что Р. должен вернуть детей. В ноябре в связи с неисполнением этого решения суд выдал исполнительный лист, который был направлен в Ингушетию. Однако приставы республики отказали в возбуждении исполнительного производства, поскольку Р. проживал в Москве. Таким образом, оно было возбуждено в столице.

Между тем 23 марта, 2 апреля, 14 апреля и 16 апреля 2015 г. судебные приставы Ингушетии пытались исполнить решение суда, однако не смогли, так как на детей либо оказывалось психологическое давление, либо они были за пределами Ингушетии, либо их мать не являлась для передачи ей детей. В конце апреля 2015 г. Лейла Муружева обратилась в суд с иском к сотрудникам ФССП, в котором оспаривала законность действий приставов. В суде она отметила, что действия приставов 16 апреля 2015 г. не были полными и не могли привести к передаче детей, поскольку она не была уведомлена о месте и времени. Суд удовлетворил ее исковые требования. 

17 сентября 2015 г. иск о принудительном исполнении был возвращен в Москву, в связи с чем судебный пристав наложил на Р. штраф. Такое наказание налагалось на него в общей сложности 6 раз вплоть до 14 апреля 2016 г., пока исполнительное производство не было приостановлено. После этого Лейла Муружева подала жалобу в Европейский Суд. 

В отзыве на жалобу Правительство РФ утверждало, что национальные власти предприняли все необходимые шаги для обеспечения исполнения решения суда. По его мнению, заявительница сама помешала исполнению, так как была уведомлена о назначенных сроках исполнения, но не приезжала, а передача детей не могла произойти в ее отсутствие.

Также российская сторона указывала, что Р. привозил детей в Управление ФССП для передачи заявительнице 16 июня, 5 и 15 июля 2015 г., однако Лейла Муружева не приезжала в Ингушетию.

В ответе на возражения Правительства Лейла Муружева указала, что в ходе исполнительного производства судебные приставы оказались не подготовленными к исполнению исполнительного листа, не имели четкого представления о необходимых действиях. Кроме того, она пояснила, что присутствовала при всех попытках принудительного исполнения, о которых была должным образом уведомлена, а именно 23 марта, 2 апреля и 16 апреля 2015 г., за исключением принудительного исполнения, запланированного на 14 апреля 2015 г., когда она болела. О других датах ей сообщено не было. Кроме того, Лейла Муружева пояснила, что штрафы были незначительными и не могли повлиять на действия бывшего супруга. Кроме того, заявительница указала, что в соответствии с ч. 10 ст. 33 Закона об исполнительном производстве судебный пристав-исполнитель мог применить меры принудительного исполнения на территории, на которую не распространяются его полномочия, однако не сделал этого.

ЕСПЧ согласился: исходя из имевшихся в деле документов видно, что о передаче был уведомлен только Р., и по результату рассмотрения дела признал нарушение ст. 8 Конвенции. При вынесении решения Европейский Суд указал, что при определении места жительства национальные суды должны учитывать мнение всех заинтересованных лиц. При этом исполнение такого решения может занять длительное время. Суд указал, что не все меры, принятые Российской Федерацией, можно считать недостаточными, однако присудил Лейле Муружевой 12,5 тыс. евро в качестве компенсации морального вреда и 3 тыс. евро в качестве компенсации судебных расходов. 

Комментируя «АГ» постановление, юрист «Правовой инициативы» Ванесса Коган, представлявшая заявительницу в ЕСПЧ, пояснила, что присужденная компенсация является стандартной по таким делам, хотя со временем немного увеличивается. «Что касается исполнения решения по существу, то согласно процедуре Правительство России должно предложить Комитету План действий по исполнению. Это может быть регулярная работа психолога и социальных служб со всеми участниками исполнительного производства для того, чтобы облегчить исполнение решения суда. Правительство обязано регулярно отчитываться перед Комитетом Министров, пока решение не будет исполнено», – указала Ванесса Коган.  

Юрист пояснила, что проблема неисполнения решений суда об определении места жительства ребенка после развода является системной для России, а особенности регионов Северного Кавказа еще больше ее усугубляют. «Прежде всего, это недостаточная ответственность для должника – максимальный штраф за неисполнение не превышает 2500 руб., административный арест или уголовная ответственность не предусмотрены. Второе – нет жестких сроков исполнения решений суда по такой чувствительной категории, как детско-родительские отношения, и процедура может длиться годами. Известны случаи, когда доходило до 10 лет. И третье – ограниченная территориальная юрисдикция подразделений судебных приставов. Если должник постоянно переезжает из одного субъекта РФ или даже района в другой, исполнительное производство передается. Все это занимает много времени», – пояснила Ванесса Коган.

Рассказать: