×

Протестные акции адвоката

Является ли отказ адвоката от прений легальным методом защиты или это процессуальная провокация?
Материал выпуска № 7 (240) 1-15 апреля 2017 года.

ПРОТЕСТНЫЕ АКЦИИ АДВОКАТА

Является ли отказ адвоката от прений легальным методом защиты или это процессуальная провокация?

26 июля 2016 г. Ленинский районный суд г. Владимира вынес частное постановление в отношении адвокатов Игоря Спицына и Германа Лукьянова о том, что они отказались выступать в прениях по делу своего доверителя – бывшей судьи Анны Хохловой, обвиненной в получении взяток и покушении на посредничество в получении взяток (всего четыре эпизода) в крупном размере (далее – дело Спицына и Лукьянова)1, которым просил привлечь защитников к дисциплинарной ответственности с лишением адвокатского статуса. Рассмотрим этот поступок с позиции адвокатской этики и с точки зрения института дисциплинарной ответственности адвокатов.

Аналогии. Из подобных дел по дисциплинарной ответственности адвокатов сразу же вспоминается схожая ситуация, когда адвокат оставляет зал судебного заседания в знак протеста. Современная судебная практика пошла в этом вопросе по пути осуждения адвокатов за подобные «демарши». Хотя вопрос решен верно: адвокатам действительно не следует демонстрировать таким образом свою беспомощность, на полях заметим, что в период существования присяжных поверенных такие протесты были не только правом, но и обязанностью адвокатов.

Общее между оставлением адвоката зала судебного заседания и отказом от выступления в прениях заключается в том, что в обоих случаях защитники ставят под угрозу легитимность судебного решения посредством бойкота. Безусловно, о корпоративном запрете адвокаты данного дела знали и, хотя вне суда сказали, что отказ от участия в прениях является: «юридической голодовкой, объявленной в знак протеста против того, что судебное разбирательство идет предвзято», в зале суда заявили: «Это не демарш, это наша вынужденная позиция».


1
См.: Адвокатов экс судьи Хохловой могут лишить практики // http://zebra-tv.ru/novosti/vlast/advokatov-byvshey-sudi-khokhlovoy-mogut-lishit-praktiki/

Роман МЕЛЬНИЧЕНКО,
к.ю.н., доцент

Полный текст статьи читайте в № 7 за 2017 г.

NB

АДВОКАТСКИЕ «ДЕМАРШИ»

Следовать ли предписаниям уголовно-процессуального закона в ситуации, когда судья, следователь, дознаватель нарушают их? Дисциплинарная и судебная практика отрицают за адвокатом как профессиональным защитником право на отказ от участия в судебных прениях, хотя и не предписывают ему конкретное содержание его речи. Своеобразный «шантаж» суда требованием совершения «сделки» – удовлетворение ходатайства о допросе свидетеля в обмен на произнесение речи в прениях – не может быть признан соответствующим предписаниям ст. 12 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Р.Г. Мельниченко одновременно образно и правдиво указал на периодически возникающую в практике каждого адвоката дилемму – следовать ли предписаниям уголовно-процессуального закона в ситуации, когда наделенный властными полномочиями участник уголовного судопроизводства (судья, следователь, дознаватель) нарушает, по мнению адвоката, предписания этого закона, или же придерживаться пословицы «С волками жить – по волчьи выть».

Было бы наивно и непрофессионально утверждать, что адвокаты периодически совершают те или иные «демарши» исключительно в целях личного пиара и/или для того, чтобы затруднить в интересах доверителя работу судьи, следователя или дознавателя, которые всегда строжайшим образом как запрограммированные безотказные роботы соблюдают предписания закона. Такое утверждение опровергается не только обычными ежедневными знаниями и наблюдениями за состоянием правоприменительной практики, но и судебной практикой вышестоящих инстанций, которые с определенной периодичностью констатируют нарушения прав подозреваемых, обвиняемых, потерпевших и т.д. со стороны участников уголовного судопроизводства, наделенных властными полномочиями.

Вместе с тем звучащий порой со стороны отдельных адвокатов тезис о том, что воля доверителя – это закон для адвоката, что адвокат не может поступить вопреки воле доверителя, верен лишь в том случае, если правильно понимать, что представляет собой «воля доверителя».

Николай КИПНИС,
к.ю.н., доцент, член Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам, вице-президент АП г. Москвы

Полный текст комментария читайте в № 7 за 2017 г.