×

18 сентября 2020 г. в Госдуму внесен проект поправок в ст. 13.14 КоАП РФ об увеличении размера штрафа за разглашение информации ограниченного доступа (№ 1023005-7, далее – законопроект).

Документ направлен на ужесточение санкции, предусмотренной названной нормой. В случае его принятия штраф для граждан составит от 5 до 10 тыс. руб., а для должностных лиц – от 40 до 50 тыс. руб.

Читайте также
Штраф за разглашение информации ограниченного доступа предлагается увеличить
Автор законопроекта подчеркнул, что под «информацией ограниченного доступа» понимается в том числе и адвокатская тайна
21 Сентября 2020 Новости

Законопроект стал следствием нарастания с огромной скоростью проблем защиты персональных данных, обусловленных увеличением интенсивности развития электронного взаимодействия. В связи с этим ужесточение ответственности за разглашение информации – ожидаемый шаг в направлении защиты персональных данных граждан.

Однако для эффективного применения ст. 13.14 КоАП требуется прежде всего разработать механизм отслеживания именно разглашения информации – т.е. выявления фактов доведения ее до сведения третьих лиц, а не просто получения доступа к ней, в том числе незаконного.

Следует отметить, что по данной категории дел доказыванию подлежит факт доведения до сведения третьих лиц информации с ограниченным доступом, поскольку это относится к объективной стороне состава правонарушения, предусмотренного ст. 13.14 КоАП.

Отсутствие доказательств, подтверждающих указанное обстоятельство, препятствует судам при рассмотрении дел сделать вывод о наличии в действиях лиц, привлекаемых к административной ответственности, состава правонарушения, ответственность за которое установлена ст. 13.14 КоАП, и влечет прекращение производства по делу за отсутствием состава правонарушения, как это произошло в деле № 4А-171/2016, находившемся в производстве Архангельского областного суда.

В данном случае недоказанность передачи инспектором группы по исполнению административного законодательства отдела ДПС УГИБДД УМВД России по Архангельской области информации с ограниченным доступом третьим лицам послужила основанием для отмены постановления мирового судьи и решения районного суда по жалобе Г.Н. Ильиной о привлечении лица к ответственности за совершение административного правонарушения по ст. 13.14 КоАП и прекращения производства по делу на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП за отсутствием состава правонарушения (постановление от 10 июня 2016 г. по делу № 4А-171/2016).

Необходимость разработки механизмов сбора информации с ограниченным доступом и отслеживания процесса доведения ее до третьих лиц подтверждают не только судебная практика, но и статистические данные.

На сегодняшний день уровень латентности правонарушений, связанных с утечкой персональных данных, довольно высок.

Так, по данным аналитической компании Ponemon Institute «2018 Cost of Data Breach Study», на 2018 г. 25% утечек – следствие ошибок сотрудников, 50% приходится на фишинг и прочие атаки. Большинство (48%) уязвимостей связано с вредоносным программным обеспечением и кибератаками. Как показали результаты опроса, недобросовестность работников и действия злоумышленников – ключевые причины утечки информации в 69% случаев.

В связи с этим намерение законодателя ужесточить административную ответственность должностных лиц представляется закономерным, но в то же время недостаточым.

Как показывают результаты исследования «Смарт Лайн Инк», за период с января по май 2019 г. количество не выявленных и не отраженных в официальной статистике нарушений достигло 90–99%, где:

  • 10% – утечки через снимки экранов;
  • 3% – через мессенджеры и социальные сети;
  • 2% – облачные файловые хранилища;
  • 4% – электронная и веб-почта;
  • 5% – печать документов на бумажном носителе;
  • свыше 75% – общая доля утечек с использованием съемных накопителей.

Столь высокий уровень латентности очевидно связан с точечными (локальными) утечками информации – т.е. такими, которые касаются копирования небольших объемов данных, в том числе с помощью простого переписывания информации на бумагу или снимка экрана компьютера, в частности для личного использования.

Следовательно, ужесточение санкции ст. 13.14 КоАП само по себе не является, на мой взгляд, достаточным и эффективным способом повышения уровня защиты персональных данных внутри страны.

Защита персональных данных требует комплексного подхода, включающего разработку способов предотвращения утечек по конкретным каналам, в том числе на основании методов, применяемых за рубежом, – таких, например, как:

  • проведение аудита персональных данных и документирование всего процесса их обработки;
  • ограничение круга законных целей и оснований для обработки персональных данных (ст. 5 General Data Protection Regulation – Общего регламента по защите данных, далее – GDPR) в совокупности с назначением ответственных за защиту персональных данных (Data Protection Officer) и разработкой локального нормативного акта, регламентирующего обработку и защиту персональных данных;
  • принятие мер по псевдонимизации и шифрованию персональных данных – предотвращение утечки данных (DLP), сетевая безопасность, шифрование, реагирование на инциденты (SIEM), защита периметра организации, псевдонимизация, защита конечных пользователей, управление мобильными устройствами (MDM), антивирусные средства и управление доступом (IDM);
  • обеспечение конфиденциальности, целостности, доступности и устойчивости систем обработки данных;
  • своевременное восстановление доступа как уполномоченных лиц, так и самих субъектов к персональным данным в случае инцидента. Это может быть как технический инцидент (например, хакерская атака), так и инцидент иного характера (например, затопление серверов);
  • регулярное тестирование и оценка эффективности технических и организационных мер для обеспечения безопасности обработки персональных данных.

В заключение отмечу, что размер предложенной разработчиками законопроекта санкции невысок по сравнению с аналогичной нормой, действующей на территории Евросоюза, где нарушение GDPR, действующего с 25 мая 2018 г., влечет административный штраф до 20 млн евро (что составляет около 1,8 млрд руб.), или 4% годового оборота компании. Причем процент может быть рассчитан от оборота международной группы компаний, а не отдельного юридического лица. Размер штрафа определяется индивидуально.

Рассказать:
Другие мнения
Мальбин Дмитрий
Мальбин Дмитрий
К.ю.н., адвокат, МКА Юридическая фирма «ЮСТ»
Защита публичных интересов – на любой стадии арбитражного процесса
Арбитражное право и процесс
Плюсы и минусы проекта поправок в ст. 53 АПК РФ
23 Сентября 2021
Якушева Елена
Якушева Елена
Адвокат, партнер АБ «Плешаков, Ушкалов и партнеры»
Наравне с налоговым органом
Налоговое право
Кредиторам следует отстаивать свои права, несмотря на растущее преимущество налогового органа в процедуре банкротства
14 Сентября 2021
Шамшина Анастасия
Шамшина Анастасия
Адвокат, руководитель рабочей группы Коллегии адвокатов г. Москвы «РКТ»
От казны добра не ищут
Налоговое право
Усиление позиций уполномоченного органа по текущим налогам в рамках дела о банкротстве: как бороться кредиторам
14 Сентября 2021
Новиков Алексей
Новиков Алексей
Управляющий партнер, адвокат Criminal Defense Firm
Уголовно-правовые риски блогеров
Уголовное право и процесс
Первостепенный фактор, отличающий блогеров, – публичность
14 Сентября 2021
Антонов Михаил
Антонов Михаил
Адвокат, партнер юридической фирмы «Аспектум.», профессор юридического факультета Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (г. Санкт-Петербург)
К чему приводит терминологическая неясность
Арбитражное право и процесс
О логических и лингвистических дефектах в разъяснениях Пленума ВС РФ
31 Августа 2021
Исаенко Владимир
Исаенко Владимир
Адвокат практики банкротства «ИНФРАЛЕКС»
Важное разъяснение
Арбитражное право и процесс
Электронная переписка признана в качестве надлежащего доказательства направления юридически значимого сообщения
31 Августа 2021
Яндекс.Метрика