×

Правовая определенность наказания за мнение

Конституционный Суд не принял к рассмотрению жалобу Антона Носика на неконституционность статьи УК РФ о возбуждении ненависти или вражды
По словам адвоката Сергея Бадамшина, Суд фактически проигнорировал те доводы, которые были изложены в жалобе, и не стал проверять соответствие ст. 282 УК РФ принципу правовой определенности.

В своей жалобе, поданной в Конституционный Суд в мае, блогер Антон Носик просил признать неконституционной ст. 282 УК РФ «Возбуждение ненависти или вражды», по которой он был оштрафован судом на 300 тысяч рублей за размещенную в LiveJournal публикацию о войне в Сирии.

По мнению заявителя, данная норма противоречит Конституции РФ в той мере, в какой несоразмерно ограничивает права граждан, поскольку позволяет привлекать к уголовной ответственности за высказанное лицом мнение, используя неопределенные понятия «социальная группа» и «мотивы ненависти либо вражды», не содержит критериев разграничения предусмотренного ею преступления и деяния, запрещенного ст. 280 УК РФ, а также позволяет назначать уголовное наказание в виде лишения свободы за  действия, не повлекшие причинения вреда здоровью человека или имуществу и не создавшие угрозу безопасности населения и окружающей среды.

Отказывая в принятии жалобы к рассмотрению, Конституционный Суд напомнил, что из закрепленных Конституцией РФ основ конституционного строя вытекают необходимость принятия адекватных мер, направленных на ее защиту, а также обязанность государства по установлению правовых механизмов, в максимальной степени способствующих обеспечению общественной безопасности, предупреждению и пресечению преступлений, предотвращению их негативных последствий для охраняемых законом прав и интересов граждан.

При этом указывается, что если гражданин, осуществляя свои конституционные права и свободы, включая свободу мысли и слова, свободу творчества, право иметь и распространять убеждения и действовать сообразно с ними, вместе с тем нарушает права и свободы других лиц и такое нарушение носит общественно опасный и противоправный характер, то виновный может быть привлечен к публично-правовой, в том числе уголовной, ответственности, которая преследует цель охраны публичных интересов. При этом значение имеет не только форма выражения своих убеждений, но и способы распространения информации и ее содержание.

Суд указал, что ст. 282 УК РФ является частью механизма охраны общественных отношений, гарантирующих признание и уважение достоинства личности независимо от каких-либо физических или социальных признаков. При этом отмечается, что такой запрет согласуется с п. 37 Резолюции 70/291 Генассамблеи ООН, принятой 1 июля 2016 г.

Ссылаясь на свои постановления от 27 мая 2008 г. № 8-П, от 13 июля 2010 г. № 15-П, от 17 июня 2014 г. № 18-П и другие, Конституционный Суд напомнил, что любое преступление, а равно наказание за его совершение должны быть четко определены в законе, причем таким образом, чтобы исходя непосредственно из текста соответствующей нормы – в случае необходимости с помощью толкования, данного ей судами, – каждый мог предвидеть уголовно-правовые последствия своих действий. «Эти требования, предъявляемые к качеству уголовного закона, однако, не означают, что при формулировании его предписаний не могут использоваться оценочные или общепринятые понятия (категории), позволяющие учесть необходимость эффективного применения уголовно-правовых запретов к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций», – подчеркивается в определении.

Кроме того, Суд сослался на Постановление Пленума ВС РФ от 28 июня 2011 г. № 11 «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности», согласно которому под действиями, направленными на возбуждение ненависти либо вражды, понимаются, в частности, высказывания, обосновывающие или утверждающие необходимость геноцида, массовых репрессий, депортаций, иных противоправных действий, в том числе применения насилия, в отношении представителей какой-либо нации, расы, приверженцев той или иной религии; критика политических организаций, идеологических и религиозных объединений, политических, идеологических или религиозных убеждений, национальных или религиозных обычаев сама по себе не должна рассматриваться как действие, направленное на возбуждение ненависти или вражды.

Кроме того, в зависимости от фактических обстоятельств конкретного дела подлежит толкованию, судебной оценке и характер действий, на осуществление которых направлены призывы. В частности, в названном постановлении Верховный Суд обращает внимание судов на то, что ст. 280 УК РФ предусмотрена ответственность лишь за публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности; публичное же распространение информации, в которой обосновывается необходимость совершения противоправных действий в отношении лиц по признаку расы, национальности, религиозной принадлежности и т.д., либо информации, оправдывающей такую деятельность, квалифицируется по ст. 282 Кодекса при наличии иных признаков этого состава преступления.

«Следовательно, ст. 282 УК РФ не содержит неопределенности, в результате которой лицо было бы лишено возможности осознавать противоправность своих поступков и предвидеть наступление ответственности за их совершение и которая препятствовала бы единообразному пониманию и применению оспариваемой нормы правоприменительными органами», – заключил Конституционный Суд. 

При этом в определении указано, что разрешение вопроса о размере санкций за предусмотренные УК РФ преступления является прерогативой федерального законодателя.

Адвокат Московской городской коллегии адвокатов «ФОРТ» Сергей Бадамшин, представлявший интересы Антона Носика, в комментарии «АГ» сообщил, что Конституционный Суд фактически проигнорировал те доводы, которые были изложены в жалобе.

По мнению адвоката, Суд не стал проверять соответствие оспариваемой статьи принципу правовой определенности. «Приведенная в определении формулировка “конкретные правовые ситуации” очень расплывчата и позволяет привлекать к ответственности граждан за высказанное мнение или отношение к чему-либо, которое не понравилось конкретному правоприменителю либо части общества», – пояснил Сергей Бадамшин.

Он подчеркнул, что не может согласиться с такой формулировкой и с позицией Конституционного Суда и потому продолжит правовую борьбу с оспариваемой нормой УК РФ. Адвокат напомнил, что жалоба на вынесенный Антону Носику приговор, послуживший поводом для обращения в КС РФ, уже направлена на рассмотрение Европейского Суда.

«Мы надеялись, что Конституционный Суд, даже вынося отказное определение, возьмет на себя смелость дать позитивное толкование для правоприменителей положений, содержащихся в ст. 282 УК РФ. Потому что тех разъяснений, которые даны в прошлогоднем постановлении Пленума ВС РФ, недостаточно», – прокомментировал Сергей Бадамшин, добавив, что в том виде, в каком норма дана сейчас, она является способом борьбы с политическими противниками или средством сведения счетов и дает простор для злоупотреблений.

Рассказать: