Кого в нашей корпорации называют «карманными», мы все прекрасно знаем, так же как и за счет чего они существуют. Но вот кто и как смог подсчитать деньги в их карманах, попытаюсь рассказать.
Недавно в соцсети коллега на мой вопрос об источниках существования одной псевдоадвокатской организации упрекнул меня в попытке подсчитать деньги в его кармане, на что я ответил, что он свой карман путает с бюджетом этой организации.
Считать деньги в чужих карманах – недостойное занятие. И меня очень тревожит, что в последнее время правоохранительные органы усиленно начали считать преступными деньги адвокатов даже при наличии соглашений, и мы знаем не одно уголовное дело, печально закончившееся для коллег. Буквально на днях оглашен приговор в отношении коллеги Маркина.
Однако вернемся к так называемым «карманным» адвокатам, деньги которым поступают из казны. А государство, как известно, всегда любит считать и защищать бюджетные деньги, особенно когда счет идет не на миллиарды.
Не секрет, что зачастую следователи, проведя со «своим» адвокатом единственное следственное действие, в тот же день оформляют ему участие еще в нескольких следственных действиях, проведенных якобы в другие дни. Обоих это устраивает: следователя – все подписывающий, молчащий адвокат, а того в свою очередь – оплата дней, когда он реально не работал.
Но в конце 2018 г. начальник одного из небольших территориальных подразделений МВД РФ, просматривая постановления об оплате труда адвокатов, выплаты по которым уже были произведены, возмутился, поскольку увидел там оплату за дни (включая выходные), когда он был ответственным и не видел в отделе ни указанных в документах следователей, ни адвокатов.
Записи в журналах регистрации лиц, входивших в здание отдела, убедили его в том, что он не ошибся, после чего было дано указание сверить данные журналов регистрации с датами уже оплаченных постановлений.
В результате некоторые следователи принялись в спешном порядке уговаривать некоторых адвокатов внести в кассу отдела от 30 тыс. до 40 тыс. руб. Адвокаты, не желающие ссориться со следователями, так и сделали. Но нашлись и те, кто проявил «принципиальность» и отказался, что привело к удержанию денег из зарплаты следователей.
Насколько мне известно, такие истории произошли не в одном территориальном подразделении МВД, а к одному адвокату предъявили требование о возврате свыше 250 тыс. руб.
Вот так просто оказалось подсчитать деньги в карманах некоторых коллег.
В заключение отмечу, что, добившись «материального удовлетворения», в областном УМВД не стали заниматься компенсацией «морального» вреда, понимая возможные последствия в виде уголовных дел в отношении следователей (адвокаты сами по себе их не волновали бы).
