Верховный Суд опубликовал Определение суда кассационной инстанции от 20 мая 2026 г. по делу № 4-УД26-13, в котором разъяснен алгоритм взыскания процессуальных издержек с осужденных в уголовном деле.
В середине апреля 2022 г. суд признал Александра Анашкина и Александра Бакланова виновными в убийстве, совершенном группой лиц (п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ). При этом Александр Бакланов также был осужден за грабеж (ч. 1 ст. 161 УК РФ), их приговорили к 17 и 17,5 годам лишения свободы соответственно с отбыванием наказания в ИК строгого режима с ограничением свободы на срок один год с установлением ряда ограничений и обязанностей. Кроме того, ранее судимого Александра Бакланова обязали уплатить штраф в 5 тыс. руб. в качестве неотбытой части наказания за ранее совершенное преступление.
С обоих осужденных были взысканы в счет возмещения процессуальных издержек суммы, выплаченные из средств федерального бюджета на оплату услуг защитников по назначению; в солидарном порядке – материальный ущерб в пользу Ч. и расходы на оплату юрпомощи ее двух адвокатов; в долевом порядке – компенсация морального вреда. Вышестоящие инстанции, включая Верховный Суд РФ, оставили приговор в силе.
В последующей кассационной жалобе в ВС РФ Александр Бакланов привел доводы, которые ранее не были предметом рассмотрения Суда. Осужденный выразил несогласие с приговором, считая его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в части разрешения гражданского иска и взыскания процессуальных издержек. По его словам, суд первой инстанции, признавая потерпевшую Ч. гражданским истцом, не разъяснил ему права, предусмотренные ст. 54 УПК РФ, регламентирующие права и обязанности гражданского ответчика, чем было нарушено его право на защиту.
Кассатор добавил, что судом необоснованно взысканы с осужденных в солидарном порядке процессуальные издержки, связанные с оплатой потерпевшей Ч. расходов на оплату услуг ее представителей, а также осужденным не была предоставлена возможность высказать свою позицию относительно процессуальных издержек, связанных с оплатой труда представителей потерпевшей и защитников по назначению. Александр Бакланов счел, что при наличии нескольких осужденных процессуальные издержки следует взыскивать в долевом, а не в солидарном порядке. Он также оспорил выводы нижестоящего суда относительно юридической оценки его действий и назначенного ему наказания, требуя снизить его срок.
Изучив материалы дела и доводы сторон, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда отметила, что суд первой инстанции частично удовлетворил гражданский иск потерпевшей и взыскал с осужденных в солидарном порядке в пользу Ч. причиненный материальный ущерб в 174,7 тыс. руб., а также в долевом порядке взыскал в пользу этой женщины компенсацию морального вреда в 1,5 млн руб. с каждого осужденного.
Со ссылкой на ч. 2 ст. 54 УПК Суд напомнил о том, что гражданский ответчик вправе знать сущность исковых требований и обстоятельства, на которых они основаны, возражать против предъявленного гражданского иска, давать объяснения и показания по существу предъявленного иска, выступать в судебных прениях. Между тем, как следует из материалов дела, ни в ходе предварительного следствия, ни в судебном заседании осужденные не были признаны гражданскими ответчиками, соответствующих решений об этом не выносилось. Вопреки требованиям ч. 1 ст. 268 УПК, судом не разъяснялись права гражданского ответчика подсудимым, в том числе право возражать против предъявленного гражданского иска, а также давать объяснения и показания по существу предъявленного иска. Также суд не выяснил вопрос об отношении подсудимых к заявленному Ч. в судебном заседании гражданскому иску.
Кроме того, при принятии решения о взыскании с осужденных в солидарном порядке процессуальных издержек, связанных с возмещением потерпевшей расходов на оплату услуг представителей в лице двух адвокатов, судом первой инстанции не учтено, что при решении вопроса о взыскании процессуальных издержек с нескольких осужденных суду нужно руководствоваться ч. 7 ст. 132 УПК, которой солидарный порядок взыскания процессуальных издержек с осужденных не предусмотрен. Согласно этой норме, признавая виновными по уголовному делу нескольких подсудимых, суд определяет, в каком размере процессуальные издержки взыскиваются с каждого из них. При этом учитываются характер вины, степень ответственности за преступление и имущественное положение осужденного.
Кроме того, по приговору суда с осужденных взысканы процессуальные издержки, связанные с оказанием им юрпомощи, то есть в счет возмещения процессуальных издержек взысканы суммы, выплаченные из средств федерального бюджета на оплату труда защитников по назначению. Однако из протокола судебного заседания следует, что вопрос об оплате этих процессуальных издержек судом на обсуждение сторон не ставился, документы, связанные с этим вопросом, судом не исследовались, мнение участников процесса о согласии либо несогласии с их оплатой и возможностью их оплатить нижестоящий суд не выяснял, чем нарушил не только предусмотренные ст. 47 УПК права подсудимого, но и процедуру уголовного судопроизводства, установленную положениями ст. 240, 241 и 244 УПК, а также требования ст. 307 УПК. Соответственно, выводы суда о необходимости взыскания с осужденных этих процессуальных издержек основаны на не исследованных в судебном заседании материалах дела.
«Также из протокола судебного заседания следует, что судом первой инстанции обвиняемым не разъяснялись положения ст. 131 и 132 УПК РФ в части взыскания процессуальных издержек в виде суммы, выплачиваемой потерпевшей на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения ее представителям. Допущенные судом первой инстанции нарушения требований УПК РФ при разрешении гражданского иска и при взыскании с осужденных процессуальных издержек судом апелляционной инстанции не устранены», − отмечено в определении ВС.
В нем также указано, что доводы Александра Бакланова, приведенные в дополнительной кассационной жалобе, где он оспаривает выводы, содержащиеся в судебных решениях, относительно юридической оценки его действий и назначенного ему наказания, и просит снизить ему наказание, не подлежат рассмотрению, поскольку они ранее были предметом рассмотрения судебных инстанций и признаны несостоятельными. В связи с этим ВС отменил приговор и апелляционное определение в части гражданского иска, взыскания с осужденных оплаты труда защитников по назначению и оплаты юрпомощи представителей потерпевшей. В этой части дело передано на новое рассмотрение в первую инстанцию, в остальном приговор и апелляционное определение оставлены без изменения.
Управляющий партнер АБ «Михальчик и партнеры ЮК» Алексей Михальчик полагает, что ключевая позиция Верховного Суда в этом деле состоит в том, что имущественные последствия обвинительного приговора не могут рассматриваться как формальность. «Если суд разрешает гражданский иск или взыскивает процессуальные издержки, он обязан соблюсти самостоятельную процессуальную процедуру: определить надлежащий статус участников, разъяснить им права, исследовать основания взыскания и дать возможность высказать возражения. Иначе нарушается не только порядок рассмотрения иска, но и право на защиту в той части, которая напрямую затрагивает имущественные интересы осужденного. Для практики это решение важно как сигнал против автоматического взыскания ущерба, компенсаций и издержек в уголовном процессе. ВС фактически подтвердил: даже при сохранении обвинительного приговора ошибки суда в гражданско-правовом и финансовом блоке могут быть самостоятельным основанием для отмены судебных решений в соответствующей части. Такой подход соответствует базовым гарантиям состязательности и справедливого судебного разбирательства», − полагает он.
Член АП Свердловской области, руководитель адвокатской группы «Логард» Сергей Колосовский полагает, что это кассационное определение ВС РФ интересно уже тем, что авторы кассационных жалоб смогли преодолеть положения ст. 401.17 УПК, не допускающие повторное обращение в тот же суд кассационной инстанции тем же лицом. «Хотя данная норма содержит четкое указание на недопустимость обращения только по уже рассмотренным правовым основаниям, но, к сожалению, кассация чаще всего толкует ее расширительно и не усматривает оснований для рассмотрения любой повторной кассационной жалобы, что влечет возвращение таковых авторам без рассмотрения. Однако в данном случае ВС совершенно четко определил предмет рассмотрения как новые доводы, к которым положения ст. 401.17 УПК не применимы. Эта позиция в целом открывает неплохие возможности для исправления судебных ошибок, например, в случае вступления в дело нового защитника, который сможет усмотреть иные основания к отмене приговора, помимо ранее рассматривавшихся кассационным судом», − отметил он.
Как предположил эксперт, авторов жалоб в конечном счете очевидно интересовало не исправление судебной ошибки в части гражданского иска и процессуальных издержек, а изменение приговора по существу, чего они и попытались добиться посредством подачи дополнений к кассационной жалобе. «К сожалению, этот процессуальный ход не сработал, и Суд указал, что доводы относительно юридической оценки действий осужденного и назначенного ему наказания являются повторными и в силу этого пересмотру не подлежат. Что же касается собственно выводов ВС, то они также имеют определенное прецедентное значение. Процессуальное положение гражданского ответчика в действующем уголовно-процессуальном законодательстве описано достаточно противоречиво. Существует мнение, и я его разделяю, что изначально ст. 54 УПК конструировалась именно в связи с необходимостью участия в деле физических лиц и лиц, не являющихся обвиняемыми, а также юрлиц, которые в силу закона несут материальную ответственность за вред, причиненный преступлением», − напомнил Сергей Колосовский.
Он добавил, что сам обвиняемый несет материальную ответственность по общему правилу в случаях, когда фактические обстоятельства дела не содержат правовых оснований для привлечения третьих лиц к возмещению вреда. «Следственные органы зачастую действуют именно в этой логике, не вынося отдельного постановления о признании обвиняемого гражданским ответчиком и, соответственно, не выполняя с ним требований ст. 216 УПК, что, откровенно говоря, представляется разумным. При этом права обвиняемого соблюдаются в достаточной мере, поскольку права гражданского ответчика, предусмотренные ст. 54 УПК, практически полностью совпадают с правами обвиняемого, а с гражданским же иском как таковым обвиняемый знакомится наряду со всеми другими материалами уголовного дела. Осмелюсь предположить, что если бы суд первой инстанции не допустил ошибку, конкретно не разъяснив обвиняемому право оспаривать гражданский иск, то решение ВС, несмотря на отсутствие постановления о привлечении в качестве гражданского ответчика, могло быть иным. Тем не менее кассационное определение состоялось именно в таком виде, и в нем Суд потребовал формального соблюдения всех процедур, предусмотренных УПК в отношении лица, к которому предъявлен гражданский иск, независимо от наличия у него и иного процессуального статуса. Таким образом, разрешен несколько спорный вопрос и даны четкие ориентиры для нижестоящих судов и следственных органов», − заключил Сергей Колосовский.
