19 августа Верховный Суд вынес Определение № 305-ЭС24-24183 по делу № А40-303186/2023, в котором напомнил, что при разрешении споров, вытекающих из государственных (муниципальных) контрактов, суды руководствуются нормами Закона о контрактной системе, толкуемыми во взаимосвязи с положениями ГК РФ, а при отсутствии специальных норм – непосредственно нормами ГК.
В рамках заключенных госконтрактов ФГП «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта РФ» (предприятие) оказывало ФКУ «Ространсмодернизация» (учреждение) услуги по круглосуточной охране территорий и находящегося на них имущества, а также элементов незавершенного строительства объекта. Учреждением данные услуги были приняты и оплачены. Впоследствии по результатам плановой проверки, проведенной Межрегиональным контрольно-ревизионным управлением Федерального казначейства, в отношении учреждения было выявлено осуществление нецелевых расходов.
Расходы на оказание услуг по охране территорий и находящегося на них имущества и элементов незавершенного строительства объектов были осуществлены по виду расходов 414 «Бюджетные инвестиции в объекты капитального строительства государственной (муниципальной) собственности», тогда как расходы на оплату охраны объектов незавершенного строительства осуществляются по виду расходов 244 «Прочая закупка товаров, работ и услуг» (п. 1 представления Управления казначейства от 13 июля 2022 г., п. 1 предписания Управления казначейства от 7 апреля 2023 г.).
Полагая, что денежные средства в размере 69,4 млн руб. перечислены в адрес предприятия неправомерно, учреждение обратилось к предприятию с письмом о возмещении причиненного РФ ущерба путем возврата денежных средств. Оставление письма без удовлетворения послужило основанием для обращения ФКУ «Ространсмодернизация» в суд с требованием о взыскании с предприятия денежных средств в размере 69,4 млн руб. как неправомерно перечисленных.
Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд руководствовался положениями Закона о контрактной системе и исходил из того, что в рамках обжалования представления Управления казначейства (дело № А40-183407/2022) судами установлена вина ФКУ «Ространсмодернизация» в направлении денежных средств в счет оплаты услуг сторонних организаций по охране незавершенных объектов капстроительства, сделаны выводы о том, что учреждение не проявило той степени заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него как от получателя бюджетных средств. Принимая во внимание выводы судов по указанному делу, суд отметил, что перекладывание учреждением ответственности на другого участника обязательственных отношений представляет собой недобросовестную форму компенсации рисков через институты и механизмы материального и процессуального права и не отвечает принципам, изложенным в ст. 10 ГК.
Суд также обратил внимание, что спорная сумма уплачена предприятию в соответствии с договорными обязательствами за выполненные им и принятые учреждением работы. При этом, подчеркнул суд, контрольная проверка не может служить основанием для удовлетворения иска, поскольку она проведена без участия предприятия, на ее проведение ответчик по делу не вызывался, обстоятельства заключения, исполнения контрактов под сомнение не ставились, факт оказания услуг и их надлежащее качество подтверждаются материалами дела.
Однако апелляционный суд отменил решение первой инстанции, удовлетворив исковые требования в полном объеме. Оценив представленные доказательства, апелляция пришла к выводу, что контрольным органом в рамках проверки установлен факт безосновательного перечисления предприятию денежных средств в спорной сумме. При этом судом отмечено, что при совершении действий, которые квалифицированы как расходование средств федерального бюджета не в соответствии с целями их предоставления, нарушений условий госконтрактов, заключенных с предприятием, учреждением не допущено; реквизиты госконтрактов, в рамках исполнения которых расходовались бюджетные средства, в п. 1 предписания Управления казначейства не включены.
Апелляционная инстанция указала также на обжалование учреждением предписания в Федеральном казначействе и арбитражном суде (дело № А40-154118/2023). По результатам обжалования в признании недействительным п. 1 предписания учреждению отказано. Кроме того, апелляционный суд отметил, что иск по рассматриваемому делу направлен на устранение нарушения принципа эффективного использования бюджетных средств с целью защиты публичных интересов и судебную оценку фактов, содержащихся в предписании органа государственного финансового (бюджетного) контроля, в целях установления в рамках состязательного судебного разбирательства баланса интересов сторон спорных правоотношений. Отказав учреждению в удовлетворении исковых требований по изложенным в решении мотивам, суд первой инстанции фактически нивелировал контрольную деятельность в сфере бюджетных правоотношений и правоотношений в области госзакупок. Кассация поддержала данные выводы.
Не согласившись с судебными актами апелляционной и кассационной инстанций, ФГП «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта РФ» обратилось с кассационной жалобой в Верховный Суд. Рассмотрев дело, ВС отметил, что в соответствии с п. 1 и 2 ст. 1102 ГК лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано вернуть последнему неосновательное обогащение, за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 Кодекса. Правила, предусмотренные гл. 60 «Обязательства вследствие неосновательного обогащения» ГК, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.
Со ссылкой на правовую позицию, изложенную в Определении от 30 июля 2015 г. № 305-ЭС15-3990, ВС указал, что фактическая оплата работ, выполненных по договору подряда, исключает возможность квалифицировать полученные денежные средства как неосновательное обогащение. Поскольку то, что контракты заключены с соблюдением требований Закона о контрактной системе, факт оказания предприятием услуг, их принятие и оплата учреждением судами установлены, сторонами не оспариваются и подтверждаются материалами дела, правила гл. 60 ГК к рассматриваемой ситуации неприменимы, пояснил Суд.
Верховный Суд подчеркнул: в Обзоре судебной практики применения законодательства РФ о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (утв. Президиумом ВС 28 июня 2017 г.) разъяснено, что в целях развития добросовестной конкуренции, обеспечения гласности и прозрачности закупки, предотвращения коррупции и других злоупотреблений Законом о контрактной системе установлены особенности заключения, изменения, расторжения государственных (муниципальных) контрактов, их исполнения и ответственности за неисполнение и ненадлежащее исполнение, но при этом не содержится исчерпывающее регулирование гражданско-правовых отношений, возникающих в связи с госконтрактом. При разрешении споров, вытекающих из государственных (муниципальных) контрактов, суды руководствуются нормами Закона о контрактной системе, толкуемыми во взаимосвязи с положениями ГК, а при отсутствии специальных норм – непосредственно нормами ГК, уточнил Суд.
Суд отметил, что, в отличие от рассматриваемой ситуации – например в Определении ВС от 7 сентября 2021 г. № 305-ЭС21-5987 – рассматривался вопрос взыскания с подрядчика по госконтракту неосновательного обогащения в связи, в том числе, с необоснованно учтенными в стоимости работ неподтвержденными затратами, завышенной стоимостью материалов и оборудования. В Определении ВС от 22 декабря 2021 г. № 305-ЭС21-7750 вопрос взыскания излишне уплаченных по госконтракту денежных средств также был связан, в том числе, с завышением подрядчиком стоимости ряда работ.
Экономколлегия разъяснила: положения ГК и Закона о контрактной системе прямо не предусматривают того, что денежные средства, полученные исполнителем за должным образом оказанные услуги, но перечисленные с нарушениями законодательства по вине заказчика, подлежат возврату исполнителем. Кроме того, ВС обратил внимание, что представление Управления казначейства от 13 июля 2022 г. и предписание от 7 апреля 2023 г. выданы учреждению, а не предприятию.
Таким образом, Верховный Суд, в связи с тем что по делу имеют место существенные нарушения норм материального права, отменил обжалуемые судебные акты апелляционной и кассационной инстанций и оставил в силе решение суда первой инстанции.
Комментируя определение, ведущий юрист компании КРОК Алексей Филимонов отметил, что правовая позиция, изложенная в определении, с одной стороны, очевидна и повторяет сложившуюся однозначную судебную практику по таким делам. С другой стороны, по мнению эксперта, фиксация данной позиции на уровне ВС все же была необходима, учитывая сопутствующие данному делу обстоятельства: ошибочные решения апелляционной и кассационной инстанций, а также необоснованный отказ судьи ВС передать жалобу на рассмотрение Судебной коллегии, который удалось преодолеть только из-за несогласия с ним заместителя председателя ВС.
Алексей Филимонов считает, что ВС верно указал: возмещение ущерба, причиненного нарушением бюджетного законодательства РФ и иных нормативных правовых актов, регулирующих бюджетные правоотношения, должно осуществляться лицом, непосредственно допустившим указанное нарушение, т.е. в данном случае госзаказчиком, а не исполнителем, который таких нарушений не совершал и правомерно получил вознаграждение за оказанные им по контракту услуги.
По мнению эксперта, для дальнейших судебных споров, связанных с госконтрактами, полезно, что ВС напомнил свою позицию, выраженную в Обзоре судебной практики 2017 г., в соответствии с которой в Законе о контрактной системе не содержится исчерпывающее регулирование гражданско-правовых отношений, возникающих в связи с госконтрактом. «Хочется оптимистично предположить, что актуализация ВС в данном определении ранее выраженной позиции поможет судам при разрешении различных споров в сфере госзакупок. При рассмотрении таких дел суды, стремясь защитить публичные интересы, не будут забывать применять общие нормы гражданского права», – подчеркнул Алексей Филимонов.
Председатель совета МКА «Андреев, Каганский, Гузенко и Партнеры» Андрей Андреев отметил, что в практике казначейских проверок регулярно возникают ситуации, когда расходы заказчиков формально признаются нецелевыми из-за ошибок в бюджетной классификации. При этом услуги или работы фактически оказаны и приняты. По мнению эксперта, если бы подобные нарушения автоматически влекли обязанность исполнителя возвращать деньги, это серьезно подорвало бы доверие бизнеса к госконтрактам. Вопрос стоит шире: это баланс между публичным контролем расходования бюджета и защитой стабильности гражданско-правовых отношений по госконтрактам, считает Андрей Андреев.
Эксперт согласился с изложенными в определении выводами, поскольку Суд последовательно защитил принцип правовой определенности: если услуги реально оказаны, приняты и оплачены, исполнителя нельзя считать неосновательно обогатившимся. «Ошибка в выборе кода бюджетной классификации – вина заказчика, а не подрядчика. Попытка взыскания средств с исполнителя означала бы переложение ответственности за бюджетные нарушения на третье лицо, не имеющее к ним отношения. Верховный Суд справедливо подчеркнул, что такие риски не могут возлагаться на исполнителей. Это решение укрепляет стабильность госконтрактов и способствует уверенности бизнеса в том, что добросовестное исполнение обязательств будет защищено даже в случае претензий органов финансового контроля к заказчику», – резюмировал Андрей Андреев.
