×
Макаров Сергей
Макаров Сергей
Советник ФПА РФ, адвокат АП Московской области, МКА «ГРАД», зам. зав. кафедрой адвокатуры МГЮА

С интересом ознакомился на сайте «АГ» с мнениями коллег Виктора Спесивова, Ольги Власовой и Татьяны Сустиной, касающимися проекта поправок в ст. 66 СК РФ, регулирующую порядок осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка. Трудно удержаться от присоединения к дискуссии по столь актуальному вопросу.

Несмотря на лаконичность поправок, они являются, на мой взгляд, серьезным нововведением, поскольку детализируют регулирование форм общения родителя с ребенком, проживающим отдельно, что будет способствовать укреплению судебной практики по данной категории споров.

В связи с этим разделяю положительную оценку новелл Виктором Спесивовым, его вывод о «дискриминации отцов после расторжения брака. В то же время появление законопроекта следует приветствовать как первую реальную попытку устранить сложившийся в правоприменительной практике резкий “перекос” в пользу матерей».

Для адвокатов, практикующих по семейным делам, очевидно, что суды практически всегда отдают приоритет матерям. Однако мать и отец имеют равные права как родители, и предлагаемые поправки помогут устранить «перекос».

При всем уважении к мнению Ольги Власовой, считающей, что «как показывает практика, после расторжения брака многие отцы в России не выражают желания ни общаться с детьми, ни исполнять обязанности по их содержанию», не могу согласиться с ним, точнее – принять его абсолютный характер.

Разумеется, есть отцы, не желающие ни общаться с детьми, ни содержать их. Однако, на мой взгляд, важнее другая плоскость проблемы. Присоединяюсь к утверждению Татьяны Сустиной о том, что «по спорам, предметом которых является ребенок, исполнение протекает крайне сложно. Это, пожалуй, самый яркий пример ставшего крылатым выражения “номинальная победа в суде не означает реального выигрыша”».

Как показывает опыт многих адвокатов, значительное число отцов, столкнувшись с воспрепятствованием бывшими женами их нормальному общению с детьми, прекращают борьбу. В новых семьях они учитывают печальный опыт, благодаря чему эти семьи крепче и дети от нового брака становятся отцам ближе, чем старшие.

Матери могут сколько угодно винить бывших супругов в том, что те «предали» своих старших детей. Но, на мой взгляд, на самом деле виноваты они сами, так как по неразумию сделали все, чтобы нарушить нормальное общение детей с отцами, и, естественно, последние в итоге отдалились. Но это все же крайний случай, и во многих ситуациях адвокатам удается добиться налаживания общения отцов и детей.

Правоприменительная практика позволяет согласиться с (казалось бы) противоположными мнениями коллег. С одной стороны, справедливо утверждение Ольги Власовой, что «часто из предлагаемого истцом порядка общения явствует, что он удобен, в первую очередь, ему самому, интересы ребенка не учитываются, а второго родителя – игнорируются».

В то же время представляется обоснованным мнение Виктора Спесивова о том, что «если бы у отца было право общения с детьми в любом месте, где удобно в этот момент детям, в любой день недели, когда это было бы удобно отцу и детям, – лишить его возможности общаться с детьми, откровенно не нарушая закон, матери было бы гораздо труднее. (...) Сейчас же судебная практика по делам об определении порядка общения с детьми, как правило, предсказуема и для отцов выглядит удручающим образом».

Здесь глубоко затронут принципиально важный аспект: установленное законодательством равенство мужчины и женщины, являющихся родителями общего ребенка (детей), и судам следует это учитывать. Каждый из родителей вправе предлагать свой, удобный ему вариант общения. При этом суд либо сами стороны в соответствующем соглашении должны устанавливать такой порядок, который будет максимально отвечать интересам обоих родителей, но прежде всего того, кто проживает отдельно от общего ребенка. Сторона, с которой ребенок проживает постоянно, по моему мнению, должна с этим смириться, поэтому еще больше ограничивать права отдельно проживающего родителя нельзя.

Вновь подчеркну: главное – соблюдение интересов ребенка. Ни в коем случае нельзя допускать злоупотребления правами родителем, с которым ребенок проживает постоянно. Важно напомнить, что все вопросы, связанные с воспитанием, образованием и заботой о здоровье ребенка, должны решаться родителями сообща, и только если отдельно проживающий родитель явно не заинтересован участвовать в их решении, второй может это делать единолично.

Злоупотребления могут быть как весьма откровенные, так и хитро замаскированные. В моей практике было дело, когда мать двоих детей заявляла их отцу, что ни в одно из воскресений в течение учебного года дети не смогут приезжать к нему в другой город, где он проживал с новой семьей, так как должны регулярно заниматься в спортивных секциях. При этом в середине учебного года она на месяц уехала с детьми отдыхать за рубеж. Очевидно, что тем самым женщина допустила явные злоупотребления, препятствуя общению отца с детьми в том городе, где он проживает.

Безусловно, огромная проблема состоит в том, что бывшие супруги зачастую не способны общаться друг с другом. Убежден, что адвокаты обеих сторон должны приложить все усилия к мирному урегулированию спора – например, посредством проведения переговоров о том, с кем из родителей останется проживать ребенок (дети) и как будет построено общение каждого ребенка с отдельно проживающим родителем. Это в числе прочего – этическая обязанность адвокатов в соответствии с п. 2 ст. 7 КПЭА.

Если переговоры оказались безуспешными и заключить соглашение о месте жительства ребенка и порядке общения с ним отдельно проживающего родителя не удалось, остается судебный процесс.

Практика Верховного Суда РФ (в частности, п. 2 Постановления Пленума от 27 мая 1998 г. № 10 «О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей») показывает, что при рассмотрении таких споров в суд целесообразно представлять два вида характеристик: о личных качествах родителей либо иных лиц, воспитывающих ребенка (детей), и об их взаимоотношениях с ним (с ними). Оба направления дают простор для сбора доказательств, при этом адвокатам следует неформально – т.е. широко и «незашоренно» – определять, какие обстоятельства и как нужно доказывать.

Так, по первому направлению (личные характеристики) целесообразно, на мой взгляд, представлять положительные для доверителя доказательства по следующим пунктам: состояние здоровья, отсутствие фактов привлечения к любым видам ответственности, характеристики по месту (местам) жительства и работы, участие в общественных мероприятиях, а также доходы, поощрения и награды.

Относительно взаимоотношений доверителя с ребенком целесообразно представлять характеристики из детских учреждений с указанием, кто приводил и забирал ребенка, оформлял документы, осуществлял оплату; результаты опроса широкого круга лиц (соседи, друзья, родственники, коллеги), которые могут поделиться впечатлениями об общении доверителя с ребенком; заключение профильных специалистов (в первую очередь психологов) о соответствии интересам ребенка общения с данным родителем.

Большинство доказательств могут быть собраны скорее доверителем, нежели адвокатом, так как на указанные сведения распространяется действие института защиты персональных данных, и задача адвоката – полно и всесторонне определить эти обстоятельства и возможные доказательства, чтобы дать доверителю точные ориентиры в их сборе. Если соответствующая информация будет выдана по запросу адвоката, тем более ценной она окажется при рассмотрении спора судом.

Опрос всех возможных лиц о личных впечатлениях о взаимоотношениях доверителя с ребенком – это, безусловно, задача адвоката (в порядке применения статусного права по опросу лиц с их согласия). Именно он может определить, кого из указанных доверителем лиц целесообразно опросить, и сформулировать вопросы так, чтобы ответы были максимально информативными и при этом правдивыми (достоверность информации все равно проверит суд в ходе допроса названных лиц в заседании).

Отмечу, что проведение опросов и закрепление их результатов (в случае положительной оценки доверителя) не запрещенными законом способами желательно осуществить до обращения с иском об определении места жительства ребенка или о порядке общения с ним отдельно проживающего доверителя, чтобы приложить их к исковому заявлению как письменные доказательства. Сочетание представления информации в виде письменных доказательств и свидетельских показаний опрошенных лиц может иметь существенное значение в суде.

К психологу обращаться целесообразно именно адвокату (в порядке применения статусного права по обращению к специалисту на договорной основе), причем на начальной стадии оказания юридической помощи – чтобы максимально подробно оценить ситуацию (и заодно составить объективное мнение о вероятном результате судебной психологической или психолого-педагогической экспертизы, которая с большой вероятностью может быть назначена судом). Неблагоприятное для доверителя заключение адвокат может оставить в досье, не представляя суду, зато благоприятное может стать письменным доказательством.

Полученная адвокатом информация поможет более детально выверить позицию по делу.

Рассказать:
Другие мнения
Касаткин Алексей
Касаткин Алексей
Адвокат, старший партнер АБ «ЗКС»
Чем руководствуются суды
Конституционное право
О мотивах судей, рассматривающих ходатайства о заключении под стражу
18 Ноября 2019
Золотухин Борис
Золотухин Борис
Адвокат, член Совета АП Белгородской области
Бороться с обвинительным уклоном
Конституционное право
Долг адвоката – делать все для соблюдения прав подзащитного
18 Ноября 2019
Бушманов Игорь
Бушманов Игорь
Управляющий партнер АБ «АВЕКС ЮСТ» 
Препятствие для защиты
Конституционное право
Решение о помещении обвиняемого в СИЗО формирует обвинительный приговор
18 Ноября 2019
Гришин Артем
Гришин Артем
Адвокат, заместитель управляющего партнера ALLIANCE LEGAL CG
Формальный подход судей
Конституционное право
Суды одобряют заключение под стражу без проверки обоснованности подозрения
18 Ноября 2019
Сустина Татьяна
Сустина Татьяна
Руководитель семейной практики КА г. Москвы № 5, адвокат
Взыскание алиментов: в поисках справедливости
Семейное право
Почему помимо предложенного минимального размера выплат необходим максимальный
18 Ноября 2019
Поляков Виктор
Поляков Виктор
Адвокат АП Ставропольского края
Почему обязанность суда направлять копии апелляционных жалоб участникам дела – излишняя
Гражданское право и процесс
Комментарий к действующим с 1 октября поправкам в ГПК
08 Ноября 2019