В комментарии к статье Юлии Мухиной «Дата фактического распада семьи: значение в судебной практике» (см.: «АГ». 2024. № 10 (411)) автор указывает на огромную практическую ценность проблематики, освещенной в публикации. С учетом того, что в случае расторжения брака в судебном порядке решение суда о расторжении брака будет иметь преюдициальное значение, существенно повышается значение искового заявления с указанием того момента, когда семейные отношения считает прекращенными истец (а это требуется указать в исковом заявлении о расторжении брака). При наличии возражений ответчика решение по делу о расторжении брака не получит в этой части преюдициального значения, и момент прекращения семейных отношений нужно будет с нуля устанавливать в процессе о разделе совместно нажитого имущества. По мнению автора комментария, исключительно ценно замечание автора статьи о том, что моментом прекращения семейных отношений будут такие обстоятельства, которые бесспорно показывают прекращение любых форм семейных отношений (без сохранения их даже в частичном формате).
Статья Юлии Мухиной исключительно ценна уже даже только самим фактом ее подготовки автором и опубликования «АГ», поскольку поднимаемая и освещаемая ею проблематика часто остается вне поля теоретического обсуждения, но при этом очень важна практически, так как на практике определение момента прекращения супругами совместной жизни имеет исключительное значение. Причем это значение проявляется в отношении как обычного имущества (включая жилые помещения и автотранспортные средства), так и бизнес-активов. Можно смело утверждать, что всестороннее рассмотрение и обсуждение этой темы имеет значение для всех граждан России, так как необходимость раздела совместно нажитого в браке имущества может возникнуть, к сожалению, у каждого гражданина.
