Данное положение напомнил Верховный Суд Республики Татарстан, отменив решение первой инстанции, которым отказано в удовлетворении ходатайства зам. прокурора об отмене постановления следователя о прекращении уголовного дела в отношении неустановленного лица в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности1.
В данное дело я вступил в качестве представителя потерпевшего на этапе обжалования решения первой инстанции.
Согласно материалам дела 13 июня 2022 г. в период с 16:00 до 16:30 Р.А., находясь около входной двери в квартиру Б., замахнулся на него предметом, внешне похожим на бейсбольную биту, а также ударил по двери, повредив ее, при этом высказывая в адрес Б. угрозы убийством, которые тот воспринял реально, поскольку в сложившейся обстановке имелись основания опасаться осуществления этой угрозы. 21 ноября того же года по данному факту возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 119 УК РФ в отношении неустановленных лиц.
Расследование неоднократно приостанавливалось и прекращалось. В свою очередь, постановления о приостановлении и прекращении дела отменялись по причине неполноты расследования. Последнее постановление о прекращении уголовного дела
вынесено следователем 10 февраля 2025 г. в отношении неустановленного лица по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК, т.е. в связи с истечением срока давности уголовного преследования.
После жалобы потерпевшего Б. на указанное постановление
зам. районного прокурора обратился в суд с ходатайством, указав, что решение о прекращении дела является незаконным, вынесено преждевременно, поскольку в ходе предварительного следствия потерпевший прямо указывал на Р.А. как на лицо, причастное к совершению преступления.
В ходатайстве также отмечалось, что поскольку материалами дела установлено лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, получение его согласия на прекращение дела по указанным основаниям являлось обязательным. В связи с этим производство по делу должно быть возобновлено, а также проведено дополнительное расследование в установленном УПК порядке.
Постановлением суда от 23 мая 2025 г. в удовлетворении ходатайства было отказано. В обоснование решения суд указал, что следователю на момент вынесения постановления о прекращении уголовного дела было доподлинно известно об указании потерпевшим на Р.А. как на лицо, возможно причастное к совершению преступления. Кроме того, в этом постановлении дана правовая оценка действиям Р.А., который был допрошен в качестве свидетеля, и предварительное следствие пришло к обоснованному выводу об отсутствии в его действиях как прямого, так и косвенного умысла на совершение преступления. Также срок привлечения к уголовной ответственности лица, подозреваемого в совершении преступления по ч. 1 ст. 119 УК, в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК истек 13 июня 2024 г.
Верховный Суд РТ при рассмотрении доводов апелляционного представления прокурора, апелляционной жалобы представителя потерпевшего, а также протокола судебного заседания установил, что первая инстанция не дала оценки объемным мотивированным доводам потерпевшего, изложенным в ходе судебного заседания, которыми обращалось внимание на неполноту расследования; в обоснование своих выводов не назвал ни одного письменного документа, не исследовал материалы дела.
Как отметил ВС РТ, изложенное свидетельствует о том, что суд первой инстанции формально отнесся к рассмотрению ходатайства и составлению судебного решения, что искажает суть правосудия.
Кроме того, апелляция обратила внимание, что нижестоящий суд, делая вывод об отсутствии оснований для удовлетворения ходатайства прокурора со ссылкой на ч. 3 ст. 214 УПК, не учел особенности правовой природы института освобождения лица от уголовной ответственности ввиду истечения срока давности уголовного преследования.
Так, в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 27 и п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК допускается возможность прекращения уголовного дела (уголовного преследования) в связи с истечением сроков давности. Вместе с тем согласно ч. 2 ст. 27 Кодекса прекращение уголовного преследования в связи с истечением срока давности не допускается, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает. В таком случае производство по делу продолжается в обычном порядке.
Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Конституционного Суда РФ от 23 апреля 2020 г. № 1051-О; от 23 июня 2015 г. № 1531-О; от 19 июля 2016 г. № 1613-О и др., в соответствии с УПК прекращение уголовного дела или уголовного преследования по нереабилитирующему основанию в связи с истечением сроков давности допускается лишь при невозможности применения реабилитирующих оснований в виде отсутствия события или состава преступления (п. 1 и 2 ч. 1 ст. 24 УПК). Соответственно, в решении о прекращении дела в связи с истечением сроков давности, которое в силу ч. 4 ст. 7 УПК также должно быть законным, обоснованным и мотивированным, констатируется как событие преступления, так и совершение его конкретным лицом.
Также КС в определениях от 5 марта 2014 г. № 589-О; от 24 июня 2014 г. № 1458-О и др. указывал, что лицо, уголовное дело в отношении которого прекращено ввиду истечения срока давности уголовного преследования, не освобождается от обязательств по возмещению причиненного им ущерба, а потерпевший имеет возможность защитить свои права и законные интересы в порядке гражданского судопроизводства с учетом правил о сроках исковой давности.
Таким образом, исходя из указанных положений УПК и правовых позиций Конституционного Суда, прекращение уголовного дела (уголовного преследования) по приведенному основанию возможно при условии привлечения к ответственности конкретного лица и наличии его согласия. При этом предусмотренные ч. 3 ст. 214 УПК ограничения на возобновление производства по ранее прекращенному делу распространяются на случаи привлечения к уголовной ответственности конкретного лица в качестве подозреваемого или обвиняемого.
Между тем указанное дело было возбуждено и в дальнейшем прекращено в отношении неустановленного лица, т.е. в данном случае положения ч. 3 ст. 214 УПК неприменимы.
В дальнейшем районный суд, рассматривая в ином составе ходатайство прокурора и мою жалобу как представителя потерпевшего, удовлетворил заявленные требования об отмене постановления о прекращении уголовного дела.
1 Апелляционное постановление ВС РТ от 1 июля 2025 г. по делу № 22-4580.
