×

Гуманные намерения законотворцев

Предполагается создать дополнительные гарантии законности при задержании подозреваемого, обеспечив ему право на телефонный звонок близким и адвокату
Материал выпуска № 16 (201) 16-31 августа 2015 года.

ГУМАННЫЕ НАМЕРЕНИЯ ЗАКОНОТВОРЦЕВ

Предполагается создать дополнительные гарантии законности при задержании подозреваемого, обеспечив ему право на телефонный звонок близким и адвокату

В недавние времена при просмотре зарубежных фильмов нам доводилось наблюдать сцены задержания полицией подозреваемых в совершении преступлений. Вызывала интерес обязательная процедура оглашения задержанному человеку его прав, с последующим предоставлением возможности сделать телефонный звонок и правом незамедлительно обратиться за помощью к адвокату. Однако увиденное в кино как-то не сочеталось с российскими реалиями.

Совершенствование российского законодательства позволяет сделать выводы о том, что демократические принципы неуклонно внедряются в нашу действительность. Основой направления развития уголовно-процессуального законодательства служат положения ст. 2 Конституции РФ, согласно которым человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанностью государства.

Комитет Государственной Думы ФС РФ по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству включил в план работы проекты федеральных законов № 388255-6, № 756095-6 и № 775580-6 «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации».

19 ноября 2013 г. члены Совета Федерации К. Добрынин, В. Тюльпанов и А. Клишас (полномочный представитель Совета Федерации в Генеральной прокуратуре РФ и Следственном комитете РФ) внесли в Государственную Думу законопроект № 388255-6 «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации». С поддержанием законодательной инициативы 22 апреля 2015 г. выступил депутат Государственной Думы Н. Шайденко.

Охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве гарантируется всем участникам уголовного судопроизводства, в том числе и лицу, подозреваемому в совершении преступления. И, прежде всего, стоит отметить инициативу законодателей по незамедлительному обеспечению подозреваемого квалифицированной юридической помощью адвоката.

Инициаторам проекта представляется необходимым придание обязательности реальному участию защитника с момента фактического задержания, для чего предложено ч. 1 ст. 51 УПК РФ дополнить пунктом 9. При этом авторы законопроекта призывают регламентировать порядок составления протокола задержания путем дополнения части 1.1 в ст. 92 УПК РФ.

Во избежание возможных временных отсрочек законодателями предложено установить обязанность органа следствия в двухчасовой срок с момента фактического доставления подозреваемого предоставить ему возможность уведомить родственников (близких лиц) и защитника о задержании посредством телефонной или иной связи, для чего предложена новая редакция ст. 96 УПК РФ.

Из пояснительной записки к проекту следует, что принятие проекта федерального закона позволит создать дополнительные гарантии законности при задержании подозреваемого и производстве по уголовному делу в целом, а также усовершенствовать законодательство путем регламентации самого порядка задержания подозреваемого.

Так, п. 3 ч. 3 ст. 49 УПК РФ определено, что защитник участвует в деле с момента фактического задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, в случаях, предусмотренных ст. 91 и 92 УПК РФ. Но вместе с тем ст. 92 УПК РФ вопрос участия адвоката при составлении протокола задержания подозреваемого не регламентирует.

Также необходимо установить обязательность участия защитника в соответствии с гарантиями, изложенными в ст. 51 УПК РФ, и уведомление родственников о задержании подозреваемого. В то же время законопроект конкретизирует порядок отказа от уведомления родственников подозреваемого: исключительно при наличии мотивированного постановления дознавателя, следователя и с согласия прокурора.

Исполняющая обязанности заместителя начальника Правового управления Т. Анчуткина по поручению Совета Государственной Думы от 16 января 2014 г. (протокол № 139, п. 43) направила заключение, согласно которому положения УПК РФ не препятствуют лицу, подозреваемому в совершении преступления, в реализации права на помощь адвоката (защитника) с момента его фактического задержания, что по времени предшествует составлению протокола (п. 3 ч. 3 ст. 49, п. 15 ст. 5, ч. 1 ст. 92 УПК РФ).

Акцентировано внимание на том, что в интересах предварительного расследования, в целях исключения нежелательного контакта подозреваемого с лицами, которые могут способствовать уничтожению следов преступления, орудий преступления, предметов преступного посягательства, решение вопроса о том, кто будет уведомлять указанных лиц (подозреваемый или лицо, производящее процессуальное задержание), должно быть предоставлено дознавателю, следователю, как это предусмотрено действующей редакцией ст. 96 УПК РФ.

Предлагаемое к включению в ч. 1 ст. 96 УПК РФ положение о запрете подозреваемому сообщать в процессе уведомления обстоятельства своего задержания и любую иную информацию, которая ему была известна по делу или стала известна в связи с его задержанием, а также доказательства, которые в дальнейшем могут быть добыты, при отсутствии корреспондирующих положений об ответственности за несоблюдение этого запрета, будет носить лишь декларативный характер. Так, согласно позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в определении от 21 декабря 2004 г. № 467-О, запрет неразглашения данных предварительного расследования не может быть распространен на подозреваемого и обвиняемого в совершении преступления, и они не подлежат уголовной ответственности за разглашение таких данных.

Георгий СУХАРЕВ,
адвокат АП Челябинской области, член ГРА и МС(С)А

Полный текст статьи читайте в печатной версии «АГ» № 16 за 2015 г.

NB

ПОПРАВКИ НОСЯТ ТЕХНИЧЕСКИЙ ХАРАКТЕР

Безусловно, озвученные в статье уважаемого коллеги Георгия Сухарева законодательные инициативы членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы я, как и всякий адвокат, специализирующийся на защите по уголовным делам, могу только приветствовать. Данные законодательные изменения станут дополнительной гарантией соблюдения прав подозреваемых и обвиняемых.

Вместе с тем я не совсем разделяю несколько восторженную тональность автора относительно того, что «демократические принципы неуклонно внедряются в нашу действительность». К сожалению, большинство изменений, которые наши законодатели вносили в уголовное законодательство, имели мало отношения к прямому внедрению в действительность демократических принципов. Имею в виду и неуклонное сокращение подсудности судов присяжных, и изменение порядка возбуждения дел о налоговых преступлениях, и ужесточение наказания по целому ряду составов. Если же рассуждать о правоприменительной практике в области рассмотрения судами уголовных дел, то действительность выглядит какой-то уж совсем недемократической.

Что касается непосредственно содержания обсуждаемых поправок, то надо признать, что они носят по существу технический характер и коренным образом на соблюдение прав и свобод граждан не повлияют. В УПК РФ и в настоящее время существуют нормы, обязывающие следователя уведомить о задержании подозреваемого его родственников, и указывающие на необходимость признания показаний подозреваемого или обвиняемого, которые давались без адвоката, недопустимыми доказательствами, в случае, если сам подозреваемый (обвиняемый) эти показания не подтверждает. Практика уже давно идет по пути того, что подозреваемых и обвиняемых без адвоката практически и так никто не допрашивает, а способом «закрепления» признательных показаний является допрос с участием навязанного со стороны следователя «карманного адвоката».

Андрей ГРИВЦОВ,
адвокат, руководитель уголовно-правовой практики
АБ «Забейда, Касаткин, Саушкин и партнеры»

Полный текст комментария читайте в печатной версии «АГ» № 16 за 2015 г.