Блоги моих коллег, которые публикуются на сайте «АГ», не дают мне покоя, что является очевидным свидетельством их ценности, так как они заставляют задумываться, размышлять, соглашаться или, говоря модным языком, уходить в оппозицию к их авторам.
Например, статья Бориса Золотухина от 25 марта сего года под весьма, надо сказать, точным названием «Когда не хватает аргументов» вызвала мою оппозиционность по отношению к коллеге из Белгородской области. Причем оппозиционность не столько правовую или процессуальную, а скорее нравственную, я бы даже сказал, этическую.
В своей публикации автор с легкой руки вешает ярлыки «псевдопатриотов» на всех, кому не нравятся законодательные инициативы целого ряда лиц о введении в российский уголовный процесс института следственных судей.
В особенности досталось доктору юридических наук, профессору, заведующему кафедрой уголовного процесса и прокурорского надзора юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова Леониду Витальевичу Головко, который, высказывая полярное мнение по этому вопросу, не учел, что даже такие видные деятели с «общепризнанной государственностью» (цитирую), как В.Д. Зорькин и М.Ю. Барщевский, состоят в числе сторонников данного нововведения.
За такую процессуальную близорукость в отношении политических реалий Б. Золотухин ничтоже сумняшеся приписал Л.В. Головко ни много ни мало к реабилитаторам инквизиционного процесса, который, вероятно, по мнению коллеги, уже давно почил в бозе, если бы не такие контрпродуктивные выступления Л.В. Головко.
Я далек от мысли выступать здесь самоназначенным защитником профессора Л.В. Головко, тем более что структура и качество излагаемых доводов по этому вопросу самим Леонидом Витальевичем служит для него лучшей защитой от позиции моего коллеги. С его мнением относительно института следственных судей можно ознакомиться в интернете, где, в частности на сайте Международной Ассоциации Содействия Правосудию (МАСП), есть две его вполне емкие по мотивировке и наполнению доводами статьи от 17 и 22 марта 2015 г.
Я о другом.
На мой взгляд, несогласие правоведа, юриста с позицией его же коллеги не может быть основано исключительно на эмоциональном неприятии иной позиции и когда в обоснование своей юридической платформы не приводится ровным счетом ни одного аргумента, когда в позиции отсутствует маломальский исторический анализ и знание предмета.
Убедитесь, коллеги. Прочтите позицию Б. Золотухина и назовите доводы, какими он обосновывает безусловную правильность планируемых, не побоюсь этого слова, революционных изменений уголовного процесса? Из каких научных, философских или исторических учений он черпает свою излучающую уверенность в следственных судьях, как в панацее реальной, а не декларативной состязательности сторон, какие примеры им приводятся из правоприменительной практики иных стран, которые бы свидетельствовали о правильности пути российской уголовно-процессуальной науки, решившейся на введение в ткань процессуального права совершенно нового (в той конструкции, в которой его предлагают его сторонники) института?
Мы часто при обсуждении своей юридической практики жалуемся друг другу, что нас не слышат в суде, на предварительном следствии, в прокуратуре. При этом мы, как правило, объясняем все происходящее именно пороками тех, к кому мы обращаемся со своими ходатайствами и жалобами, и совершенно не обращаем внимания на самих себя, на то, насколько мотивированны, обоснованны и законны наши доводы, ходатайства и заявления.
И уж тем более мы начинаем выглядеть крайне неприглядно, этически ущербно и даже порочно, когда доводы и аргументы в обосновании правовой, юридической позиции заменяем навешиванием ярлыков.
Я напомню, что статья моего коллеги Б. Золотухина называется «Когда не хватает аргументов». Если бы это название ему порекомендовал Л.В. Головко, то я бы понял причины такой рекомендации и отметил бы тонкий юмор профессора.
Когда же сам автор в названии своей же статьи закладывает все ее реальное наполнение, то остается только удивляться такому изощренному изяществу самоедства.
Например, статья Бориса Золотухина от 25 марта сего года под весьма, надо сказать, точным названием «Когда не хватает аргументов» вызвала мою оппозиционность по отношению к коллеге из Белгородской области. Причем оппозиционность не столько правовую или процессуальную, а скорее нравственную, я бы даже сказал, этическую.
В своей публикации автор с легкой руки вешает ярлыки «псевдопатриотов» на всех, кому не нравятся законодательные инициативы целого ряда лиц о введении в российский уголовный процесс института следственных судей.
В особенности досталось доктору юридических наук, профессору, заведующему кафедрой уголовного процесса и прокурорского надзора юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова Леониду Витальевичу Головко, который, высказывая полярное мнение по этому вопросу, не учел, что даже такие видные деятели с «общепризнанной государственностью» (цитирую), как В.Д. Зорькин и М.Ю. Барщевский, состоят в числе сторонников данного нововведения.
За такую процессуальную близорукость в отношении политических реалий Б. Золотухин ничтоже сумняшеся приписал Л.В. Головко ни много ни мало к реабилитаторам инквизиционного процесса, который, вероятно, по мнению коллеги, уже давно почил в бозе, если бы не такие контрпродуктивные выступления Л.В. Головко.
Я далек от мысли выступать здесь самоназначенным защитником профессора Л.В. Головко, тем более что структура и качество излагаемых доводов по этому вопросу самим Леонидом Витальевичем служит для него лучшей защитой от позиции моего коллеги. С его мнением относительно института следственных судей можно ознакомиться в интернете, где, в частности на сайте Международной Ассоциации Содействия Правосудию (МАСП), есть две его вполне емкие по мотивировке и наполнению доводами статьи от 17 и 22 марта 2015 г.
Я о другом.
На мой взгляд, несогласие правоведа, юриста с позицией его же коллеги не может быть основано исключительно на эмоциональном неприятии иной позиции и когда в обоснование своей юридической платформы не приводится ровным счетом ни одного аргумента, когда в позиции отсутствует маломальский исторический анализ и знание предмета.
Убедитесь, коллеги. Прочтите позицию Б. Золотухина и назовите доводы, какими он обосновывает безусловную правильность планируемых, не побоюсь этого слова, революционных изменений уголовного процесса? Из каких научных, философских или исторических учений он черпает свою излучающую уверенность в следственных судьях, как в панацее реальной, а не декларативной состязательности сторон, какие примеры им приводятся из правоприменительной практики иных стран, которые бы свидетельствовали о правильности пути российской уголовно-процессуальной науки, решившейся на введение в ткань процессуального права совершенно нового (в той конструкции, в которой его предлагают его сторонники) института?
Мы часто при обсуждении своей юридической практики жалуемся друг другу, что нас не слышат в суде, на предварительном следствии, в прокуратуре. При этом мы, как правило, объясняем все происходящее именно пороками тех, к кому мы обращаемся со своими ходатайствами и жалобами, и совершенно не обращаем внимания на самих себя, на то, насколько мотивированны, обоснованны и законны наши доводы, ходатайства и заявления.
И уж тем более мы начинаем выглядеть крайне неприглядно, этически ущербно и даже порочно, когда доводы и аргументы в обосновании правовой, юридической позиции заменяем навешиванием ярлыков.
Я напомню, что статья моего коллеги Б. Золотухина называется «Когда не хватает аргументов». Если бы это название ему порекомендовал Л.В. Головко, то я бы понял причины такой рекомендации и отметил бы тонкий юмор профессора.
Когда же сам автор в названии своей же статьи закладывает все ее реальное наполнение, то остается только удивляться такому изощренному изяществу самоедства.
