Конституционный Суд опубликовал Определение № 2078-О от 7 июля по жалобе кандидата в депутаты на нарушение его конституционных прав п. 1.1 и подп. «в» п. 24 ст. 38 Закона об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан РФ.
Суды согласились с решением избиркома об отказе в регистрации кандидата
Решением Совета Ленинского муниципального округа г. Севастополя от 18 июня 2025 г. на 14 сентября того же года были назначены выборы депутатов этого представительного органа. Региональное отделение Социалистической политической партии «Справедливая Россия – Патриоты – За правду» 28 июня 2025 г. провело конференцию, на которой приняло решение выдвинуть кандидатом в депутаты по многомандатному округу № 2 Дарью Сливченко.
10 июля 2025 г. она уведомила Территориальную избирательную комиссию Ленинского района г. Севастополя о своем выдвижении и представила предусмотренные законом документы, в том числе выписку из протокола конференции. В этой выписке датой ее рождения было ошибочно указано 14 января 1958 г., тогда как на самом деле она родилась 8 марта 1991 г. Именно эта дата была указана в заявлении о согласии баллотироваться и подтверждена копией паспорта.
28 июля 2025 г. Дарья Сливченко представила в избирательную комиссию документы для регистрации, а также заявление о замене ранее представленной выписки с приложением новой выписки, содержащей верную дату рождения. Однако избирательная комиссия уведомила ее о выявленных недостатках в документах и впоследствии отказала в регистрации кандидатом. Причиной отказа послужило несоответствие сведений о кандидате, содержащихся в представленном решении избирательного объединения о выдвижении, данным, указанным ею в заявлении о согласии баллотироваться, в том числе паспортным данным.
Суды отказали Дарье Сливченко в признании решения избирательной комиссии незаконным. Они пришли к выводу, что заявительница представила не документы, уточняющие и дополняющие ранее поданную выписку из протокола конференции от 28 июня 2025 г., а совершенно новую выписку из этого же протокола. При этом суды подчеркнули, что действующее регулирование не позволяет кандидату дополнительно представлять документы, которые должны были быть поданы при выдвижении. Поэтому заявление о замене выписки с исправленной датой рождения было расценено судами не как уточнение ошибочных сведений, а как представление нового документа, что не допускается законом.
КС указал, что кандидат сам вправе определить способ устранения недостоверности представленных документов
В жалобе в Конституционный Суд Дарья Сливченко указала, что п. 1.1 и подп. «в» п. 24 ст. 38 Закона об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан РФ не соответствуют Конституции, поскольку не позволяют кандидату заменить документ, представленный в порядке уведомления о его выдвижении и содержащий ошибку, посредством представления содержащего исправления требуемого документа в установленный законом срок, чем допускают оценку первоначально поданной выписки из протокола конференции как фактически отсутствующей в представленных документах и влекут отказ в регистрации кандидата по мотиву отсутствия необходимых документов для выдвижения и регистрации.
Изучив доводы жалобы, КС отказал в принятии ее к рассмотрению. При этом он отметил, что конституционной природой избирательных прав предопределяется обязанность государства создавать условия, которые гарантировали бы адекватное выражение суверенитета многонационального народа России посредством осуществления ее гражданами права на участие в управлении делами государства, а также формирования самостоятельных и независимых органов публичной власти, призванных обеспечивать эффективное представительство и полноценную реализацию интересов народа.
Суд пояснил, что устанавливаемые законом правила выдвижения и регистрации кандидатов – как путем самовыдвижения, так и посредством выдвижения избирательными объединениями (политическими партиями) – должны предполагать представление в избирательную комиссию необходимых персональных сведений о конкретном кандидате, имеющих значение для его электоральной идентификации, в том числе данных о дате и месте рождения последнего, а также предусматривать последствия их недостоверного или ошибочного указания, равно как и допустимые способы исправления этого. Это необходимо для того, чтобы законодательство о выборах отвечало общепризнанным критериям определенности правового регулирования и не порождало избыточных, чрезмерных ограничений, создающих необоснованные препятствия для свободного осуществления избирательных прав граждан и избирательных объединений.
В определении подчеркивается, что правила выдвижения и регистрации кандидатов уже неоднократно являлись предметом проверки на соответствие Конституции. Суд напомнил, что выдвижение кандидатов, в том числе политическими партиями или их региональными отделениями, на выборах в представительные органы связано с формированием сложной системы правоотношений, в которых участвуют политическая партия, кандидаты в депутаты, а также избиратели, чем детерминируется необходимость обеспечения как в законодательном регулировании, так и непосредственно в электоральном процессе разумного баланса конституционно защищаемых прав и законных интересов указанных лиц. Это требует изыскания надлежащих юридических процедур реализации политической партией инициативы самостоятельного выдвижения кандидатов, равно как и полноценного осуществления их избирательных прав.
Как отметил КС, обеспечение реализации и защиты избирательных прав граждан представляет собой генеральную обязанность избирательных комиссий, подразумевающую ответственное отношение к исполнению возложенных на них полномочий, что обусловлено конституционной ценностью избирательных прав и конституционной ролью органов и должностных лиц публичной власти в признании, соблюдении и защите таких прав при подготовке и проведении любых видов выборов. Кандидату, чья основная цель – быть избранным, не должны чиниться препятствия в доведении до избирателей сведений, которые, входя в состав обязательных биографических данных кандидата, характеризуют его личность, в том числе с точки зрения способности выполнять те функции, которые будут на него возложены в случае избрания, а потому создание избирательными комиссиями преград для доведения до избирателей достоверных персональных сведений о кандидате способно подорвать доверие и к самой избирательной комиссии, и к проводимым ею выборам.
КС пояснил: при обнаружении в документах, предоставленных политической партией в избирательную комиссию, недостоверных сведений или ошибок в их оформлении, последняя во всяком случае обязана предпринять, в том числе совместно с политической партией, все зависящие от нее меры для уточнения таких сведений, в частности она может использовать для этого заявления о согласии баллотироваться, информацию членов избиркома, присутствовавших при проведении партийного мероприятия, связанного с выдвижением кандидатов, а также иные доступные ей каналы получения необходимых сведений. Если в результате указанных мер избирательная комиссия достоверно определит всех выдвинутых кандидатов, то недостоверность соответствующих документов не должна служить безусловным основанием для отказа в регистрации.
Кандидат, в том числе выдвинутый избирательным объединением, вправе не позднее чем за один день до дня заседания, на котором будет рассматриваться вопрос о его регистрации, внести в документы, представленные при выдвижении и регистрации, дополнения или заменить их в целях устранения ошибочности содержащихся в них сведений, уточнил Суд. Выбор тех или иных способов исправления документов, представленных при уведомлении о выдвижении и регистрации, принадлежит самому кандидату, поскольку иное расходилось бы с положениями Конституции, гарантирующими свободные выборы, наделяющими каждого возможностью защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, а также предусматривающими создание условий для взаимного доверия государства и общества, обеспечение сбалансированности прав и обязанностей гражданина.
Суд подчеркнул, что данные правовые позиции, сформулированные КС в ранее принятых решениях (постановления № 11-П/2017, № 42-П/2018, № 6-П/2021, № 50-П/2022, № 31-П/2023, № 23-П/2024, № 27-П/2024, № 50-П/2025, № 30-П/2026 и др.), в соответствии с ч. 2 ст. 79 Закона о Конституционном Суде сохраняют свою силу, действуют непосредственно и не требуют подтверждения другими органами и должностными лицами.
Таким образом, Конституционный Суд разъяснил, что в системе действующего правового регулирования применение оспариваемых законоположений, в том числе в конкретном деле заявительницы, предполагает обязательный учет приведенных правовых позиций КС, согласно которым кандидат, выдвинутый избирательным объединением (политической партией), не лишен возможности в установленном законом порядке определить способ устранения недостоверности или ошибочности представленных при уведомлении о выдвижении документов, вследствие чего имеющиеся в них погрешности в указании даты его рождения не могут служить безусловным основанием для принятия избирательной комиссией решения об отказе в регистрации.
Суд указал, что избирательные комиссии и суды общей юрисдикции не вправе игнорировать конституционно-правовой смысл п. 1.1 и подп. «в» п. 24 ст. 38 Закона об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан РФ при принятии решения о регистрации кандидата и оценке его законности и обоснованности. Иное в демократическом правовом государстве расходилось бы со свободными выборами и равенством гарантий избирательных прав граждан, влекло бы допустимость их произвольного ограничения и отступало бы от поддержания взаимного доверия государства и общества, чем вступало бы в противоречие с Конституцией.
КС признал жалобу Дарьи Сливченко не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Суда, поскольку для разрешения поставленных в ней вопросов не требуется вынесения итогового решения в виде постановления.
Эксперты «АГ» поддержали позицию КС
Комментируя определение КС, юрист Павел Смола отметил, что оно затрагивает актуальную для избирательного права проблему: допустимо ли превращать устранимую ошибку в документах кандидата в непреодолимое препятствие для участия в выборах. По его мнению, Суд обоснованно выступил против чрезмерного формализма: избирательная комиссия обязана принять активные меры для установления действительной воли партии и личности кандидата; сам кандидат вправе выбрать способ исправления документов; ошибка в дате рождения не может служить безусловным основанием для отказа в регистрации. «Поэтому, хотя жалоба формально признана не подлежащей дальнейшему рассмотрению, мотивировочная часть определения фактически написана в поддержку заявительницы и указывает на ошибочность подхода избирательной комиссии и судов», – подчеркнул эксперт.
Он заметил, что такая позиция не является полностью новой: Суд опирается на ранее сформулированные правовые позиции, прежде всего на Постановление КС № 30-П/2026, а также на другие решения о допустимости исправления документов и недопустимости автоматического отказа в регистрации из-за устранимых ошибок. Именно поэтому, как пояснил юрист, КС применил п. 3 ч. 1 ст. 43 Закона о Конституционном Суде и не стал выносить новое постановление. «Главный недостаток этого результата состоит не столько в позиции КС, сколько в действующей модели индивидуального восстановления прав. Так, ч. 5 ст. 100 ФКЗ “О Конституционном Суде РФ” позволяет Суду указать в “отказном” определении на пересмотр дела только тогда, когда другая жалоба по тому же предмету была подана до принятия КС к рассмотрению жалобы, по которой впоследствии вынесено постановление; лишь в этом случае Суд вправе указать в определении на пересмотр конкретного дела. Поэтому, если жалоба Дарьи Сливченко поступила позднее принятия к рассмотрению жалобы, завершившейся Постановлением № 30-П/2026, специальный механизм пересмотра для нее оказался недоступен, хотя применение закона в ее деле прямо расходилось с конституционным смыслом, подтвержденным самим Судом», – пояснил Павел Смола.
По его мнению, такая зависимость защиты от случайной процессуальной хронологии заслуживает критики: законодательство существенно сузило прежнюю практику определений с позитивным содержанием, позволявшую КС в определении одновременно выявить обязательный конституционный смысл нормы и обеспечить пересмотр дела заявителя. Формально эта практика не исключена полностью, но современное регулирование делает эффективное восстановление прав гражданина зависимым не только от наличия нарушения, но и от того, успел ли он обратиться в КС раньше другого заявителя, что плохо согласуется с задачей реальной, а не декларативной конституционной защиты, полагает эксперт.
Юрист «НОВИКОВ.Право» Александр Новиков отметил: исходя из истории рассмотрения дела, кандидат выявила техническую ошибку в документе и предоставила исправленную редакцию с намерением уточнить сведения о себе, что было расценено комиссией как предоставление нового, ранее не представленного документа. По словам эксперта, такая позиция комиссии очевидно вызывает сомнения: предоставленный документ по форме, содержанию, реквизитам тот же, что был предоставлен изначально, в связи с чем у комиссии не имелось оснований не принимать его во внимание и не учитывать при решении вопроса о регистрации кандидата.
Александр Новиков пояснил, что п. 1.1 ст. 38 Закона об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан РФ действительно не содержит ясного порядка внесения уточнений и дополнений в документы и в то же время запрещает заменять представленные документы, кроме случая, если такой документ оформлен с нарушением требований закона. Эксперт подчеркнул, что ранее КС отмечал: кандидат не вправе дополнительно представлять документы, необходимые для уведомления о выдвижении и регистрации, если они не были представлены ранее в сроки, установленные законом. В настоящем случае выписка из протокола конференции была представлена с явной ошибкой, что не исключает права кандидата воспользоваться имеющимися механизмами ее устранения, считает он.
«Перечисляя ранее изложенные правовые позиции, Суд указал, что ошибки в документах о выдвижении кандидатов не должны являться безусловным основанием для отказа в регистрации кандидата, если избирательная комиссия не предприняла зависящих от нее мер для уточнения сведений и достоверного определения всех выдвинутых кандидатов. При этом кандидат не лишен возможности самостоятельно избирать конкретную форму исправления ошибок в документах. На мой взгляд, в столь очевидной ситуации оснований для отказа в регистрации не имелось и следует поддержать позицию Суда о том, что жесткий формальный подход комиссии не отвечает необходимости создания условий для доверия между государством и обществом, баланса прав и обязанностей гражданина», – прокомментировал Александр Новиков.
Политический юрист, партнер юридической фирмы «Лесников, Ильичев и Партнеры» Григорий Васильков обратил внимание, что определение КС невозможно оценивать в отрыве от контекста, установленного в решениях по существу дела. Он отметил, что сам спор свелся к классической проблеме: можно ли считать опечатки и ошибки в представленных документах «оформлением с нарушением требований закона». «Однозначного подхода на практике нет. В любом случае, если допущенная в дате рождения ошибка имела место и в самом протоколе конференции, как указано в определении, то исправить ее можно было только приняв новое решение того же партийного органа. Судя по всему, такое решение не принималось», – рассуждает юрист.
Григорий Васильков пояснил: если предположить, что протокол конференции был верным, и лишь при изготовлении выписок из него дата рождения кандидата отпечаталась неправильно, то сам способ устранения недостатков не должен был приводить к отказу в регистрации: «КС фактически это и подтвердил, но не нашел оснований принять по жалобе постановление».
Руководитель практики конституционных споров юридической компании «Технологии обжалования» Евгений Тяжков подчеркнул, что затронутая заявительницей проблема, безусловно, актуальна. По его словам, отказ в регистрации по формальным основаниям – из-за технических ошибок в документах о выдвижении – остается одним из самых распространенных инструментов отсечения кандидатов от выборов, особенно на муниципальном уровне. «Ситуация Дарьи Сливченко показательна: очевидная описка в дате рождения при верных данных в заявлении о согласии баллотироваться и копии паспорта была истолкована комиссией и судами не как устранимая неточность, а как “отсутствие необходимого документа”. Такое прочтение закона превращает процедурные требования из гарантии достоверности сведений в барьер для реализации пассивного избирательного права», – считает эксперт.
Евгений Тяжков обратил внимание на то, что КС не увидел дефекта в самих оспариваемых нормах, но подтвердил обязательность их применения с учетом конституционно-правового смысла, выявленного в серии его постановлений: выбор способа исправления ошибки принадлежит самому кандидату, а погрешность в дате рождения не может служить безусловным основанием для отказа в регистрации. «Иными словами, Суд подтвердил наличие проблемы, но фактически констатировал, что проблема заявителя порождена не законом, а его неверным применением, без учета конституционно-правового смысла, ранее выявленного рядом постановлений КС. Оформление итогового решения в виде определения об отказе не лишает ценности данный документ с точки зрения выявленного конституционно-правового смысла обжалованных норм как применительно к делу самого заявителя, так и в целом. Однако эффективное применение такого “мягкого” инструмента, как определение по делу Дарьи Сливченко, требует соответствующих навыков. Практика показывает, что отказные определения КС правоприменители нередко обходят, а восстановить нарушенное пассивное избирательное право постфактум – после состоявшихся выборов – уже невозможно», – отметил он.
По мнению Евгения Тяжкова, показательно, что четыре судебные инстанции проигнорировали ранее сформулированные позиции КС: «Поэтому проблема, скорее всего, будет возвращаться в Конституционный Суд до тех пор, пока законодатель прямо не закрепит в ст. 38 упомянутого Закона право кандидата на замену ошибочного документа – так, как это уже сформулировано в правовых позициях самого КС».
