Когда привод свидетеля незаконный?

В правоприменительной практике все чаще встречаются ситуации, когда свидетели по уголовным делам принудительно доставляются для допроса к следователю. Формально такое решение оформляется постановлением о приводе и зачастую объясняется тем, что якобы данный свидетель не явился к следователю, т.е. игнорировал его вызовы. В действительности, когда предъявляются подобные постановления, свидетели нередко удивляются решению об их приводе, поскольку впервые слышат о необходимости явки на допрос.

Недавно подобная ситуация произошла сразу с двумя моими доверителями, являющимися свидетелями по разным уголовным делам, расследование которых осуществляется в разных следственных управлениях. Общее у них одно – расследуемые дела возбуждены по факту уклонения от уплаты налогов (ст. 199 УК РФ), но это скорее факт, нежели закономерность.

Итак, одному из доверителей в день проведения обыска в его жилище было предъявлено постановление о приводе. Впоследствии он был доставлен на допрос к следователю в сопровождении оперуполномоченных. Тогда позиция доверителя заключалась в том, что его никто не уведомлял о необходимости явки к следователю, что, в свою очередь, подразумевало незаконность решения о приводе.

Уголовно-процессуальное законодательство определяет, что привод состоит в принудительном доставлении лица к следователю. При этом данная мера процессуального принуждения применятся исключительно в тех случаях, когда лицо не является без уважительных причин по вызову компетентного должностного лица, осуществляющего производство по уголовному делу (ст. 113 УПК РФ).

Таким образом, указанная мера процессуального принуждения может применяться только по факту состоявшейся неявки лица по вызову в отсутствие уважительных причин, о которых следователь был своевременно уведомлен. Вопрос о признании причин неявки уважительными или неуважительными решает должностное лицо, которое проводит расследование. Причем причины неявки должны быть установлены до принятия решения о принудительном доставлении и подтверждены конкретными материалами, доказательствами.

В случае с доверителем, в жилище которого был проведен обыск, он не получал уведомлений и других сообщений о необходимости явки к следователю, поэтому не знал и не мог знать о необходимости явиться по вызову компетентного должностного лица, осуществляющего производство по уголовному делу. Об этом доверитель сообщил следователю в ходе допроса после прибытия в следственное управление. Кроме того, при ознакомлении с постановлением о приводе доверитель внес в документ письменные возражения в части принудительного доставления, отметив, что извещений и повесток от следователя не получал.

Общий порядок вызова свидетеля определен ст. 188 УПК, согласно которой свидетель вызывается (приглашается) на допрос путем направления ему повестки, где указывается, кто и в каком качестве вызывается, к кому и по какому адресу, дата и время явки по вызову, а также последствия неявки без уважительных причин.

Вне всякого сомнения, если правоприменитель принимает решение о приводе свидетеля, не удостоверившись в том, проинформирован ли он надлежащим образом о необходимости явки к данному должностному лицу и отсутствуют ли у него уважительные причины для неявки, такие действия следует считать незаконными.

При этом Конституционный Суд РФ отмечал, что использованное в ст. 113 УПК понятие «уважительные причины», как и всякие оценочные понятия, наполняется содержанием в зависимости от фактических обстоятельств конкретного дела и с учетом толкования этого законодательного термина в правоприменительной практике¹. На практике уважительными причинами могут считаться несвоевременное получение повестки, болезнь, стихийное бедствие, авария и т.п.

Анализируя практические проблемы на примере персонального адвокатского опыта, можно резюмировать, что актуальной на сегодняшний день является также проблема отсутствия в постановлениях о приводе аргументов, свидетельствующих о наличии законных оснований для принудительного доставления свидетеля к должностному лицу на момент принятия этого обжалуемого решения. В частности, в тексте постановления о приводе можно обнаружить, что правоприменитель ограничивается указанием на то, что в настоящее время возникла необходимость в принудительном доставлении, но не приводит доводов, подтверждающих обоснованность и целесообразность применения этой меры принуждения. По смыслу уголовно-процессуального закона следователь перед принятием решения о приводе свидетеля обязан убедиться в наличии в деле доказательств того, что последний знал о вызове, и, соответственно, отразить в принимаемом решении о приводе обстоятельства, демонстрирующие обоснованность принудительного доставления лица в следственный орган.

С учетом допущенных нарушений в деле доверителя и в целях отстаивания его прав, ограниченных решением о приводе, был выбран такой способ защиты, как обращение в прокуратуру с жалобой в порядке ст. 124 УПК о признании соответствующего решения следователя незаконным.

В жалобе отмечалось, что решение следователя о приводе свидетеля причиняет ущерб его конституционным правам и свободам, предусмотренным ст. 22 Конституции РФ, с учетом того что оно принято в отсутствие правовых и фактических оснований. Кроме того, в жалобе была сформулирована процессуальная просьба к прокуратуре о признании незаконным постановления о приводе, заключающегося в решении следователя о принудительном доставлении свидетеля (доверителя).

Прокуратура оперативно отреагировала на указанное обращение, приняв постановление об удовлетворении жалобы в полном объеме. В постановлении обстоятельно был рассмотрен порядок реального уведомления свидетеля (доверителя). Так, установлено, что следователь дважды направлял свидетелю повестки посредством почтовой связи, но за день или два до даты предполагаемого допроса, что, по мнению прокуратуры, делало их получение и исполнение свидетелем невозможными. Более того, прокуратура выявила, что почтовые документы, подтверждающие фактическую отправку повесток свидетелю, в материалах дела отсутствуют. Следовательно, прокуратура пришла к обоснованному выводу, что свидетель (доверитель) о необходимости явки в следственный орган следователем надлежащим образом не извещался, что свидетельствует о незаконности постановления о приводе.

В заключение отмечу, что привод представляет собой меру процессуального принуждения, которая должна применяться в исключительных случаях, а не становиться инструментом для давления или обеспечения срочного доставления свидетеля на допрос. Вместе с тем, если участник уголовного судопроизводства сталкивается со случаем незаконного привода, то, как показывает правоприменительная практика, обращение в прокуратуру с жалобой в порядке ст. 124 УПК является эффективным и своевременным механизмом защиты прав такого лица.