×

КС РФ указал причины недопустимости двойного взыскания налоговых недоимок

Конституционный Суд опубликовал постановление по делу о проверке конституционности взыскания с граждан налоговых недоимок по обязательствам юридических лиц
Анализируя решения КС РФ, один из экспертов отметил, что существенным нововведением можно назвать устранение возможности двойного взыскания налога и с физического лица, и с организации, что приводило к нарушению баланса частного и публично-правового интересов. Другой указал, что позиция Конституционного Суда соответствует курсу политики в отношении ответственности по долгам организации, которая сейчас развивается в банкротном законодательстве.

Опубликовано постановление Конституционного Суда по делу о проверке конституционности положений ст. 15, 1064 и 1068 ГК РФ, подп. 14 п. 1 ст. 31 НК РФ, ст. 199.2 УК РФ и ч. 1 ст. 54 УПК РФ, регулирующих правоотношения, связанные со взысканием налоговых недоимок. Как уже сообщалось, 8 декабря Суд провозгласил, что оспариваемые нормы соответствуют Конституции РФ, однако дал разъяснение по их применению и указал пересмотреть решения по делам заявителей.

Читайте также
КС РФ указал на недопустимость двойного взыскания налоговых недоимок
Конституционный Суд огласил постановление по делу о проверке конституционности взыскания с граждан налоговых недоимок по обязательствам юридических лиц
08 Декабря 2017 Новости

Напомним, дело объединяет жалобы бывшего директора муниципальных предприятий Станислава Лысяка, бывшего бухгалтера коммерческого предприятия Галины Ахмадеевой и бывшего генерального директора ликеро-водочного завода Александра Сергеева. Все они были привлечены к уголовной ответственности за налоговые преступления. При этом дела в отношении первых двух заявителей были прекращены по нереабилитирующим основаниям, однако с них в порядке гражданского судопроизводства были взысканы налоговые недоимки, подлежащие уплате юридическим лицом. Третий заявитель был признан виновным в уклонении от уплаты налогов, и в дальнейшем суд удовлетворил иск заместителя прокурора о возмещении причиненного этим преступлением вреда.

В своих жалобах они указывали на то, что оспариваемые нормы противоречат Конституции РФ, поскольку позволяют суду по искам налоговых органов взыскивать с физических лиц, привлеченных к уголовной ответственности за совершение налоговых преступлений, вред, причиненный государству неуплатой налогов не ими, а организациями, должностными лицами которых они являлись. А также в силу неопределенности содержащегося в законодательстве понятия «вред» позволяют приравнивать сумму неуплаченных организацией налогов к вреду, причиненному физическим лицом.

В ходе заседания Суда, на котором рассматривалось дело, большинство полномочных представителей органов власти в КС РФ высказали мнение, что обжалуемые нормы не противоречат Конституции РФ, но нуждаются в дополнительном исследовании и обосновании Судом правильного подхода к их пониманию.

Проанализировав жалобы, КС РФ указал, что предметом рассмотрения по данному делу являются только положения ст. 15, 1064 ГК РФ и подп. 14 п. 1 ст. 31 НК РФ, поскольку оспариваемые статьи Уголовного и Уголовно-процессуального кодексов упоминались в делах заявителей лишь в контексте ссылок на постановления Пленума Верховного Суда РФ или при изложении обстоятельств дела.

Вместе с тем Суд указал, что оспариваемые нормы гражданского и налогового законодательства в их нормативном единстве не противоречат Конституции РФ. Они предполагают возможность взыскания с физических лиц по искам прокуроров и налоговых органов вреда, причиненного налоговыми преступлениями, в размере не поступивших в соответствующий бюджет от организации-налогоплательщика налоговых недоимок и пени. С указанных физических лиц нельзя взыскивать штрафы, наложенные на организацию-налогоплательщика.

КС РФ напомнил, что именно налогоплательщики несут налоговые обязательства перед законом. То есть если налогоплательщиком является организация, то это означает, что совершившей налоговое правонарушение признается именно организация как юридическое лицо, которое может быть привлечено к ответственности. Что касается ответственности учредителей, руководителей, работников организации-налогоплательщика и иных лиц за неуплату организацией налогов и сборов, то НК РФ ее не устанавливает.

При этом Суд отметил, что лица, чьи противоправные действия привели к непоступлению налогов в бюджет, обязаны возместить причиненный ущерб. В таких случаях между физическим лицом, из-за которого непосредственный налогоплательщик не смог реализовать свои налоговые обязанности, и публично-правовым образованием возникают гражданские правоотношения.

Таким образом, возможно привлечение физических лиц не только к административной или уголовной, но и к деликтной ответственности, предусмотренной гражданским законодательством, в той мере, в какой совершение ими соответствующих правонарушений сопровождается причинением вреда бюджетам публично-правовых образований.

В соответствии с НК РФ ответственность за неуплату налогов в любом случае несет организация, но в порядке, установленном нормами уголовного, административного и гражданского законодательства, могут нести ответственность и ее работники.

Также Конституционный Суд обратил внимание на ранее сформированную позицию о том, что требование определенности правового регулирования, обязывающее законодателя формулировать правовые предписания с достаточной степенью точности, позволяющей гражданам сообразовывать с ними свое поведение – как запрещенное, так и дозволенное, не исключает использования оценочных или общепринятых понятий, значение которых должно быть доступно для восприятия и уяснения субъектами правоотношений.

Во взаимосвязи с этой позицией с учетом фактических обстоятельств конкретного дела подлежит применению и широко используемое в российском законодательстве понятие «вред». «Отсутствие в налоговом и гражданском законодательстве легальной дефиниции понятия “вред” само по себе не может рассматриваться как вносящее в правовое регулирование неопределенность, не позволяющую субъектам соответствующих правоотношений и правоприменительным органам осознавать и единообразно применять правила поведения, установленные нормами, в которых данное понятие используется, и предвидеть наступление ответственности за их нарушение», – подчеркнул КС РФ.

Кроме того, указано, что понимание подлежащего возмещению вреда как включающего в себя не только недоимку и пени, но и штрафы, не уплаченные организацией, вполне разумное применительно к случаям прекращения уголовного преследования, не может быть распространено на случаи возмещения ущерба, причиненного бюджетной системе лицами, подвергшимися уголовному преследованию за совершение налоговых преступлений и вследствие этого привлеченными к деликтной ответственности. Иной подход противоречил бы Конституции РФ, согласно которой неуплата налога в срок должна быть компенсирована погашением задолженности по налоговому обязательству, полным возмещением ущерба, понесенного государством в результате несвоевременного внесения налога.

«Поэтому к сумме собственно не внесенного в срок налога (недоимки) федеральный законодатель вправе добавить дополнительный платеж – пеню как компенсацию потерь государственной казны в результате недополучения налоговых сумм в срок в случае задержки уплаты налога; что касается взыскания различного рода штрафов за нарушение налогового законодательства, то они выходят за рамки налогового обязательства как такового», – поясняется в постановлении.

Как указал Конституционный Суд, несовпадение оснований уголовно-правовой, налоговой и гражданско-правовой ответственности обусловливает невозможность разрешения вопроса о виновности физического лица в причинении имущественного вреда исходя исключительно из установленности совершения им соответствующего преступления.

«Предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, – иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности вопреки требованиям статей Конституции», – указал Суд.

КС РФ разъяснил, что ст. 15 и п. 1 ст. 1064 ГК РФ во взаимосвязи с положениями налогового, уголовного и уголовно-процессуального законодательства должны рассматриваться как исключающие возможность взыскания денег в счет возмещения вреда, причиненного неуплатой налогов организацией, с физического лица, которое было осуждено за совершение налогового преступления или в отношении которого уголовное преследование было прекращено по нереабилитирующим основаниям.

Также Конституционный Суд обратил внимание на то, что привлечение физического лица к гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный публично-правовому образованию в размере подлежащих зачислению в его бюджет налогов организации-налогоплательщика, возникший в результате уголовно-противоправных действий этого лица, возможно лишь при исчерпании либо отсутствии правовых оснований для применения предусмотренных законодательством механизмов удовлетворения налоговых требований за счет самой организации или лиц, привлекаемых к ответственности по ее долгам. В частности, это касается ситуаций, когда в Единый государственный реестр юридических лиц внесены сведения о прекращении этой организации, либо случаев, когда организация-налогоплательщик фактически является недействующей, в связи с чем взыскание с нее налоговой недоимки и пени в порядке налогового и гражданского законодательства невозможно.

«Этим не исключается использование мер, предусмотренных процессуальным законодательством, для обеспечения возмещения причиненного физическими лицами, совершившими налоговое преступление, вреда в порядке гражданского судопроизводства после наступления указанных обстоятельств, имея в виду в том числе возможность федерального законодателя учесть особенности применения таких мер в данных правоотношениях с учетом выраженных Конституционным Судом правовых позиций», – говорится в постановлении.

А в тех случаях, когда судом установлено, что юридическое лицо служит лишь «прикрытием» для действий контролирующего его физического лица, не исключается возможность привлечения его к ответственности за вред, причиненный бюджету в связи с совершением соответствующего налогового преступления, еще до наступления указанных признаков невозможности исполнения юридическим лицом налоговых обязательств.

В то же время Судом было отмечено, что размер причиненного налоговым правонарушением вреда определяется размером налога, а сам налог определяется с учетом того, кто является налогоплательщиком – физическое или юридическое лицо. Следовательно, взыскание с физического лица вреда в размере налоговой недоимки и пени, рассчитанной для юридических лиц, может привести к возложению на него невыполнимых обязанностей и непропорциональной совершенному деянию ответственности. Поэтому, как указал Суд, ст. 15 и п. 1 ст. 1064 ГК РФ не могут рассматриваться как препятствующие суду при определении размера возмещения вреда физическим лицом учесть его имущественное положение и другие существенные обстоятельства.

Определяя конституционность ст. 31 НК РФ, Суд указал, что норма не исключает наличия у налоговых органов правомочия по обращению в суд от имени публично-правового образования с иском к обозначенным выше физическим лицам. Это не противоречит тому, что ни НК РФ, ни Закон о налоговых органах не содержит такого указания. «При предъявлении такого рода исков органы Федеральной налоговой службы выступают, по сути, в качестве представителя интересов соответствующего публично-правового образования, лишившегося имущества в размере налоговых платежей, которые не поступили в бюджет в результате неправомерных действий физического лица», – отмечено в постановлении.

Также КС РФ сообщил заявителям жалоб, что ссылка на привлечение их к гражданско-правовой ответственности без установления их вины в совершении налоговых преступлений, не релевантна. Дело в том, что решение о прекращении уголовного дела не подменяет собой приговор суда и, следовательно, не является актом, которым устанавливается виновность обвиняемого в том смысле, как это предусмотрено ст. 49 Конституции РФ.

При выявлении нереабилитирующего основания к прекращению уголовного дела лицо, в отношении которого оно было возбуждено, вправе настаивать на продолжении расследования и рассмотрении дела в судебном заседании. Благодаря этому лицам, заинтересованным в исходе дела, обеспечивается судебная защита их прав и законных интересов в рамках уголовного судопроизводства.

Суд постановил, что положения обжалуемых статей в их взаимосвязи не служат нормативным основанием для решения вопроса о взыскании по искам прокуроров и налоговых органов с физических лиц, которые были осуждены за совершение налоговых преступлений, связанных с неуплатой налогов организацией, или в отношении которых уголовное преследование в связи с совершением таких преступлений было прекращено по нереабилитирующим основаниям, денежных сумм в счет возмещения вреда, причиненного бюджетам публично-правовых образований.

Старший юрист, руководитель корпоративной и налоговой практики АБ «Леонтьев и партнеры» Мария Волкова считает, что существенным нововведением данного постановления КС РФ можно назвать устранение возможности «двойного» взыскания налога и с физического лица, и с организации, что приводило к нарушению баланса частного и публично-правового интересов.

В то же время эксперт указала, что позиция Конституционного Суда по вопросу взыскания убытков с физических лиц, уголовные дела в отношении которых были прекращены до вынесения приговора по нереабилитирующим основаниям, то есть до установления судом вины в действиях обвиняемого лица, носит скорее негативный характер. «Так, КС РФ предложил лицам, в отношении которых уголовные дела прекращены, доказывать отсутствие вины в недоимке по налогам путем обжалования прекращения уголовных дел. По мнению Суда, только таким образом возможно освобождение от предъявления исков о взыскании убытков, причиненных недоимками по налогам, после прекращения уголовного дела», – отметила эксперт.

Адвокат МКА «Берлингтонз» Александр Осетинский обратил особое внимание на рассмотренный Судом вопрос соотношения частного и публичного права. По его мнению, то решение, к которому пришел КС РФ, – не совсем правильное, потому что речь идет о применении института частного права, коим является возмещение вреда, к публичным отношениям. «Когда речь идет о возмещении вреда, причиненного преступлением, то имеется устоявшаяся доктрина, что в данном случае имеется в виду конкретный вред. А в рассмотренных случаях речь скорее о субсидиарной ответственности, и применять нормы гражданского права к налоговым правоотношениям, наверное, неправильно», – пояснил он.

С другой стороны, отметил Александр Осетинский, позиция Конституционного Суда соответствует курсу политики в отношении ответственности по долгам организации, которая сейчас развивается в банкротном законодательстве.

Рассказать:
Дискуссии
Правила привлечения к субсидиарной ответственности в делах о банкротстве
Правила привлечения к субсидиарной ответственности в делах о банкротстве
Защита и правовое сопровождение бизнеса
28 Марта 2018