В практике нередко встречаются ситуации, когда люди, нуждаясь в денежных средствах, оформляли кредиты на невыгодных для себя условиях, а затем теряли имущество, будучи не в состоянии выплатить суммы процентов, начисленные банками.
Однако такое случается не только с кредитными денежными средствами, которые выдают банки под большие проценты, но и тогда, когда граждане заключают договоры займа с другими физлицами. С такими физлицами зачастую оказывается все непросто – чаще всего они заключают подобные договоры с гражданами регулярно, при этом выставляют им большие проценты, а в качестве гарантии исполнения обязательств вынуждают вносить в залог недвижимое имущество.
В такой ситуации оказались наши клиенты.
Брат с сестрой ввиду тяжелых семейных обстоятельств заключили последовательно два договора займа с одним и тем же физлицом на суммы более 100 тыс. руб. на крайне невыгодных для заемщиков условиях. В качестве обеспечения долговых обязательств каждый из заемщиков определил принадлежащую ему долю в праве общей долевой собственности на квартиру, в которой они проживали (по ¼).
Однако даже с получением займа финансовое положение брата и сестры не улучшилось, так как кабальный размер процентов (120% годовых) не позволял им равномерно погашать задолженность перед заимодавцем.
В 2017 г. кредитор обратился в суд с исковыми заявлениями к заемщикам. В результате стороны заключили мировое соглашение, согласно которому доли в праве собственности на квартиру, внесенные в качестве залога, суммарно составляющие 1/2, перешли в собственность кредитора в счет уплаты части долга. Даже несмотря на получение заложенного имущества в собственность, кредитор выдал исполнительный лист на принудительное исполнение решения суда, так как сумма, в которую стороны оценили предмет залога, была крайне мала и не соответствовала рыночной стоимости заложенного жилья.
В 2021 г. родственники заемщиков, являющиеся сособственниками долей в праве на ту же квартиру, узнали, что доля в размере ½ перешла к другому лицу, после чего совместно обратились к нам за юридической помощью. Первоначально они попытались самостоятельно отменить мировое соглашение и обратились в суд с кассационной жалобой и ходатайством о восстановлении процессуального срока на подачу жалобы по делу заемщицы. Однако суд кассационной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока, ссылаясь на то, что не доказан факт неосведомленности заявителей жалобы об утвержденном мировом соглашении.
Мы обжаловали этот отказ, аргументируя тем, что родственники заемщицы не были привлечены к участию в деле при рассмотрении дела на первом круге, что явилось нарушением их прав, так как они имеют доли в праве собственности на спорную квартиру и были заинтересованы в исходе дела. Кассационный суд принял наш аргумент, восстановил срок для подачи кассационной жалобы и затем принял ее к рассмотрению.
Основные доводы жалобы о необходимости отмены мирового соглашения заключались в том, что, согласно ч. 2 ст. 39 ГПК РФ, суд не утверждает мировое соглашение, если оно противоречит закону или нарушает права и интересы других лиц. В соответствии со ст. 43 Кодекса третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, вправе выступать участниками права либо на них возлагается обязанность по условиям данного соглашения. Поскольку истец требовал обращения взыскания на предмет залога, заявители как сособственники долей имели приоритетное право на выкуп долей в соответствии со ст. 255 ГК РФ, в связи с чем подлежали привлечению к участию в деле в качестве лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.
Рассмотрев кассационную жалобу, суд отменил оспариваемые мировые соглашения и вернул оба дела в первую инстанцию.
При новом рассмотрении истец уточнил исковые требования и просил взыскать сумму долга, невыплаченные проценты по увеличенной ставке (120% годовых), а также неустойку за несвоевременный возврат денежных средств. Кроме того, он потребовал поворота исполнения решения суда с возвратом долей в праве собственности ответчикам и сохранением залога за этими долями.
Мы подготовили возражения на уточненные исковые заявления, в которых подробно изложили позицию относительно завышенного размера процентов, а также провели контррасчет сумм, заявленных истцом. При этом мы ссылались на практику вышестоящих судов по аналогичным делам в части недобросовестности поведения заимодавца по установлению чрезмерно завышенного размера процентов. В частности, в возражениях подчеркивалось, что принцип свободы договора, предусмотренный ст. 421 ГК и позволяющий сторонам самостоятельно определять размер процентов, не должен использоваться заимодавцем для обогащения за счет установления завышенного и обременительного для заемщика размера процентов, так как это является нарушением принципа добросовестности, указанного в ст. 10 ГК.
С момента вынесения судом первой инстанции при первом рассмотрении дела определений об утверждении мирового соглашения заемщики в силу их возможностей погашали задолженность перед заимодавцем. Так, часть денежных средств была взыскана с одного из заемщиков (сестры) после получения истцом исполнительного листа, по которому в его собственность перешла принадлежащая заемщице доля на квартиру. Все данные об этих платежах также были включены в расчет. Тем самым по обоим делам при их повторном рассмотрении в первой инстанции нам удалось добиться уменьшения оставшейся суммы задолженности заемщиков.
Поскольку среди исковых требований было заявлено обращение взыскания на заложенное имущество, при повторном рассмотрении дела заемщики заявили требование о проведении судебной экспертизы по определению рыночной стоимости заложенного имущества. Это было необходимо, так как в договоре сторонами была определена стоимость заложенной доли, которая на момент повторного рассмотрения спора была в несколько раз меньше рыночной стоимости. При новом рассмотрении дела нам удалось уменьшить сумму долга, представив доказательства оплаты в счет погашения задолженности. Однако суд не принял во внимание доводы о завышенном и обременительном размере процентов, а также не осуществил поворот исполнения решения суда, чтобы вернуть доли в собственность заемщиков.
Были поданы апелляционные жалобы, доводы которых сводились к праву суда в определенных случаях снижать размер процентов, предусмотренный договором. Например, одним из таких случаев является ситуация, когда размер процентов существенно превышает ставки, которые устанавливаются банками для выдачи кредитов. Также мы обратили внимание апелляции на неправомерный отказ нижестоящего суда от поворота исполнения решения. Однако суд апелляционной инстанции только по делу брата изменил решение первой инстанции и дополнил решение в указанной части. Таким образом, представителям удалось вернуть долю в квартире в собственность брата, а также снизить размер выплачиваемых им процентов в связи с их кабальностью. Это позволило клиенту погасить его задолженность гораздо быстрее.
В апелляции по делу его сестры нам с коллегами также удалось доказать кабальные условия сделки. Основным доводом являлось нарушение стороной истца принципа свободы договора в части установления завышенного размера процентов в нарушение положений ст. 10 ГК. Суд признал доводы обоснованными, установив, что оспариваемый размер процентов является слишком обременительным для физлица, указав в апелляционном определении, что сама по себе возможность установления размера процентов на сумму займа по соглашению сторон не может рассматриваться как нарушающая принцип свободы договора. Принцип свободы договора и добросовестности участников гражданских правоотношений не исключает обязанности суда оценивать условия конкретного договора с точки зрения разумности и справедливости. В итоге апелляция снизила размер процентов и изменила решение первой инстанции, оставив за ответчицей только задолженность по выплате неустойки за несвоевременный возврат процентов. Однако в ее деле суды первой и апелляционной инстанций не решили вопрос о повороте исполнения мирового соглашения, оставив долю, принадлежавшую заемщице, за кредитором.
После апелляции и погашения заемщицей почти всей суммы долга мы обратились в суд первой инстанции с заявлением о повороте исполнения мирового соглашения и возврате доли в собственность ответчицы. Основным доводом являлось то, что при возвращении дела на новое рассмотрение суд первой инстанции обязан рассмотреть вопрос о повороте исполнения решения суда и возврате сторон в то положение, в котором они находились на момент подачи истцом искового заявления. Поскольку ответчица погасила большую часть долга, а суд отказал истцу в обращении взыскания на заложенное имущество в связи с тем, что сумма долга по сравнению с рыночной стоимостью заложенного имущества была значительно меньше, оснований для оставления права собственности за истцом не было. Суд рассмотрел заявление и признал указанные нами в заявлении доводы обоснованными, удовлетворив заявление и вернув ответчице право собственности на ¼ квартиры.
