Изучая историю российской присяжной и советской адвокатуры, в очередной раз осознаешь, что без преемственности, использования опыта предшественников – нашего «генетического кода» – в профессии сложно двигаться дальше.
Большинство замечательных адвокатов прошлого ушли в небытие. Современное поколение о них мало что знает. Этот пробел необходимо восполнять, и иной раз случайность этому способствует. Хотя, как говорят, ничего случайного в жизни не бывает – все закономерно.
Поздней осенью 2014 г. на развалах Измайловского вернисажа, в ворохе бумаг случайно увидел знакомую фамилию – «Мельниковский». Это была записка председателя президиума МОКА, датированная 18 июля 1950 г., «зав. юрконсультацией тов. Мельниковскому» с просьбой поручить адвокату Ищенко бесплатное ведение гражданского дела в интересах инвалида труда о выселении из комнаты.
Заинтересовавшись документом за подписью уважаемого адвокатской корпорацией мэтра, учителя многих адвокатов М.С. Мельниковского, выразил желание выкупить артефакт. По совету продавца приобрел все прилагаемые документы, за неимением времени даже не просмотрев их.
Каково же было мое удивление, когда спустя некоторое время, в спокойной обстановке адвокатского бюро, разбирая «приобретение», обнаружил, что уникальные документы фиксируют фактически каждый факт из биографии нашего коллеги, оказавшегося незаурядной личностью и замечательным адвокатом, – Владимира Макарьевича Ищенко.
В документах есть все, что сопровождает почти каждого человека на протяжении жизни.
Архив начинается с выписки из церковной метрической книги за 1901 г. о рождении 25 августа в г. Мелитополе Полтавской губернии сына крестьянского происхождения Володи Ищенко и заканчивается документами 1970–1971 гг. на адвоката (с 1949 г.) МОКА В.М. Ищенко.
Весьма интересны документы о царском и советском периодах обучения Владимира Макарьевича в Александровском коммерческом училище им. графа С.Ю. Витте в 1916–1919 гг. (г. Александровск, Запорожье). В архиве сохранились так называемые отпускные билеты за 1916–1918 гг., в соответствии с которыми учащийся отпускался к родственникам. «Билет» содержит подробные правила поведения учащегося в отпуске.
В 1919 г., получив среднее образование, Владимир Ищенко в 1920 г. стал слушателем филологического факультета Пятигорского народного университета, а уже в 1921 г. был зачислен в Донской государственный университет в Ростове-на-Дону, где вначале обучался на юридическом, а затем на экономическом факультете.
Примечательно, что Донской университет основан в 1915 г. на базе Варшавского императорского университета, эвакуировавшегося в период Первой мировой войны. Даже зачетная книжка студента Владимира Ищенко переделана из зачетной книжки учащейся Варшавских высших женских юридических курсов (до 1917 г. женщины к обучению в университетах не допускались, обучаясь на специально организованных курсах, образование на которых приравнивалось в университетскому. – Прим. мое. – И.Б.). При этом, судя по этому документу, весь преподавательский состав юридических дисциплин Донского университета в тот период состоял из профессуры.
Документы свидетельствуют о том, что студент Ищенко совмещал учебу с работой, в том числе на выборных должностях, во вновь созданных советской властью организациях – таких, в частности, как Управление по восстановлению курортов Кавказских Минеральных Вод, Управление Ростовского торгового порта, – в должности секретаря; ЮВКИШТОРГ при ГОСТОРГе Н.К.В.Т на Юго-Востоке России, где служил счетоводом.
Примечательно, что даже в тот экономически сложный период студенты юридического факультета освобождались от призыва на военную службу, о чем выдавалось удостоверение. Это наглядно свидетельствует о том, насколько важной для молодого государства была юридическая специальность при ощутимой нехватке соответствующих кадров. При этом, как следует из документов архива, студенты – будущие юристы, в отличие от их дореволюционных предшественников, во время обучения получали государственную стипендию и освобождались от всех видов налогов.
Успешно завершив в 1926 г. «двойное» экономико-юридическое обучение, В.М. Ищенко все же выбрал юридическую стезю, поступив на службу в Северо-Кавказский краевой суд. Там он последовательно занимал должности юрисконсульта, заместителя нотариуса государственной нотариальной конторы в Ростове-на-Дону. Однако с последней должности в 1929 г. был уволен с формулировкой «вследствие отказа от поездки на работу в Терский Окружной Суд». Но, видимо, затем был восстановлен, поскольку, как следует из автобиографии, в 1930 г. получил статус нотариуса.
С начала 30-х гг. ХХ в. Владимир Ищенко продолжил работать по юридической линии в различных госорганизациях. Перебравшись в 1934 г. в Москву, он долгое время работал на различных должностях в авиационной промышленности, где продолжил трудовую деятельность во время Великой Отечественной войны. Везде положительно характеризовался как «квалифицированный юрист-жилищник». За участие в организационной работе по осуществлению мероприятий по строительству и защите важных объектов Москвы в период 1941–1942 гг. был представлен к медали «За оборону Москвы».
После окончания войны В.М. Ищенко продолжил деятельность по своей специальности в различных министерствах и ведомствах: Мосгорсовете, МВД СССР, Министерстве строительного и дорожного машиностроения, в том числе по совместительству.
В 1947 г. произошли существенные изменения в личной жизни Владимира Макарьевича: он женился в зрелом возрасте. Его жена, «золотая медалистка», была вдвое моложе мужа. У супругов родились две дочери. Обе получили высшее образование: педагогическое (как и у мамы, диплом с отличием) и художественное. Семья Ищенко была состоятельной: проживала в отдельной квартире в «элитном» доме кооператива «Творчество» в Трехпрудном переулке Москвы, имелась автомашина. Справка о зарплате В.И. Ищенко за 1966 г. свидетельствует о том, что его средний доход как адвоката составлял 165 рублей.
Видимо, необходимость заботы о семье вынудила Владимира Ищенко в 1948 г. оставить госслужбу и перейти к частной практике, заключая индивидуальные трудовые соглашения о юридическом сопровождении деятельности с различными организациями.
8 апреля 1949 г. началась новая славная делами эпоха жизни В.М. Ищенко: постановлением президиума Московской областной коллегии адвокатов он был зачислен в коллегию в качестве адвоката и направлен для работы в Дедовскую юридическую консультацию. Однако, как следует из документов, в 1950 г. он перешел в Центральную юридическую консультацию МОКА. Уже 18 июля 1950 г. председатель президиума МОКА пишет записку «зав. юрконсультацией тов. Мельниковскому» с предложением поручить адвокату Ищенко ведение гражданского дела по иску инвалида труда о выселении. Видимо, в адвокатуре сразу были оценены практические знания Ищенко в области жилищного законодательства.
Адвокат В.М. Ищенко успешно вел не только гражданские, но и уголовные дела, причем достаточно сложные. В архиве имеются интересные документы, датированные 1952–1953 гг., о защите им доверителя по фамилии Сокол, осужденного за хищение государственных средств. Первоначально надзорная жалоба адвоката была оставлена без удовлетворения Верховным Судом РФ. Однако защитник подготовил краткое, но вместе с тем эмоциональное по содержанию ходатайство об истребовании дела на имя Председателя ВС РФ с просьбой о личном приеме, которое было удовлетворено.
Лучшего по изложению, краткости (полторы страницы) и смелости мыслей прошения, удовлетворенного Верховным Судом СССР, я в своей практике не встречал. Автор пишет: «Я всегда считал, что адвокат вправе обратиться в высшие судебные органы с просьбой о проверке дела лишь в тех исключительных случаях, когда он на основе тщательного изучения всех материалов дела ˂…˃ придет к твердому убеждению что допущена серьезная ошибка». Обращает внимание на уникальный в судебной практике, случай «отвода Прокурором суду».
Адвокат обращает внимание, что подзащитный незаконно осужден «при отсутствии доказательств его вины». С возмущением указывает, что его жалобе, над которой он «долго и кропотливо работал, имея ввиду помочь нашему правосудию», не было уделено никакого внимания. Также он пишет, что «судьба Сокола меня не оставляет в покое. Я понимаю, что я должен еще что-то сделать».
Надо отдать должное, он сделал все, что было в его силах, даже в то непростое время, когда активная защита лиц, совершивших преступления против государства, могла обернутся против защитника. Современным адвокатам, да и прокурорам (кто вспомнит случай из практики, когда отвод суду заявлялся прокурором?), думаю, есть чему поучиться.
Сообщение ВС СССР (1953 г.) о разрешении на личный прием Председателем ВС СССР ярко свидетельствует о большей, чем, к сожалению, в настоящее время, доступности «правосудия». Несмотря на то что другие документы по этому делу отсутствуют, с большой долей вероятности можно предположить, что жалоба была удовлетворена и невиновный освобожден.
Среди доверителей В. Ищенко были также известные персоны, о чем свидетельствует доверенность за 1959 г. на его имя от Народной артистки СССР Клавдии Шульженко. Как повествует биография великой певицы, в этот период она после развода, в результате размена квартиры оказалась в коммуналке. Ее бывший супруг умудрился «рачительно» поделить общее имущество, без споров уступив ей только общую собаку.
Видимо, Владимир Ищенко в тот непростой в жизни народной артистки период помогал ей защитить жилищные права. И, скорее всего, удачно, поскольку Клавдия Шульженко вскоре перебралась в отдельное комфортное жилье.
Интересны очерки и фельетоны из прессы о делах, в которых участвовал адвокат В.М. Ищенко.
Так, весьма примечателен фельетон из газеты «Московская правда» за 1953 г. «Привлечь, взыскать, подвергнуть…», в смелых и сатирических тонах (даже по современным меркам. – Прим. мое. – И.Б.) описывающий деятельность «нерадивых прокурора и народного судьи» которые «пытались обелить и щедро вознаградить пойманного за руку жулика, а на скамью подсудимых посадить того, кто этого жулика поймал».
Суть дела состояла в том, что директор магазина уличила двух сотрудниц в распитии спиртного на рабочем месте «под прилавком» и уволила их. Однако у последних «нашлись солидные покровители», по указанию которых увольнение было фактически заменено переводом на фасовочную фабрику. Однако одна из работниц отказалась от перевода и обратилась в суд с иском о восстановлении на прежней работе. Суд иск удовлетворил, обнаружив нарушения при увольнении. При этом с «виновницы увольнения» была взыскана зарплата указанной сотрудницы за вынужденный прогул. Директор, посчитав это несправедливым, обратилась с жалобами в Мосгорсуд и прокуратуру. Однако дело повернулось не в ее пользу. Более того, директор по инициативе прокурора была привлечена к уголовной ответственности и отстранена от работы за неисполнение решения суда.
Приговором того же народного судьи, которая ранее восстанавливала нарушительницу на работе, директор магазина была осуждена к исправительным работам, как пишет автор фельетона, «шемякинским судом». Мосгорсуд, как нередко бывает и сегодня, «засилил» приговор.
Только когда дело дошло до Верховного Суда РСФСР, приговор был пересмотрен и директор магазина оправдана. Защищал ее В.М. Ищенко.
К сожалению, на этом злоключения подзащитной адвоката не закончились: прокурор, по настоянию которого она была привлечена к уголовной ответственности, наложил запрет на восстановление ее на прежнем месте работы. С трудом она была принята на нижестоящую должность. Но против нее вновь был инициирован процесс, на этот раз гражданский, в ходе которого обиженная уволенная работница довзыскивала с бывшего директора компенсацию за вынужденный прогул.
Защитительную деятельность адвоката автор фельетона охарактеризовал так: «Адвокат Ищенко, защищавший Капитолину Макаровну, хорошо сказал на суде: “Я считаю, что нет такой статьи, по которой могли бы осудить Кухтенкову”. И это верно. Нет такой статьи, которая наказывала бы честных, ни в чем не повинных людей».
Архив содержит сразу две аккуратно вырезанных и сохраненных заметки начала 60-х гг. из газеты «Известия» известной российской журналистки, писательницы и правозащитницы О.Г. Чайковской: «Адвокаты» и «Их недаром трое».
В первой содержатся интересные и вполне современные рассуждения о роли адвоката в обществе, его истинном предназначении, недопустимости подмены профессиональных ценностей и предательства интересов подзащитного. Не правда ли, актуален и сегодня тезис статьи, которому уже более 50 лет: «всякие попытки ограничить права адвоката, отклонить его законные ходатайства, неизбежно приведут к искажению истины и увеличат возможность ошибочного приговора»?
Символично, что В.М. Ищенко сохранил две заметки с этой статьей, поскольку, исходя из изученных документов, сам являлся образцом настоящего защитника и адвоката, интересы адвокатуры для которого стояли на первом месте.
В другой заметке речь идет таком важном элементе судопроизводства прошлого, как институт народных заседателей, который, к сожалению, уже почти 30 лет не действует в уголовном процессе. А ведь верно указала автор: «Как бы ни был добросовестен и справедлив судья-профессионал, со временем в нем может притупиться способность к сочувствию ˂…˃ Тут у судей-непрофессионалов ˂…˃ неоценимое преимущество – свежесть восприятия, простая человеческая жалость. Вот почему судья, если он подлинный судья, заинтересован в активности заседателей, стремится занять у них их жизненный опыт». Полагаю, что отечественному судопроизводству не мешало бы вернутся к опыту так называемого народного суда.
В этом тоже важная ценность любого архива, поскольку изучение прошлого помогает осмыслить настоящее и понять, что важного и нужного можно с успехом применить сегодня.
Владимир Ищенко много времени уделял общественной работе в коллегии, разработке советского гражданского законодательства, обучению молодых адвокатов, о чем свидетельствуют многочисленные документы о его подвижнической и преподавательской деятельности. Они наглядно свидетельствуют, что в 50–60-е гг. ХХ в. МОКА жила активной общественной жизнью. Функционировала секция гражданского права и процесса, в состав которой входил В.М. Ищенко. По заданию ЦК КПСС заведующие юридическими консультациями проводили обобщение случаев грубого нарушения социалистической законности органами дознания, прокуратуры и суда.
Интересно, что в то время адвокатура активно участвовала в разработке советского законодательства – об этом свидетельствует приглашение за 1957 г. на имя Ищенко из президиума МОКА на заседание комиссии по подготовке замечаний на предварительный проект Основ гражданского законодательства. «Ваше участие, безусловно, необходимо», – писал председатель президиума МОКА Л.Я. Назаров. За подготовку замечаний к проекту ГПК РСФСР Владимиру Ищенко президиумом МОКА в 1960 г. объявлена благодарность.
В другом пригласительном билете, датированном 1952 г., Ищенко просят прибыть в Дом союзов на совещание актива лекторов городского лекционного бюро и районных лекторских групп. Примечателен пригласительный билет 1958 г. секции «Культуры речи» МОКА и криминалистической секции МГКА на торжественное собрание, посвященное 40-летию со дня смерти выдающегося русского адвоката и судебного оратора С.А. Андреевского. Причем собрание проводилось в большом зале Мособлсуда. Владимир Ищенко выступал с докладом на тему «А.Ф. Кони об Андреевском».
В архиве имеются и другие многочисленные документы, из которых следует, что президиум МОКА неоднократно обращался к Ищенко с просьбами подготовить доклады и провести практические занятия по жилищному законодательству и практике его применения.
Стоит отметить, что в 60-е гг. в МОКА существовало подобие нынешнего совета молодых адвокатов – в форме совещания молодых адвокатов, на которые В.М. Ищенко приглашался «для дачи консультаций молодым адвокатам».
Интересно, что «юридические секции» в тот период были и в других организациях. В частности, Ищенко состоял членом такой неформальной организации при исполкоме Октябрьского райсовета депутатов.
Общественная и адвокатская деятельность Владимира Ищенко отмечена многочисленными поощрениями. Так, в 1962 г. «в ознаменование 40-летия советской адвокатуры ˂…˃ за хорошую профессиональную и большую общественно-массовую работу» он был награжден почетной грамотой президиума МОКА и областного комитета работников госучреждений. Благодарность за хорошую профессиональную работу была ему объявлена в 1963, 1967 гг. и в связи с годовщинами Октябрьской революции. В 1970 г. В.М. Ищенко вновь был награжден грамотой президиума МОКА «за достигнутые успехи в трудовой и общественной деятельности и в связи 100-летием со дня рождения В.И. Ленина».
О многом говорит поздравление Владимира Ищенко от его коллег по консультации, датированное 1 ноября 1967 г.: «Мы ценим Вас как одного из лучших, ведущих адвокатов консультации и всей коллегии». В 1971 г. президиум коллегии поздравил В.М. Ищенко телеграммой с 70-летним юбилеем.
А какие замечательные слова благодарности выражали доверители и подзащитные адвоката в бережно сохраненных им записках от них: «Зная Вас с 1944 г. как человека, созданного для человечества, и Вас я не забуду до смерти за все Ваше хорошее»; «Мы никогда Вас не забудем»; «Восхищены Вашим выступлением на суде – блестяще»; «Разрешите пожалуйста Вас встретить и посоветоваться с Вами, как с родной мамой»; «Вы по отношению ко мне Граф Моте-Кристи, т.е. отомстили мужу за все его издевательства»; «Я давно знал, что Ищенко человек большой культуры, обладающий очень глубокими и большими знаниями», «Ни к кому не обратилась, кроме как к Вам, дорогой товарищ и друг. К Вашему чуткому отношению и братской души. Ваш совет дорог для нас», «Владимир Макарьевич! Я Вам очень признательна за Ваше чуткое и добросовестно честное отношение к моему вопросу» и др.
Такая искренняя «народная» оценка деятельности адвоката дорогого стоит. Думаю, немногие из современных коллег могут похвастаться таким набором благодарностей от доверителей.
В архиве много интересных документов из жизни Владимира Ищенко, например именное удостоверение 1925 г. на велосипед марки Hermes или заявление, датированное 1961 г., в котором Владимир Макарьевич обращается в ГАИ с просьбой оформить его в качестве общественного инспектора, указывая, что он имеет автомобиль, является автомобилистом «в течение десятка лет».
Последний датируемый материал архива – газета «Известия» от 5 июля 1972 г. с адресом квартиры, в которой проживал адвокат. В этом году, а возможно, и в этот день, В.М. Ищенко скончался, завершив свой славный земной путь. В интернете удалось обнаружить информацию о том, что он был похоронен в одной могиле с братом на Родниковском кладбище в Раменском районе Московской области.
История жизни нашего коллеги В.М. Ищенко – яркий срез истории не только советской юриспруденции и адвокатуры, но и нашего общества и государства. Случайно найденные документы, позволившие узнать жизнь замечательного человека и адвоката, должны стать достоянием российской адвокатуры и будут переданы в интерактивный музей Федеральной палаты адвокатов РФ «Артефакт», поскольку достойны внимания и поучительны для новых поколений адвокатов.
1. Выписка из метрической книги о рождении Ищенко В.М. за 1901 г.
2. Отпускной билет из училища за 1916 г.
3. Удостоверение об окончании училища за 1919 г.
4. Зачетная книжка студента юридического факультета за 1922/23 гг.
5. Приказ президиума МОКА от 9 апреля 1949 г. о направлении для работы адвоката Ищенко В.М.
6. Поручение председателя президиума МОКА в отношении адвоката Ищенко от 18 июля 1950 г.
7. Ходатайство в ВС СССР об истребовании дела от 1 декабря 1952 г.
8. Приглашение на прием к Председателю ВС СССР от 16 января 1953 г.
9. Доверенность на Ищенко В.М. от Шульженко К.И. (1959 г.).
10. Поручение президиума МОКА Ищенко В.М. о проведении практических занятий со стажерами и даче консультаций молодым адвокатам (1959, 1960 гг.).
11. Грамоты, благодарности и поздравления от коллег Ищенко В.М. (1960, 1967, 1970, 1971 гг.).
12. Благодарственные письма доверителей.
13. Удостоверение на велосипед.
14. Заявление Ищенко В.М. в ГАИ (1961 г.).
Фото предоставлены автором
