Верховный Суд опубликовал Определение по делу № 16-КГ26-19-К4, в котором напоминается, что для исчисления трехмесячного срока подачи заявления о судебных издержках к последним судебным актам, принятием которых закончилось рассмотрение дела, относится также определение судьи ВС РФ об отказе в передаче кассационной жалобы на рассмотрение по существу.
В августе 2021 г. Олег Шершень, действующий в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына, обратился в суд с иском к Ангелине Шершень и Михаилу Саргсяну о разделе совместно нажитого имущества, признании права собственности на него. Спустя несколько месяцев Ангелина Шершень подала встречный иск о разделе совместно нажитого имущества.
Суд удовлетворил исковые требования Олега и Ангелины Шершень частично. Далее апелляция отменила это решение в части отказа в удовлетворении исковых требований Ангелины Шершень о включении в состав совместно нажитого имущества и о разделе строений, объектов благоустройства, расположенных на земельных участках в СНТ «Мелиоратор», и кредитных обязательств. В отмененной части было принято новое решение, которым удовлетворены указанные требования Ангелины Шершень. Также апелляция изменила решение первой инстанции в части размера денежной суммы, взысканной с Ангелины Шершень в пользу Олега Шершеня. В свою очередь кассация оставила в силе апелляционное определение, а судья Верховного Суда 11 декабря 2024 г. вынес определение об отказе в передаче кассационной жалобы Олега Шершеня на рассмотрение.
Далее Ангелина Шершень сменила фамилию на Манжину, 13 ноября 2024 г. она обратилась в суд с заявлением о взыскании с Олега Шершеня в ее пользу 245 тыс. руб. судебных расходов на оплату услуг представителя. В начале 2025 г. Олег Шершень также обратился в суд с заявлением о взыскании с бывшей супруги расходов на оплату услуг представителя в размере 300 тыс. руб.
Суд частично удовлетворил заявление Ангелины Манжиной, взыскав в ее пользу 60 тыс. руб., тогда как заявление Олега Шершеня было оставлено без рассмотрения по причине пропуска срока. Апелляционный суд согласился с этим. При этом он отклонил доводы частной жалобы Олега Шершеня о том, что судебным актом, принятием которого закончилось рассмотрение дела, является определение судьи ВС РФ от 11 декабря 2024 г. и именно со дня вынесения этого определения следует исчислять трехмесячный срок подачи заявления о взыскании судебных расходов. Далее кассация поддержала выводы нижестоящих судов.
Изучив кассационную жалобу Олега Шершеня, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда напомнила, что срок обращения с заявлением о возмещении судебных расходов следует исчислять со дня вступления в законную силу последнего судебного акта, принятием которого закончилось рассмотрение дела. В рассматриваемом случае таким судебным актом является в том числе определение судьи ВС РФ об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в кассации, которым завершилась проверка доводов сторон спора.
Судебная коллегия подчеркнула, что нижестоящие суды неверно принимали нормы ГПК РФ и разъяснения Пленума ВС РФ в этом деле. Поскольку по первичному и встречному искам проверка законности судебных актов апелляции и кассации по существу спора завершилась вынесением 11 декабря 2024 г. определения судьи Верховного Суда, которым было отказано в передаче кассационной жалобы Олега Шершеня для рассмотрения, то вопрос о возмещении судебных расходов, понесенных на всех стадиях судебного разбирательства по указанном делу, мог быть поставлен этим гражданином путем подачи заявления в суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня вынесения этого определения. Следовательно, срок обращения в суд с заявлением о взыскании судебных расходов истекал 11 марта 2025 г., а Олег Шершень обратился в суд с заявлением о взыскании судебных расходов 9 января 2025 г., т.е. в установленный законом срок.
Таким образом, неправильное исчисление нижестоящими судами срока подачи заявления о взыскании судебных расходов повлекло нарушение права Олега Шершеня на судебную защиту, гарантированную Конституцией РФ, указал ВС. В связи с этим он отменил обжалуемые судебные акты в части оставления без рассмотрения заявления кассатора, направив дело в этой части в суд первой инстанции.
Член АП Архангельской области Евгений Митин заметил, что ранее подобные вопросы на практике возникали достаточно часто, так как норма ч. 1 ст. 103.1 ГПК предусматривала право на подачу заявления о взыскании судебных расходов «в течение трех месяцев со дня вступления в законную силу последнего судебного акта, принятием которого закончилось рассмотрение дела». «Многие суды, действительно, исчисляли начало течения данного срока с даты определения кассационного суда общей юрисдикции, так как эта инстанция рассматривала дело по существу с учетом доводов жалоб, чего не происходит на стадии единоличного изучения жалобы судьей Верховного Суда. Другие придерживались того же мнения, что и судья: ВС РФ рассматривает дело пусть даже путем только изучения доводов жалобы и их оценки, т.е. просто по своей специфичной процедуре, а также по аналогии применяли соответствующее разъяснение, данное применительно к арбитражному судопроизводству в Обзоре судебной практики ВС РФ № 4 (2017)», – пояснил он.
Эта правовая неопределенность, как заметил эксперт, была четко устранена 1 июня 2022 г. с принятием Обзора судебной практики ВС РФ № 1 (2022), в котором со ссылкой на Определение по делу № 6-КГ21-3-К2 было четко разъяснено, что для исчисления трехмесячного срока подачи заявления о судебных расходах к последним судебным актам, принятием которых закончилось рассмотрение дела, относится также определение судьи Верховного Суда об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции. «Тем не менее ошибки продолжают встречаться, и очень приятно, что Суд их устраняет», – заключил Евгений Митин.
Управляющий партнер Signature Legal Лидия Солодовникова заметила: ключевая особенность этого дела состоит в том, что выявленную ошибку нельзя списать на банальную невнимательность одного судьи. «Правовая позиция о моменте начала течения трехмесячного срока была четко сформулирована в официальном обзоре судебной практики ВС РФ еще в 2022 г. – т.е. за два с половиной года до рассматриваемых событий. Более того, суд апелляционной инстанции прямо сослался на нужный пункт обзора, но применил его формально, не разобравшись в сути изложенной позиции. Это указывает на поверхностное, “декоративное” использование разъяснений высшей инстанции – цитата ради соблюдения формы, а не как реальный ориентир для решения. ВС же выявил каскадное воспроизведение ошибки: ошибка первой инстанции не была замечена и исправлена ни апелляцией, ни кассацией – двумя проверочными инстанциями, чья прямая функция состоит именно в выявлении подобных нарушений. Это ставит вопрос об эффективности апелляционного и кассационного контроля как таковых: если ошибка, прямо противоречащая опубликованному обзору ВС РФ, проходит три инстанции подряд – это симптом более широкой проблемы правоприменения», – сочла она.
Эксперт также выявила смешение разных процессуальных актов как «точки отсчета» в этом деле. «Суды спутали момент, когда завершилась проверка дела по существу спора кассационным судом, с моментом, когда завершилась проверка судебных актов в системе кассационного обжалования, включая определение судьи ВС РФ об отказе в передаче жалобы. Это тонкое, но принципиальное различие: право на судебную защиту реализуется через все доступные инстанции, и “часы” для судебных расходов должны запускаться только после исчерпания этого пути – иначе сторона искусственно лишается части срока, пока ее жалоба еще рассматривается системой. Цена ошибки для заявителя: формально речь идет “всего лишь” о процессуальном сроке подачи заявления о расходах. Но материально-правовой эффект серьезен: заявитель полностью лишился права на возмещение понесенных судебных издержек не потому, что его требование необоснованно, а из-за ошибки в юридической квалификации даты. ВС прямо квалифицировал это как нарушение ст. 46 Конституции РФ – права на судебную защиту», – отметила Лидия Солодовникова.
Она добавила, что этот спор хорошо иллюстрирует характерную для практики проблему: обзоры и разъяснения ВС РФ формально имеют силу ориентира для нижестоящих судов, но их фактическое усвоение судейским корпусом неравномерно. «Ссылка на пункт обзора в тексте судебного акта без применения заложенной в нем логики – тревожный сигнал: суды иногда используют такие ссылки, как “страховку” формальной легитимности решения, а не как инструмент для правильного разрешения спора; вроде бы ссылка на позицию ВС есть, но то, что эта позиция не учитывается вовсе, как будто бы имеет второстепенное значение для нижестоящих судов. Для практикующих юристов вывод прагматичен: при исчислении сроков возмещения судебных расходов следует ориентироваться на последний акт в цепочке проверки – включая определения судей Верховного Суда об отказе в передаче жалобы, а не останавливаться на определении кассации, даже если оно формально выглядит как “финал” рассмотрения дела по существу», – резюмировала Лидия Солодовникова.
