Как сообщает пресс-служба Федеральной палаты адвокатов РФ, 9 июля в рамках VI Всероссийского конгресса молодых адвокатов состоялся мастер-класс вице-президента ФПА РФ, президента АП Воронежской области Олега Баулина на тему «Профессиональные риски, связанные с заключением и содержанием соглашения об оказании юридической помощи».
Определив профессиональный риск как возможность, вероятность наступления неблагоприятных последствий, спикер разделил нежелательные последствия на четыре группы: репутационные, материально-правовые, дисциплинарные и уголовно-правовые.
Нежелательные последствия могут иметь своим источником:
-
взаимодействие с доверителем, в том числе ориентированность доверителя не на качество юридической помощи, а на достижение правового либо даже неправового результата;
-
наличие статуса доверителя у третьего лица, интересы которого могут не совпадать с интересами лица, которому оказывается правовая помощь;
-
организационную деятельность адвоката при оформлении соглашения об оказании юрпомощи, практическую – при исполнении;
-
проблемы определения гонорара вообще и в особенности «гонорара успеха»;
-
неопределенность в понятии «юридическая помощь», использование в законодательстве и судебной практике понятия «услуги».
Анализируя правовую природу соглашения об оказании юридической помощи, Олег Баулин заметил, что существуют расхождения в ее понимании адвокатурой и судами. Так, с точки зрения адвокатуры, соглашение представляет собой договор поручения, а не договор возмездного оказания услуг. Договор поручения по своей природе отвечает некоммерческому характеру адвокатской деятельности и публично-правовой функции адвокатуры, тогда как специфика договора возмездного оказания услуг обусловливает его применение в коммерческой сфере. Тем не менее на практике суды могут квалифицировать соглашение об оказании юридической помощи как договор возмездного оказания услуг, что влечет для адвокатов определенные риски.
Анализируя эти риски и говоря о том, как их избежать, Олег Баулин неоднократно ссылался на Памятку для лиц, претендующих на приобретение статуса адвоката «Основные правила профессиональной адвокатской деятельности» (одобрена решением Совета ФПА РФ 23 октября 2025 г. (протокол № 7)), которая содержит систематизированную информацию об основных правилах профессиональной адвокатской деятельности.
Вице-президент ФПА РФ, в частности, акцентировал внимание на том, что адвокат обязан заключить соглашение с доверителем в простой письменной форме, но в отношении предпринимателей суд может рассмотреть спор и в случае, если договор об оказании юридических услуг не заключался. Также важно, что в договоре возмездного оказания услуг цена не является существенным условием, а следовательно, если она не предусмотрена договором, то может быть определена расчетным либо экспертным путем в соответствии с п. 3 ст. 424 ГК РФ. Согласно Закону об адвокатуре размер вознаграждения является существенным условием соглашения об оказании юридической помощи, поэтому п. 3 ст. 424 ГК неприменим. По мнению Олега Баулина, необходим механизм, позволяющий избежать непрофессионального подхода к определению стоимости юридической помощи.
В связи с этим он упомянул правовую позицию ФПА РФ об исследовании на предмет определения «рыночной стоимости» юридической помощи, где со ссылкой на содержащийся в ст. 421 ГК принцип свободы договора убедительно аргументируется тезис о том, что оценка «рыночной стоимости» юридической помощи не имеет практического смысла и правового значения. Ценообразование на рынке юридической помощи является многофакторным, но при этом сугубо индивидуальным, в том числе и субъективным, учитывающим роль личности, оказывающей юридические услуги. Согласно п. 2 ст. 16 Кодекса профессиональной этики адвоката гонорар определяется соглашением сторон и может учитывать объем и сложность работы, продолжительность времени, необходимого для ее выполнения, опыт и квалификацию адвоката, сроки, степень срочности выполнения работы и иные обстоятельства.
Тем не менее суды иногда считают гонорары адвокатов чрезмерными, существенно превышающими рыночные расценки. Анализируя подобные ситуации, Олег Баулин рекомендовал: учитывать при заключении соглашения об оказании юрпомощи специальное законодательство, в частности законодательство о государственных закупках; при доказывании в суде использовать специальные познания (заключения специалистов о соразмерности гонорара).
Также вице-президент ФПА РФ заметил, что устанавливаемые многими региональными адвокатскими палатами минимальные размеры оплаты труда адвокатов для определенных видов правовой помощи носят рекомендательный характер. Они вводятся для того, чтобы установить минимальный гонорар, который адвокат может обосновать доверителю, сославшись на позицию Совета палаты, и дать судам основу для решения процессуального вопроса о возмещении расходов на оплату труда представителя в разумных пределах. При этом не учитываются конкретные особенности категории дел, индивидуальные особенности самого спора, единственным критерием выступает день занятости.
Для того чтобы избежать риска уменьшения гонорара в случае, если он отработан, Олег Баулин рекомендовал определять, каким образом рассчитываются ставки гонорара, даже в твердой сумме, а также составлять акты сдачи-приемки выполненных работ.
Говоря о применении «гонорара успеха», он сослался на п. 4.1 Закона об адвокатуре: в соответствии с Правилами включения в соглашение адвоката с доверителем условия о вознаграждении, зависящем от результата оказания юридической помощи (утверждены решением Совета ФПА РФ от 2 апреля 2020 г. (протокол № 12)), в соглашение об оказании юридической помощи может включаться такое условие за исключением юридической помощи по уголовному делу и по делу об административном правонарушении.
Олег Баулин привлек внимание к тому, что включение в соглашение положения о «гонораре успеха» не является гарантией или обещанием положительного результата оказания юридической помощи; соглашение должно ясно и недвусмысленно определять результат оказания адвокатом юридической помощи, которым обусловлена выплата вознаграждения и его размер; обусловленное вознаграждение может определяться как твердая денежная сумма, как доля или процент от размера удовлетворенных требований доверителя или от размера требований к доверителю, в удовлетворении которых было отказано, а также иным способом, позволяющим рассчитать размер вознаграждения; не допускается включение в соглашение положения о выплате обусловленного вознаграждения авансом; при заключении соглашения адвокат обязан предупредить доверителя о том, что последнему не может быть гарантировано взыскание в качестве судебных издержек с другого лица, участвующего в деле, суммы выплаченного адвокату обусловленного вознаграждения.
Касаясь вопроса о множественности субъектов договора поручения на стороне поверенного, Олег Баулин, подчеркнул необходимость очень четкого решения вопросов распределения гонорара.
Вице-президент ФПА РФ проанализировал ситуации, когда соглашение об оказании юридической помощи заключается в пользу назначенного доверителем лица. Здесь особую сложность представляют случаи, когда соглашение в пользу назначенного лица заключается с посредником на юридическом рынке. В связи с этим Олег Баулин привел Разъяснение Комиссии по этике и стандартам ФПА РФ по отдельным вопросам, связанным с заключением адвокатом соглашения об оказании юридической помощи в пользу лица, назначенного стороной соглашения (утверждено решением Совета ФПА РФ от 18 июня 2024 г. (протокол № 14)).
В Разъяснении подчеркивается, что модель оформления договорных отношений, при которой адвокат заключает соглашение об оказании юридической помощи в пользу назначенного лица со стороной, в свою очередь, заключившей договор об оказании юридических услуг назначенному лицу, может не соответствовать критериям оказания адвокатом юридической помощи назначенному лицу; является недопустимым использование модели оформления договорных отношений, нарушающей требования Закона об адвокатуре и КПЭА, а также направленной на обход таких требований или понижающей уровень гарантий лица. До принятия поручения об оказании юридической помощи не стороне соглашения, а назначенному лицу адвокат обязан с достаточной степенью осмотрительности установить, по каким причинам назначенное лицо не заключает соглашение напрямую с адвокатом и в чем могут состоять мотивация и законный интерес лица, намеревающегося заключить соглашение об оказании юридической помощи в пользу назначенного лица.
Олег Баулин отметил, что существенным условием соглашения об оказании юридической помощи является предмет соглашения, который должен быть определенным и точным, не должен вводить доверителя в заблуждение относительно объема принятых адвокатом на себя обязательств. Часто доверители, жалуясь в палаты, пишут, что адвокат не полностью выполнил обязанности либо вообще не приступал к их выполнению. В связи с этим нужна точная детализация: по виду правовой помощи – консультирование, составление искового заявления; в случае участия в судопроизводстве – детализация по стадиям.
Касаясь вопроса о внесении вознаграждения в кассу адвокатского образования, Олег Баулин привлек внимание к тому, что если адвокат принимает денежные средства лично, это служит почвой для упреков, подозрений и может повлечь риск уголовного преследования.
Говоря о возможности расторжения соглашения об оказании юридической помощи, вице-президент ФПА РФ подробно проанализировал этот вопрос как в гражданско-правовом аспекте, так и с точки зрения правил профессиональной этики адвоката, в том числе применительно к ситуациям, когда соглашение заключено на защиту по уголовному делу.
В частности, он привел Разъяснение Комиссии по этике и стандартам ФПА РФ по вопросам применения п. 2 ст. 13 КПЭА (утверждено решением Совета ФПА РФ от 15 декабря 2022 г. (протокол № 18)). Согласно этому документу законодательство об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекс профессиональной этики адвоката не содержат прямого запрета на включение в соглашение об осуществлении защиты по уголовному делу условия о праве адвоката на односторонний отказ от такого соглашения или от его исполнения в случае невыплаты адвокату вознаграждения либо условия о том, что невыплата вознаграждения доверителем рассматривается сторонами в качестве отказа последнего от дальнейшего исполнения соглашения. Определяя нормативную возможность одностороннего отказа от исполнения соглашения об осуществлении защиты по уголовному делу, адвокат должен во всяком случае руководствоваться требованиями разумности и добросовестности, предъявляемыми п. 4 ст. 450.1 ГК и подп. 1 п. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре.
