×

Правозащитник – не профессия

Уполномоченный по правам человека не признал в адвокатах правозащитников, но пообещал не оставлять проблемы нарушения их прав
Материал выпуска № 1 (90) 1-15 января 2011 года.

ПРАВОЗАЩИТНИК–НЕ ПРОФЕССИЯ

Уполномоченный по правам человека не признал в адвокатах правозащитников, но пообещал не оставлять проблемы нарушения их прав



Накануне Международного дня прав человека, 9 декабря, Уполномоченный по правам человека в России Владимир Лукин встретился с журналистами в здании «МК». Прессу интересовали Химкинский лес, который, по мнению Лукина, власть имеет право рубить, решение по делу Ходорковского, которое Уполномоченный традиционно не комментирует, и проблема нападения на журналистов.

«АГ» поинтересовалась у Владимира Петровича, насколько адвокатура, как правозащитная организация, использует свой потенциал в этом качестве. Владимир Лукин ответил так:

«Я не вполне согласен с тем, что адвокатура является правозащитной организацией. Адвокатура, на мой взгляд, не правозащитная, а обвиняемо-защитная организация, что не одно и то же. Кроме обвиняемых ведь существуют и потерпевшие. Правозащитной организацией является судебная система в целом, если она правильно работает. Адвокатура – часть этой системы, как и прокуратура, которую тоже можно назвать правозащитной организацией, может быть, даже в большей степени, если она хорошо работает, потому что она не столь открыто защищает одну сторону любой ценой и любыми средствами. Получается, что прокуратура осуществляет защиту закона и поддерживает государственное обвинение. Поэтому если все эти организации будут работать хорошо, в соответствии с законом, судебную систему можно будет назвать правозащитной».

Владимир Лукин отметил, что аппарат Уполномоченного продолжает следить за ситуацией нарушения прав адвокатов, заключение по этой теме будет сделано в следующем году. Доклад Уполномоченного по правам человека за 2010 год появится в конце января – начале февраля, однако уже понятно, что в этом году выросло количество жалоб по жилищным проблемам, больше обращений в связи с религиозными вопросами и вопросами, связанными с правами детей. Увеличилось количество жалоб на нарушения политических прав граждан.

Марина Самари,
спец. корр. «АГ»


     НАШ КОММЕНТАРИЙ

Представление об адвокатуре как о разновидности
правозащитной организации в корне неверно

Правозащита, как правило, возникает там и тогда, где и когда уже имеющиеся институты государства либо не считают необходимым уделять внимание правам человека, либо не могут, либо и то и другое одновременно. Отсюда впечатление, что правозащитники – это диссиденты, оппозиционеры. Что зачастую соответствует действительности.

Адвокатуре лестно полагать, что она правозащитная организация. Но это не соответствует действительности. Адвокатура – это, прежде всего, составная часть современного состязательного правосудия. Это ее публичная функция. Она способствует воплощению базового принципа уголовного процесса – обеспечению всесторонности, полноты и объективности исследования обстоятельств дела.
А вот проявляя свое частноправовое предназначение, адвокатура защищает права отдельных граждан (их объединений), непосредственно обратившихся к тому или иному адвокату. Адвокатская деятельность и правозащитная частично пересекаются в сфере приложения усилий, но не более того. Они вовсе не идентичны.

В отличие от правозащитной, адвокатская деятельность квалифицированна, небезвозмездна, предварена профессиональным отбором, подчиняется профессиональному кодексу этики, описана специальным законом и процессуальными кодексами. И она имеет важнейший признак – независимость.
Правозащитная деятельность всегда является увлечением, выбором судьбы, порывом. Правозащитник, как правило, не связан со своим «подзащитным» в финансовом отношении, и в этом смысле он от него независим. Однако он часто зависит от взглядов грантового донора или от собственных представлений о добре и зле. Полагаю, что у правозащитной деятельности должны быть доноры, а у доноров могут быть свои собственные интересы – не обязательно антигосударственные, но всегда политические.

Правозащитниками становятся люди, чаще всего не обремененные правовыми знаниями. Правозащитная деятельность регламентируется в первую очередь совестью и моральными воззрениями конкретного человека. Это может быть более важным для дела, чем писаный кодекс этики, но слабее в институциональном отношении.

И, наконец, не существует отдельного, на грани кодификации специального законодательства о правозащитной деятельности. Его и не может быть: если государство функционирует полноценно, нет необходимости в передаче определенных государственных функций волонтерам-добровольцам.

Указанные признаки не умаляют правозащитную деятельность, а лишь демонстрируют очевидные различия.

Юрий ПИЛИПЕНКО,
первый вице-президент ФПА РФ

"АГ" № 1, 2011