Верховный Суд опубликовал Определение от 25 июля по делу № 46-КГ23-8-К6, в котором указал на недопустимость подмены понятий компенсации за нарушение права на досудебное производство в разумный срок и возмещения вреда в соответствии со ст. 1069, 1070 ГК РФ.
22 августа 2012 г. следственным отделом по г. Тольятти СУ СК РФ по Самарской области было возбуждено уголовное дело по ч. 110 «Доведение до самоубийства» УК РФ в связи со смертью С. Новосельцева. Впоследствии дело было переквалифицировано следователем на ч. 1 ст. 105 «Убийство» УК РФ. Супруга умершего Оксана Новосельцева была признана потерпевшей.
В ходе расследования уголовного дела был установлен факт должностного подлога со стороны следователя Эльнура Гамбарова, в связи с чем 11 марта 2020 г. в отношении него было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 292 УК РФ. 11 февраля 2021 г. дело в отношении следователя было прекращено по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности.
В 2021 г. Оксане Новосельцевой была присуждена компенсация за нарушение права на досудебное производство в разумный срок. Позднее она обратилась в суд с иском к Эльнуру Гамбарову, Следственному комитету РФ и СУ СК РФ по Самарской области о взыскании компенсации морального вреда в размере 100 тыс. руб. Она указывала, что незаконными действиями должностного лица по фальсификации процессуальных документов ей причинены физические и нравственные страдания.
Отказывая в удовлетворении иска, суд сослался на решение Самарского областного суда от 21 октября 2021 г., из содержания которого следует, что при присуждении Оксане Новосельцевой компенсации за нарушение права на досудебное производство в разумный срок судом были учтены изложенные в новом иске обстоятельства. С такими выводами согласились суды апелляционной и кассационной инстанций.
Не согласившись с этим, Оксана Новосельцева обратилась с кассационной жалобой в Верховный Суд. Судебная коллегия по гражданским делам ВС напомнила, что в соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 ГК, уточнил Суд.
ВС подчеркнул, что государство должно способствовать укреплению законности в деятельности органов государственной власти, а также защищать граждан, пострадавших от незаконных действий органов государственной власти и их должностных лиц. Он пояснил, что если суд признал доказанным факт причинения морального вреда в результате незаконных действий (бездействия) указанных органов и их должностных лиц и пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то в судебном акте должны быть приведены достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации. Такая компенсация присуждается исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, указано в определении.
При этом, как заметил Суд, присуждение компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда именно за указанные нарушения и не препятствует возмещению вреда в соответствии со ст. 1069, 1070 ГК. Ссылаясь на п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 29 марта 2016 г. № 11, ВС разъяснил, что компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок и права на исполнение судебного акта в разумный срок как мера ответственности государства имеет целью возмещение причиненного неимущественного вреда фактом нарушения процедурных условий, обеспечивающих реализацию данных прав в разумный срок, независимо от наличия или отсутствия вины суда, органов уголовного преследования, органов, на которые возложена обязанность по исполнению судебных актов, иных государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц.
Судебная коллегия подчеркнула, что Оксана Новосельцева обращала внимание судов на то, что в обоснование исковых требований она указывала на признание ее потерпевшей по уголовному делу ввиду нарушения ее права на защиту государством от преступлений, на соблюдение законов государственными органами, на социальную безопасность, а не права на досудебное производство в разумный срок. Поэтому сам факт признания ее потерпевшей в результате совершения должностным лицом противоправных действий, носящих характер уголовно наказуемого деяния, и прекращения уголовного преследования в отношении данного лица по нереабилитирующим основаниям предполагает возникновение у ответчиков обязанности по возмещению вреда.
Как отметил Суд, Оксана Новосельцева также подчеркивала, что она является потерпевшей по уголовному делу, возбужденному по факту смерти ее мужа, которое на момент обращения заявительницы в суд не было окончено. Сама по себе длительная неспособность следственных органов дать удовлетворительные ответы на вопросы, возникшие в связи со смертью супруга, вызывала у нее душевные страдания. Однако эти обстоятельства какой-либо оценки судов не получили, а допущенные нижестоящими инстанциями нарушения норм материального и процессуального права не были устранены кассационным судом. В связи с этим ВС отменил судебные акты по делу и направил его на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Адвокат АП г. Москвы, адвокат КА «Конфедерация» Валентина Леонидченко считает, что определение вносит ясность в правоприменение по нескольким аспектам. Верховный Суд разъяснил, что реализация потерпевшим права на присуждение компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок не препятствует возмещению вреда в соответствии со ст. 1069, 1070 ГК. Эксперт обратила внимание, что ранее правоприменители толковали закон в этой части ровно так, как это изложено в судебных актах, отмененных ВС. «В качестве примера из собственной практики могу привести административное дело № 3а-366/2015 и вынесенные по нему судебные акты Краснодарского краевого суда, оставленные в силе Определением судьи ВС РФ от 22 июля 2016 г. № 53-КФ16-488. В данном деле суды отказали заявителю в присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок, сославшись на то, что ранее в порядке реабилитации ему был компенсирован моральный вред за незаконное уголовное преследование», – поделилась адвокат.
Валентина Леонидченко рассказала, что при этом были проигнорированы доводы защиты о том, что иск о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок и иск о компенсации морального вреда направлены на реализацию двух разных прав, что эти иски различаются как по предмету требования, так и по правовым и фактическим основаниям. Адвокат выразила надежду, что определение ВС РФ сломает эту закрепившуюся негативную практику.
Она также считает справедливым подход ВС РФ, в котором он обратил внимание на то, что факт признания заявителя потерпевшей в результате совершения должностным лицом противоправных действий и прекращения уголовного преследования в отношении данного лица по нереабилитирующим основаниям предполагает возникновение у ответчиков обязанности по возмещению вреда. По мнению Валентины Леонидченко, при таком подходе соблюдается баланс конституционно значимых прав как потерпевшего, так и лица, в отношении которого уголовное преследование было прекращено по нереабилитирующим основаниям.
Адвокат АБ «А2К» г. Казани Дмитрий Хомич уверен, что определение ВС в полной мере соответствует проводимой государством политике в области защиты прав человека. «Еще 9 декабря 2021 г. Владимир Путин на открытии заседания Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека, заявил: “Вопрос защиты прав и свобод человека и гражданина постоянно находится в сфере нашего внимания, в повестке дня Совета”. Как верно указал ВС РФ, право на компенсацию причиненного вреда является неотъемлемой составляющей прав человека, и государство его защиту гарантирует», – отметил он.
Дмитрий Хомич указал, что нижестоящие суды допустили подмену понятий компенсации за волокиту производства по делу и компенсации морального вреда, возникшего вследствие преступления. Верховный Суд это исправил и дал исчерпывающие разъяснения своей позиции, которые, по мнению адвоката, будут способствовать дальнейшему укреплению единообразия правоприменительной практики в нашем государстве. «Данное определение можно только приветствовать как очень нужное, полезное и своевременное. Даже если сама проблема не носит массовый характер, она также требует внимания. Считаю, что такое решение будет иметь развитие с учетом общего характера содержащихся в нем разъяснений», – заключил Дмитрий Хомич.
