26 мая группа сенаторов внесла в Госдуму проект поправок в Закон о государственном пенсионном обеспечении, направленных на предоставление пенсии по потере кормильца детям, родившимся с помощью ЭКО после смерти их отца, разработанных во исполнение Постановления КС РФ № 6/2025 (законопроект № 925853-8).
Как ранее сообщала «АГ», в ноябре 2016 г. Мария Щаникова использовала репродуктивные клетки покойного супруга для проведения процедуры экстракорпорального оплодотворения. Этот биоматериал был получен еще при жизни мужчины и подвергся криоконсервации. Таким образом, спустя 300 дней с момента смерти супруга у нее родились близнецы. Поскольку суд подтвердил факт отцовства скончавшегося Антона Щаникова, его вдова обратилась в пенсионный орган за назначением страховой пенсии по случаю потери кормильца, но ей было отказано. В свою очередь суды различных инстанций встали на сторону пенсионного органа в соответствующем споре.
Впоследствии Конституционный Суд признал ч. 1 и 3 ст. 10 Закона о страховых пенсиях не соответствующими Конституции в той мере, в какой ими в системе текущего правового регулирования не предусматривается назначение страховой пенсии по случаю потери кормильца ребенку, зачатому с помощью вспомогательных репродуктивных технологий после смерти застрахованного в системе ОПС супруга его матери, который при жизни выразил намерение иметь детей с использованием вспомогательных репродуктивных технологий и в отношении которого впоследствии в судебном порядке установлен факт отцовства, и, соответственно, рожденному по истечении 300 дней с момента смерти отца, притом что в системе социального обеспечения не предусмотрено предоставление иных регулярных выплат такому ребенку, сопоставимых по своему значению с такой пенсией. Федеральному законодателю было предписано внести в действующее правовое регулирование необходимые коррективы.
В соответствии с этим законопроектом предусматривается, что получателями социальной пенсии могут стать дети, рожденные по истечении 300 дней со дня смерти лица, отцовство которого установлено в судебном порядке. Такой категории граждан планируется предоставить аналогичные права, которые предусмотрены в текущем законодательстве для детей, оба родителя которых неизвестны. «Таким образом, юридически значимыми фактами для реализации права на указанную пенсию являются рождение ребенка по истечении трехсот дней со дня смерти его генетического родителя, которое подтверждается сведениями о рождении ребенка, смерти его генетического родителя, и установление факта отцовства, которое устанавливается в судебном порядке», – отмечено в пояснительной записке к поправкам.
Законопроект также уточняет условия назначения социальной пенсии нетрудоспособным гражданам. Теперь в их списке упомянуты дети до 18 лет либо дети, достигшие этого возраста и завершившие обучение, а также дети, достигшие 18 лет и обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими 23 лет, рожденные по истечении 300 дней со дня смерти лица, отцовство которого установлено в судебном порядке. Днем возникновения права на пенсию у такого ребенка является дата его рождения. Также предложено увеличить размер некоторых соцпенсий.
Планируется, что поправки вступят в силу со дня их официального опубликования и распространят свое действие на правоотношения, возникшие с 11 февраля 2025 г.
Адвокат АП Архангельской области Владимир Цвиль, который ранее представлял интересы Марии Щаниковой в Конституционном Суде, напомнил, что Постановлением № 6-П/2025 был выявлен конституционно недопустимый пробел в правовом регулировании, которое не предусматривает назначение страховой пенсии по случаю потери кормильца ребенку, зачатому с помощью вспомогательных репродуктивных технологий после смерти родителя, притом что в системе социального обеспечения не предусмотрено предоставление иных регулярных выплат такому ребенку, сопоставимых по своему значению с такой пенсией.
Он отметил, что в законопроекте выражена инициатива о признании за такими детьми социальной пенсии наравне с детьми, оба родителя которых неизвестны, и детьми умершей одинокой матери. «Этот вариант укладывается в рамки усмотрения законодателя по восполнению выявленного КС пробела. Вместе с тем исходя из характера последствий утраты родительского попечения дети, зачатые после смерти отца, ближе к детям, потерявшим отца после своего зачатия. Поэтому наряду с предложенным в законопроекте вариантом можно было бы рассмотреть и другой вариант о назначении детям, зачатым после смерти родителя, страховой пенсии», – считает Владимир Цвиль.
Адвокат АП Московской области Сергей Макаров отметил, что этот законопроект следует оценить исключительно положительно, прежде всего потому, что законодатели так оперативно отреагировали на необходимость внесения изменения в закон в соответствии с позицией КС РФ. «Но главное, что предложены дополнения в закон, отвечающие позиции КС РФ и защищающие права несовершеннолетних лиц. Отдельно хочу отметить весьма интересную формулировку, предлагаемую авторами законопроекта: “дети, рожденные по истечении трехсот дней со дня смерти лица, отцовство которого установлено в судебном порядке”. Напомню, что ранее рассмотренное КС дело примечательно тем, что до обращения в пенсионный орган за назначением своему рожденному ребенку пенсии по случаю потери кормильца гражданка Мария Щаникова уже в судебном порядке установила отцовство своего умершего мужа в отношении этого ребенка – а ведь это самый сложный момент в этой категории дел, поскольку ребенок родился по истечении более 300 дней», – напомнил он.
Эксперт добавил, что в соответствии с действующим законодательством, если ребенок родился от лиц, состоящих в браке между собой, а также в течение 300 дней с момента расторжения брака, признания его недействительным или с момента смерти супруга матери ребенка, отцом ребенка признается супруг (бывший супруг) матери, если не доказано иное. «И в свете этого предлагаемая формулировка, с обозначением такого фактора, как “рожденные по истечении трехсот дней со дня смерти лица, отцовство которого установлено в судебном порядке”, направлена на соотнесение данных изменений с нормами СК РФ. Однако считаю важным подчеркнуть, что с учетом развития сферы ВРТ норма ст. 48 Семейного кодекса РФ в ближайшее время требует корректировки для ее осовременивания», – полагает Сергей Макаров.
Эксперт в области репродуктивного права, генеральный директор компании «Росюрконсалтинг» Константин Свитнев полностью поддержал внесенный в Думу законопроект. «Необходимо пересмотреть указанные нормы, особо указав, что программа суррогатного материнства может быть осуществлена и с донорскими гаметами в случае наличия у родителей соответствующих медицинских показаний (на случай исчерпания завещанного им генетического материала), а также в случае реализации посмертной программы суррогатного материнства для кровных родственников. Наряду с записью родителей в свидетельство о рождении их генетического внука, рожденного по программе суррогатного материнства, следует предоставить им возможность указания их погибшего сына как отца и единственного родителя будущего ребенка, по аналогии с программой суррогатного материнства для одинокого мужчины и с установлением их опеки над ребенком по его рождении. В таком случае это была бы не их репродуктивная программа, но индивидуальная репродуктивная программа погибшего, что более отвечало бы ее сути», – считает он.
Константин Свитнев добавил, что также нужно предусмотреть возможность записи об отце в свидетельстве о рождении не через процедуру установления отцовства, а автоматически, во внесудебном порядке, по аналогии с записью супругов в свидетельство о рождении их ребенка, выношенного суррогатной матерью. «Необходимо также надежно защитить права и законные интересы детей, которые будут рождаться в результате реализации подобных программ суррогатного материнства, изменив ст. 1116 и ст. 1166 ГК РФ, в соответствии с которыми к наследованию призываются граждане, зачатые при жизни наследодателя, но родившиеся после открытия наследства, особо оговорив, что в случае рождения ребенка в результате реализации посмертной программы суррогатного материнства из общей наследственной массы ребенку должна быть выделена соответствующая доля. Уместно не только производить криоконсервацию и хранение спермы за счет средств ОМС, но также и кариотипирование, а также обследование пациента на ЗППП перед ее криоконсервацией, дабы увеличить шансы на рождение здорового ребенка. Было бы целесообразно учесть опыт США и Израиля, которые давно уже практикуют криоконсервацию спермы военнослужащих. В Израиле наработан и большой опыт забора спермы postmortem у солдат, павших на поле боя. Так называемое репродуктивное окно, когда можно извлечь жизнеспособные гаметы, открыто в течение 48–72 часов. Есть много случаев рождения детей как женами и невестами погибших, так и суррогатными матерями. Этот аспект также должен быть урегулирован в действующем законодательстве», – полагает эксперт.
