Автомобиль с производственным дефектом был приобретен по лизинговой схеме. Когда ремонт не помог, компания-лизингополучатель потребовала замены ТС от представителя марки и обслуживавшего автомобиль дилера – участников гарантийной программы, которые не были первоначальным продавцом. В деле № А53-19152/2023 суды признали такое требование обоснованным в силу условий договорной гарантии и установленной производственной причины дефекта.
Я выступал представителем компании-лизингополучателя (истца). Ключевую роль в данном деле сыграл не Закон о защите прав потребителей, а содержание гарантийных обязательств представителя марки и дилера перед покупателем автомобиля.
ООО «ТеплоЭнерго» получило автомобиль марки Peugeot Traveller в рамках лизинговой сделки по договору купли-продажи от 12 ноября 2018 г. Впоследствии компания стала собственником машины. Автомобиль при движении по прямой смещался вправо примерно на 2-3 м через каждые 150–200 м пути. Региональный дилер провел испытания, но посчитал такое отклонение допустимым.
Общество обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с требованием о замене автомобиля. В двух разбирательствах судебные эксперты посчитали недостаток устранимым и предложили способы ремонта. С учетом их выводов требования о замене в обоих случаях были изменены на требования об устранении дефекта.
Дилер дважды выполнял предписанные работы, однако устойчивый уход автомобиля вправо сохранялся. Только экспертиза, проведенная в рамках третьего судебного спора, установила производственную причину дефекта – нарушения при сварке стоек кузова – и пришла к выводу о его неустранимом характере.
К моменту рассмотрения третьего иска имелись несколько экспертных заключений, документы о выполненных ремонтах и подтверждение того, что предложенные специалистами способы не дали результата. Эта совокупность доказала производственную природу недостатка и бесперспективность дальнейшего ремонта ТС.
После вывода экспертов о неустранимости недостатка спор сместился из технической плоскости в правовую. Норма п. 2 ст. 475 ГК РФ позволяет при существенном нарушении требований к качеству товара требовать его замены. По общему правилу требование по договору купли-продажи адресуется продавцу; лизингополучателю право предъявлять требования о качестве продавцу предоставляли также условия договора.
Статья 18 Закона о защите прав потребителей предусматривает для гражданина особый выбор адресата некоторых требований. В рассматриваемом случае истцом выступало юридическое лицо. Применять к нему Закон о защите прав потребителей и выводить из него обязанности ответчиков нельзя.
Продавец автомобиля был привлечен к участию в деле в качестве третьего лица. Ответчиками выступали российский представитель марки ООО «Пежо Ситроен Рус» и региональный дилер ООО «Франс Моторс», выполнявший ремонт. После вывода о неустранимости дефекта оба общества заявили о своем ненадлежащем статусе по требованию о замене ТС.
К первоначальному продавцу требование о замене в этом споре не предъявлялось. Истец исследовал самостоятельные обязательства участников гарантийной сети, к которым ранее обращался за ремонтом.
Истец не называл представителя марки продавцом. Наша позиция заключалась в другом: участники сети приняли на себя обязанности по гарантийному обслуживанию и замене автомобиля – их содержание суд установил по договору и гарантийной политике. В сервисной книжке также упоминалась договорная гарантия. Чтобы установить порядок ее исполнения и распределение обязанностей между представительством марки и дилером, мы ходатайствовали об истребовании гарантийной политики – приложения к договору дистрибуции. Гарантийная политика предусматривала бесплатный ремонт или замену ТС, подтверждение расходов маркой и выполнение работ только в центрах официальной сети. Это было не рекламное обещание, а описание действий и компетенции участников гарантийной процедуры.
Суд установил, что общество «Пежо Ситроен Рус» согласовывает гарантийные операции, а «Франс Моторс» выполняет обслуживание и передает автомобиль при замене. В условиях гарантии получатель обслуживания назван «клиентом»; при этом суд не ограничил действие принятых ответчиками обязательств гражданами.
В итоге суд пришел к выводу, что ответчики приняли на себя обязательства по гарантийному обслуживанию и замене автомобиля ненадлежащего качества. Решением АС Ростовской области от 7 июня 2024 г. «Пежо Ситроен Рус» обязано согласовать (одобрить) устранение производственного недостатка путем замены автомобиля аналогичным надлежащего качества, а «Франс Моторс» – передать согласованный автомобиль истцу по акту приема-передачи.
Апелляция и кассация оставили решение первой инстанции в силе. Определением от 17 февраля 2025 г. № 308-ЭС24-24375 судья Верховного Суда РФ отказала в передаче кассационных жалоб ответчиков для рассмотрения Судебной коллегией по экономическим спорам. Впоследствии возник отдельный спор о судебной неустойке при исполнении решения: в 2025 г. суд установил исполнение обязанности по согласованию замены автомобиля представителем марки, а в отношении дилера оценивал исполнение обязанности передать ТС.
Договорная гарантия может дать компании самостоятельное основание требовать замены ТС у участника дилерской сети, который принял на себя такую обязанность. Результат зависит от текста гарантии, ее распространения на конкретного приобретателя, производственного характера дефекта и распределения функций между ответчиками. Автоматическое право на предъявление иска к любому изготовителю или дилеру судебные решения по данному делу не устанавливают. Для обоснования такого требования важно установить, кому и на каких условиях была предоставлена гарантия, кто согласовывает замену и кто обязан передать автомобиль. В рассмотренном деле эти вопросы суд разрешил с учетом сервисных документов и гарантийной политики – приложения к договору дистрибуции.
При подготовке подобных исков важно исследовать не только договор купли-продажи. Следует истребовать условия гарантии на дату приобретения, регламенты взаимодействия производителя и дилеров, документы о ремонтах, переписку, заказ-наряды и акты. Требование нужно соотнести с распределением функций: одна организация может одобрять замену, а другая – передавать товар.
Не менее важно фиксировать историю устранения дефекта. В рассматриваемом деле экспертные заключения и результаты выполненных работ по ремонту автомобиля помогли доказать производственную причину недостатка и бесперспективность дальнейшего ремонта.
Из данного дела следует принципиальный вывод: юридическое лицо не приобретает вследствие договорной гарантии права на потребительскую неустойку, штраф или специальные правила подсудности. Оно может требовать от конкретного участника сети исполнения принятого им обязательства – в пределах условий гарантии и доказанных обстоятельств. Дело также показывает практическую ценность истребования документов дилерской сети. Если сервисная книжка отсылает к гарантии, следует исследовать ее полный текст и внутренний порядок согласования замены товара. Именно это позволяет точно определить ответчика и способ исполнения судебного решения.
