×
Королев Алексей
Королев Алексей
Редактор журнала «Нижегородский адвокат»

Есть дети, которые считают свободой право не учить уроки. Есть другие, которые, уяснив прелесть науки, учатся с самоотречением, отказывая себе в удовольствии «гонять балду».

Кризис либерализма в адвокатуре

«Затравленные» либералы, каждый на свой лад, «полощут» президента ФПА РФ, который с высоты понимания многосложных задач посмел заявить о том, что не все сводится к свободе.

О чем говорил Юрий Сергеевич Пилипенко, понятно. Тезис, что свобода есть осознанная необходимость, не нов. Исходить из абсолюта свободы могут только люди, не вникающие глубоко в систему взаимосвязей или игнорирующие ее. Свобода есть способность понимать и принимать реалии жизни, без чего нельзя делать осмысленный, свободный выбор.

В своей статье Иван Юрьевич Павлов подтвердил мои догадки о намерении «либералов» столкнуть адвокатуру лбом с государством. Заявлено, что адвокатура допустила ошибку, дав возможность государству «разгромить» институты гражданского общества, оставшись последним оплотом демократии, а ее руководству нужно чаще пользоваться силой (протестом или угрозой его применения). По мнению автора статьи, такая модель поведения для адвокатуры оправдана либеральной сущностью этого института.

Каждый раз, когда упоминается либерализм, следует задаваться вопросом: а какой именно? Если речь о либерализме западного толка, надо помнить, что в его понимании абсолютная свобода существует лишь в очень узких пределах, ибо каждый субъект окружен весьма жесткими границами, за которыми начинаются свободы других. Когда к такому либерализму хотят приобщить новых адептов (общества и государства), обычно говорят о свободе, но не вспоминают ограничения. А мы, меняя наш коллективизм на западный либерализм как символ свободы, похожи на индейцев, которым рассказали о красоте стекляшек, но умолчали о цене требуемого взамен золота.

Если же имеется в виду наш домашний, в чем-то дореволюционный либерализм с такими чертами, как некровожадность, терпимость, милосердие, то почему-то забывают, что российской адвокатуре традиционно присущи также коллективизм, патернализм, чувство справедливости (не путать с «равенством»), уважение к закону и правопорядку.

Какова же предлагаемая «либеральная» программа, для реализации которой нас призывают к борьбе? Если изучить предложения «либералов», то рецепт только один: надо поменять руководство в адвокатуре. А чтобы сделать это, надо внедрить нормы прямой демократии, нормы прямого представительства адвокатов в органах адвокатского самоуправления.

Нам не рассказывают, как, например, выборы президентов палат прямым голосованием улучшат жизнь адвокатов или повысят процент оправдательных приговоров. Скорее всего, искать ответы на эти вопросы «либералы» намерены уже после прихода к власти, если не отвлекутся на другие дела. А пока нам внушают мысль, что в низком проценте оправдательных приговоров виновата действующая в адвокатуре система ротации. Похоже на идеологический кризис.

Концепция и поправки

Адвокаты и адвокатские образования существовали до принятия в 2002 году Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Для адвокатских образований Закон 2002 года не изменил никаких норм той, прежней адвокатской жизни. Концепция Закона сохраняла статус-кво и не покушалась, например, на то, чтобы вернуть всех адвокатов в лоно одной на регион коллегии, как того хотели традиционалисты.

Правда, Закон «обобществил» дисциплинарную практику и прием экзамена. Но будем справедливы – и то, и другое существовали далеко не во всех адвокатских образованиях.

В чем же была новация Закона? Он предусмотрел создание адвокатских палат как фактора «федеративного» объединения адвокатских образований региона и ФПА РФ (с весьма размытыми полномочиями), как почин объединения адвокатуры на федеральном уровне. Это был надстроечный закон.

Вернемся к нормам прямой демократии. Дело в том, что в любой структуре элементы надстройки зачастую создаются по другим правилам, нежели первичные звенья управления. Так, органы местного самоуправления формируются несколько иначе, чем Федеральное собрание с его «сенатом». Общественные палаты образуются по сложносоставной системе, не так, как обычные НКО, хотя, в некотором смысле, и объединяют их.

Можно долго размышлять, зачем это так. Мой ответ: система представительной демократии существует тогда, когда общество обширно и разнородно. И нужен некий баланс, который позволит избежать разрушения системы скатыванием ее в популизм. Нужен механизм предотвращения раздрая, например нормы, позволяющие президенту формировать свою команду.

Никакого права адвокатов избирать и быть избранными никто не отнимал по простой причине – его на уровне ФПА РФ никогда и не было. Закон, создавая надстройку в виде палат, концептуально предусматривал, что это отношения палат между собой, а не отношения палат и адвокатов. Вот ответ на вопрос, почему членами ФПА являются палаты, а не адвокаты. Делегатами адвокатского съезда, который сформировал ФПА, а теперь ротирует ее Совет, являются, по сути, региональные палаты, а не адвокаты. Ключевым к пониманию этого утверждения является положение Закона «одна палата – один голос». Да и сами выборы конкретных кандидатур делегатов Съезда на конференциях в регионах – это лишь выборы выборщиков.

Что до имевшихся у адвокатов избирательных прав, то они остались такими, какими и были. Адвокатским образованиям и сегодня никто не мешает жить по тем нормам, по которым они жили до принятия Закона, в том числе по нормам прямой демократии. Это имеет принципиальное значение, поскольку только актив адвокатских образований, получивший опыт коллегиального управления, имеет реальный шанс возглавить палаты и (или) представлять их на адвокатском Съезде.

В связи с этим полагаю, что в Закон об адвокатуре недопустимо вносить поправки, меняющие его концепцию, такие как самовыдвижение, непосредственное избрание президента палаты делегатами или общими собраниями, иные идеи прямой демократии на уровне адвокатских палат. Поправки такого рода отсылают нас к первому чтению закона (что невозможно), а значит, могут быть реализованы только в новом законе.

Наверное, не все мы до сих пор глубоко вникали в положения Закона в этой части. В этом вина и тех теоретиков, которые, обладая учеными степенями, не уделяли достаточно внимания исследованию и разъяснению концепции одного из самых специфических нормативных актов «цехового регулирования». Впрочем, может быть, в этом раньше не было нужды.

Равенство как фетиш

Сегодня мы зациклились на «либеральной» проблеме «дайте поизбираться», рискуя поставить и концепцию, и закон «с ног на голову». Удовлетворение амбиций – лишь детская забава по сравнению с тем, что лежит в ящике Пандоры.

Напомню, что сегодня положения Закона об адвокатуре обеспечивают федеративность адвокатуры: «одна палата – один голос». И если мы будем развивать «либеральную» идею «равенства» в противовес нашей российской идее справедливости, федеративности придет конец. «Либералы» не могут не обнаружить, что тысячи адвокатов некоторых региональных палат представлены на Съезде адвокатов не по нормам равного представительства, так как есть адвокатские палаты с малым числом адвокатов, а значит, с гораздо большим «удельным весом» адвокатского голоса.

Не стоит вставать на путь ревизии закона под теми знаменами, которыми машет «либерализм». Если «либерализм» завершит свое разрушительное дело, «контрольный пакет» в адвокатуре России получат адвокатские сообщества отдельных, хотя и уважаемых, региональных палат. И не факт, что в интересах адвокатских сообществ не вскроется никаких экономических и иных противоречий. И цепочка проблем не окажется бесконечной.

Популизм как побочный эффект либерализма

В «Стратегии порядка» я уже высказывал мысль, что при отсутствии сильного объединяющего центра прямое представительство опасно центробежными тенденциями. Другой опасностью является скатывание в популизм самовыдвижений и конкуренций предвыборных программ.

Один потенциальный президент пообещает снизить взнос, построить здание палаты, довести процент выполнивших норму часов обучения до 100%.

Другой, удивившись, как это возможно одновременно, задастся вопросом: ведь на здание палаты и на увеличение числа лекторов нужны средства, а где их взять при снижении их размера?

Конечно, возможно, первый кандидат не обманщик, а просто богатый человек, который готов к спонсорству ради титула президента, и он намерен осуществить обещанное за свои собственные средства. Может быть, таких «благодетелей», готовых присовокупить к титулам на визитке титул президента палаты и даже специально ради такого случая получить статус адвоката, хватит на все регионы.

Но что если эти обещания будут реализованы, например, за счет безудержного роста численности адвокатов и торговли теми же часами обучения?

Оба варианта позволяют выполнить обещанное, хотя далеко не факт, что это принесет благо адвокатуре.

Технический дефолт

Другой план скинуть действующее руководство, читаемый у «либералов», – создать ситуацию своеобразного «технического дефолта». Эта «прогрессивная» заготовка называется измеримостью результата работы. Обед подается поэтапно. На первое идет идея оценки работы органов адвокатского самоуправления по неким техническим параметрам. На второе закрепляются нормы о том, что недостижение показателей влечет отставку. Вместо компота – само невыполнение плана (случайное или в результате саботажа).

Я не отстаиваю бесконтрольность. Вопрос в методе оценки. Представьте, что вы член искусствоведческого совета. Разве гениальность художника вы станете оценивать по количеству картин и размерам полотна? В нашем адвокатском деле очень многие моменты подлежат оценке не технической, а экспертной. Неслучайно оценку органам адвокатского самоуправления ставят не специалисты по процентовке, не сотрудники министерства юстиции, а сами адвокаты. В том-то и смысл самоуправления, что других экспертов нет и быть не должно.

Казалось бы, известно, что и так без цифр не обходится ни одна адвокатская конференция. В чем же закавыка? Она в попытке сказать, что технические показатели должны значить больше, чем удовлетворенность адвокатов работой тех, за кого они голосуют, и доверие к ним.

Процент как мерило совести и правды

Проценты являются отдельной темой, если говорить о статье Ивана Юрьевича Павлова. Они – следствие увлечения автора не только «либерализмом», но и менеджментом. Ведь автор разбираемой статьи выполняет функции менеджера по развитию своей коллегии в чине заместителя президента коллегии адвокатов.

Казалось бы, эта его ипостась – только плюс для общественного деятеля. Увы, его не миновала распространенная ошибка считать, что государственная задача и рынок – одно и то же. Иван Юрьевич насмехается над некоей сакральностью знаний тех руководителей адвокатуры, которые вроде как не современны. Разумеется, никакой сакральности нет. Есть понимание, что защита государственной границы, защита прав граждан, рост уровня культуры, рост правовой культуры, правосудие – не могут обеспечиваться рыночными методами. Отсюда и непонятные Ивану Юрьевичу как менеджеру подходы к администрированию.

Сферы администрирования нужно разделять. Поясню на примере. Адвокатское образование может рассчитывать, что в этом году его валовый гонорар (условно) достигнет 1 млрд рублей, и ставить задачу достичь 2 млрд в следующем. Усилия менеджера по выполнению такой задачи, безусловно, сложны, но сама цель проста и понятна. Она в том, чтобы у адвокатов данного адвокатского образования вырос валовый гонорар, то есть в их пользу был перераспределен юридический рынок региона (или международный рынок).

Адвокатские палаты, которые в силу ст. 29 Закона об адвокатуре адвокатской деятельностью не занимаются и не могут вести деятельность предпринимательскую, – совсем другое дело. Их функции указаны в Законе. Вопрос уже нельзя ставить так, чтобы «выдать на гора», речь должна идти о том, чтобы «сделать, чтоб было хорошо». Что не всегда одно и то же.

Является ли качество образования высоким, если всем учащимся ставят пятерки? Качество работы следствия высоким, если процент выбраковки обвинений (оправдательных приговоров) крайне мал? Повысится ли качество правосудия в стране, если удастся поставить судам задачу довести процент оправдательных приговоров до двадцати процентов? До пятидесяти? До ста? Надо ли выплачивать президенту премию, если число адвокатов – членов палаты вырастет? Или, наоборот, сократится? Если все претенденты начнут сдавать экзамен? Или, наоборот, его никто не сдаст?

Я бы предостерег от подхода к оценке и планированию работы советов адвокатских палат на основе неких производственных критериев. Даже пример наших «трендовых» министерств, если они действуют не в сфере выпуска чугуна и стали, а в сфере социальной инженерии, меня не убеждает.

Качество количеством измерено быть не может. Если настаивать на обратном, получим кампанейщину и очковтирательство. А эти понятия известны давно и никаким ноу-хау новомодных управленцев не являются.

Коэффициент полезного действия

В статье констатируется плачевное положение адвокатуры как части судебной системы. Остается удивляться, чем занимаются 72 000 российских адвокатов, которым пока еще не раскрыла глаза могучая кучка «либералов».

Иван Павлов ставит низкий процент оправдательных приговоров в вину руководству адвокатуры. Неужели это намек на то, чтобы адвокатские палаты требовали процент оправдательных приговоров с адвокатов?!

Автор считает процент оправдательных приговоров коэффициентом полезного действия адвокатуры, правда, прямо не отмечая это в статье. Однако в одном из последних публичных выступлений Ивана Юрьевича прозвучала аллегория – он сравнил КПД адвокатуры и КПД паровоза. Как я понял, паровоз для автора служил примером крайней неэффективности, само сравнение, разумеется, было не в пользу адвокатуры.

Интересно, а 72 000 российских адвокатов тоже полагают, что смысл их работы состоит в получении любой ценой оправдательного приговора, а не в том, чтобы удержать суд от ошибок при вынесении любого приговора, в том числе и заслуженно обвинительного?

Адвокатский ОМОН

Не могу сказать, что «либералы» совсем уж ничего не предлагают, чтобы противостоять обвинительному уклону и нарушениям процессуальных прав адвокатов. Однако то, что я слышу от них, заставляет меня взять слово «либерал» в кавычки.

Есть предложение создать что-то вроде адвокатского ОМОНа, который будет «сметать все на своем пути». Другое предложение – бойкотировать судей, которые выносят неправильные приговоры. Справедливости ради скажу, что эти предложения Иван Юрьевич Павлов не озвучивал, вероятно, по причине их нежизнеспособности. С другой стороны, отсутствие у него каких-либо предложений на момент написания этой статьи создает впечатление неконкретности.

А ведь рецепт на поверхности. В президиуме заседаний с участием Ивана Юрьевича часто можно увидеть авторитетного адвоката Юрия Михайловича Новолодского, у которого, как рассказывают промоутеры, за сорок лет адвокатской карьеры ни много ни мало – более пятидесяти оправдательных приговоров (чаще одного в год)!

Ну как же можно пребывать в столь пессимистическом настроении, когда рядом с тобой соратник, живой пример адвокатского успеха, человек, настойчиво передающий свой опыт другим? Не на Марсе же он практикует?

А чего, как не аплодисментов, заслуживают реплики Карины Акоповны Москаленко на том же заседании, где выступал и Иван Юрьевич, в которых она призывает адвокатов быть на голову, на две головы в профессиональном плане выше процессуальных оппонентов?!

Да, коллеги! Именно повышение качества работы адвоката, восстановление контроля органов адвокатского самоуправления за качеством этой работы, а не буза и не угрозы – вот способ изменения ситуации.

Лики и борьба

В статье поименованы «жертвы» органов адвокатского самоуправления. Каждый трезвомыслящий адвокат, углубившись в эти дела, никакого мученичества там не обнаружит. Интересно, что в статье не названы иные имена, чьи дела иллюстрируют реальные проблемы. Например, дело Натальи Рочевой, лишенной статуса и восстановившей его в судебном порядке. Автор статьи это имя не упоминает в силу недостаточной связи «кейса» с «либеральными» ценностями и отсутствия профита в борьбе с системой, которую он затеял.

Кто не был романтиком, у того нет сердца. Кто не стал прагматиком, у того нет ума. Коллеги, одних эмоций явно недостаточно, чтобы вести людей к лучшей жизни. Нужна программа. А ее у «либералов» нет.

Я бы посоветовал им перестать изобретать велосипед, не морочить людям голову, вернуться к созидательному адвокатскому труду. Тем более что борьба, к которой призывает Иван Юрьевич, может быть выбором только отдельных личностей, но никак не института адвокатуры в целом.

Рассказать:
Другие мнения
Шавин Василий
Шавин Василий
Адвокат ПА Нижегородской области, к.ю.н.
Защита прав адвокатов должна стать основной деятельностью адвокатских палат
Адвокатура, государство, общество
Ответ на десять тезисов Алексея Королёва
20 Марта 2019
Ёлкин Сергей
Ёлкин Сергей
Карикатурист
Как адвокат Редькин через лес пошел
Защита прав адвокатов
Сегодня в Совете Федерации проходит круглый стол на тему «Защита прав адвокатов как инструмент обеспечения правосудия». В связи с этим карикатурист Сергей Ёлкин напоминает, что профессиональные гарантии независимости адвоката служат всем гражданам страны
20 Марта 2019
Мельник Екатерина
Мельник Екатерина
Адвокат АП Московской области
Что бьет по карману молодых адвокатов
Правовые вопросы статуса адвоката
Зарабатывание денег не должно быть важнее квалифицированной юридической помощи
20 Марта 2019
Колосовский Сергей
Колосовский Сергей
Адвокат КА «Свердловская областная гильдия адвокатов»
Успешным адвокатам «понукания» для самоподготовки не нужны
Повышение квалификации
Стандарт должен стимулировать профессиональное развитие тех, кому это необходимо
19 Марта 2019
Соловьёва Елена
Соловьёва Елена
Адвокат АП г. Москвы
Проекты полезны, но требуют доработки
Повышение квалификации
Наиболее «острые» вопросы, касающиеся проектов Стандарта повышения квалификации
18 Марта 2019
Баулин Олег
Баулин Олег
Президент АП Воронежской области
О презентации Фонда поддержки адвокатов
Адвокатура, государство, общество
Неформальные объединения: защита адвокатов или средство достижения собственных целей
15 Марта 2019