Верховный Суд вынес Определение суда кассационной инстанции по делу № 5-УД23-65-К2, в котором напомнил, что право гражданина обращаться в суд с заявлением частного обвинения о совершенном в его отношении преступлении и, соответственно, обязанность мирового судьи рассмотреть такое заявление не зависят от принятия правоохранителями решения об отказе в возбуждении уголовного дела.
В июле 2019 г. между ранее знакомыми Сергеем Поповым и Аллой Смирновой возник конфликт, переросший в потасовку, в ходе которой Попов нанес женщине удар по лицу. Позднее оба обратились в суд с заявлениями частного обвинения против друг друга. В мае 2020 г. мировой судья признал Сергея Попова виновным в причинении легкого вреда здоровью (ч. 1 ст. 115 УК РФ) и назначил ему наказание в виде штрафа в 10 тыс. руб. В свою очередь, Алла Смирнова была оправдана по вышеуказанной статье за отсутствием в ее действиях состава преступления, за ней было признано право на реабилитацию.
Впоследствии апелляция изменила приговор, прекратив производство по уголовному делу в отношении Сергея Попова по основанию, предусмотренному п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, то есть в связи с наличием в отношении обвиняемого неотмененного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по тому же обвинению. При этом из резолютивной части приговора исчезло указание о признании за Аллой Смирновой права на реабилитацию и направлении по вступлении приговора в законную силу извещения с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.
Суд кассационной инстанции, рассматривая в кассационном порядке уголовное дело по жалобе Аллы Смирновой, согласился с выводами апелляции о необходимости прекращения уголовного дела в отношении Сергея Попова по основаниям п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК, за ним было признано право на реабилитацию. Судебные акты в отношении Аллы Смирновой были оставлены без изменения.
Тогда Алла Смирнова подала кассационную жалобу в Верховный Суд. Она указала, что мировой судья признал Сергея Попова виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, по результатам судебного рассмотрения уголовного дела частного обвинения, в связи с чем не обоснована ссылка судов на неотмененное постановление органа дознания об отказе в возбуждении уголовного дела в его отношении, вынесенное 24 июля 2019 г. участковым М. по факту причинения взаимных телесных повреждений, поскольку оно не содержит всех необходимых сведений, из которых можно было бы сделать вывод о том, по какой норме закона оно принято. Кроме того, отмечалось, что 30 ноября 2020 г. постановление участкового было отменено прокуратурой, в связи с чем не имелось препятствий для привлечения Сергея Попова к уголовной ответственности.
Алла Смирнова также указала на нарушение апелляционным судом принципа состязательности и равноправия сторон в судебном процессе, нарушение ее прав как потерпевшей, предвзятость к ней со стороны суда, выразившиеся в отклонении заявленных ею ходатайств о вызове в суд и допросе в качестве свидетеля участкового М. с целью выяснения обстоятельств принятого им постановления, ограничениях в выступлении в прениях сторон и угрозах удаления из зала суда.
Рассмотрев материалы дела, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда со ссылкой на Постановление КС РФ от 28 июня 2023 г. № 36-П напомнила, что в рамках дел частного обвинения потерпевший вправе самостоятельно осуществлять уголовное преследование – обращаться за защитой своих прав и законных интересов непосредственно в суд и доказывать как факт совершения преступления, так и виновность в нем конкретного лица, минуя обязательные в иных ситуациях процессуальные стадии досудебного производства. Если потерпевший может защищать свои права и законные интересы самостоятельно или с помощью законного представителя, то рассмотрение заявления о совершении в отношении него преступления относится к исключительной компетенции мирового судьи. Если такое заявление соответствует требованиям ч. 1, 5 и 6 ст. 318 УПК РФ, судья обязан принять его к своему производству, о чем выносится постановление; с этого момента лицо, подавшее такой документ, является частным обвинителем.
Таким образом, право гражданина обращаться в установленном порядке за защитой своих нарушенных прав с заявлением о совершенном в его отношении преступлении частного обвинения в суд и, соответственно, обязанность мирового судьи рассмотреть заявление не зависят от принятия должностными лицами органов дознания и предварительного следствия решения об отказе в возбуждении уголовного дела частного обвинения по тому же обвинению в отношении того же лица ввиду отсутствия в деянии признаков соответствующего преступления. Иное приводило бы к нарушению прав потерпевшего на судебную защиту, на доступ к правосудию потерпевших от преступлений, возлагало бы на них избыточное обременение по устранению препятствий для обращения в суд путем оспаривания неправомерного отказа органа предварительного расследования в возбуждении дела, блокировало бы возможность осуществления судом функции правосудия, ограничивая его деятельность действиями и решениями органов исполнительной власти. Соответственно, как разъяснил КС, ч. 4 ст. 24 и п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК не противоречат Конституции, поскольку они не предполагают прекращение судом уголовного дела и уголовного преследования в отношении подозреваемого или обвиняемого по делам частного обвинения при наличии неотмененного постановления органа предварительного расследования об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении того же лица по тому же обвинению.
В связи с этим, счел ВС, вывод о необходимости прекращения уголовного дела в отношении Попова по основаниям п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ ввиду наличия в материалах дела неотмененного постановления УУП ОМВД России по району Люблино г. Москвы от 24 июля 2019 г., по которому в возбуждении уголовного дела в отношении Попова было отказано за отсутствием состава преступления, был сделан судом как апелляционной, так и кассационной инстанций без учета вышеприведенной правовой позиции КС. Это существенно повлияло на исход дела и повлекло тем самым нарушение закона, искажающее саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия. Таким образом, Верховный Суд отменил постановления апелляции и кассации в части, касающейся Сергея Смирнова, и вернул дело на новое апелляционное рассмотрение. Судебные акты в отношении Аллы Смирновой были оставлены без изменения.
Заместитель председателя КА «Нянькин и партнеры» Алексей Нянькин отметил, что ввиду появления Постановления КС РФ № 36-П/2023 Верховному Суду предстоит пересмотреть немало судебных актов, основанных на таком правоприменении, при котором наличие неотмененного постановления органа дознания об отказе в возбуждении уголовного дела по реабилитирующим основаниям влекло в любом случае постановление оправдательного приговора либо прекращение уголовного преследования.
«Между тем сама по себе такая ситуация требует не только конституционного истолкования, но и четкого законодательного закрепления, ведь ссылки на необходимость защиты прав и интересов потерпевшего сами по себе не восстанавливают баланс в правах потерпевшего и обвиняемого. Несмотря на распределение бремени доказывания вины с уклоном в сторону обвинения, зависимость лица, привлекаемого к уголовной ответственности, от судейского усмотрения даже по делам частного обвинения не создает оптимальных условий для реализации права на защиту. А значит, выявленные ошибки в толковании норм ст. 24, 27 УПК РФ не должны расцениваться как фундаментальные, позволяющие ухудшать положение оправданного при пересмотре вступивших в законную силу судебных постановлений по уголовному делу», – полагает Алексей Нянькин.
Адвокат практики уголовного права и процесса «Инфралекс» Мартин Зарбабян считает, что кассационное определение ВС РФ является очевидным примером точного следования разъяснениям Конституционного Суда. «КС обратил внимание, что суды не должны воздерживаться от проверки сообщения о преступлении даже в случае наличия неотмененного постановления должностного лица об отказе в возбуждении дела при рассмотрении дела частного обвинения. Ключевая идея, заложенная в правовой позиции КС и повторяющаяся в решении Верховного Суда, сводится к тому, что обязанность суда рассмотреть заявление о совершенном преступлении не должна ставиться в зависимость от принятия должностными лицами органов предварительного следствия решения об отказе в возбуждении уголовного дела частного обвинения по тому же обвинению в отношении того же лица ввиду отсутствия в деянии признаков соответствующего преступления. Иной подход, по мнению КС, нарушал бы право потерпевшего на защиту. Логика правоприменителя в данном случае понятна и оправдана, ведь никакие решения должностных лиц не должны становиться препятствием для суда на пути к отправлению правосудия, а также к достижению целей и задач уголовного судопроизводства. Замечу, что то самое постановление, на которое ссылается кассационный суд в комментируемом решении, было принято как раз по аналогичной ситуации, потому, на мой взгляд, ВС, руководствуясь принципом единообразия судебной практики, принял вполне ожидаемое решение об отмене обжалуемых постановлений», – заключил он.
