×

ЕСПЧ посчитал, что норма о внесудебной блокировке сайтов не соответствует качеству закона

Как пояснил Суд, законодательство РФ не наделяет владельцев онлайн-СМИ какими-либо процессуальными гарантиями, способными защитить их от произвольного вмешательства под предлогом ст. 15.3 Закона об информации
Фото: «Адвокатская газета»
В комментарии «АГ» представители заявителей в ЕСПЧ Дамир Гайнутдинов и Светлана Кузеванова пояснили значимость постановления Суда для практики и его уникальность. По мнению одного из экспертов «АГ», у Страсбургского суда в очередной раз имеются претензии скорее к отправлению правосудия в РФ и к независимости ее судебной системы, а не к ужесточению законодательства в той или иной конкретной сфере. Другая подчеркнула, что практика блокировки сайтов широко распространена в России и с каждым годом лишь растет.

23 июня Европейский Суд вынес Постановление «ООО “Флавус” и другие против России» по жалобам ООО «Флавус», Гарри Каспарова и ООО «Медиафокус», сайты которых были заблокированы Роскомнадзором по требованию Генпрокуратуры РФ.

Блокировка по требованию заместителя генерального прокурора

ООО «Флавус» владеет новостным сайтом grani.ru, существующим с 2000 г. и зарегистрированным в качестве СМИ с 2003 г. Гарри Каспаров является учредителем сайта www.kasparov.ru, посвященного социальным и политическим темам, на котором имеется площадка для независимых блогеров. В свою очередь, ООО «Медиафокус» владеет сетевым изданием «Ежедневный журнал» (ej.ru), которое с 2004 г. публикует исследования политологов, экономистов и журналистов, многие из которых критикуют российское правительство.

В декабре 2013 г. Закон об информации был дополнен ст. 15.3, которая устанавливает порядок ограничения доступа к информации, распространяемой с нарушением закона. Поправки наделили Генерального прокурора России и его заместителей правом инициировать внесудебное ограничение доступа к сайтам, содержащим призывы к массовым беспорядкам, осуществлению экстремистской деятельности, участию в массовых мероприятиях, проводимых с нарушением закона, путем направления требования в Роскомнадзор. Тот, в свою очередь, должен уведомить владельцев сайта и заблокировать доступ к сайту, если запрещенный контент не будет удален.

13 марта 2014 г. заместитель генпрокурора направил в Роскомнадзор требование о блокировке сайтов заявителей в связи с размещением там публикаций в поддержку событий на Болотной площади и критикующих действия РФ в Крыму.

Ресурсы были заблокированы на следующий же день, при этом в уведомлениях, направленных в адрес владельцев сайтов, не были указаны конкретные материалы, которые нарушили закон. В связи с этим они обратились в суд, указав, что такой подход не позволяет им восстановить доступ к сайтам, удалив спорные материалы. Заявители полагали, что такая мера существенно ограничила их право распространять информацию, которая не была объявлена незаконной.

Тем не менее российские суды отклонили жалобы под предлогом того, что предпринятая властями блокировка носила законный характер. Решения устояли в апелляции.

Позиции сторон в ЕСПЧ

В своих жалобах в Европейский Суд заявители сослались на нарушение ст. 10 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, гарантирующих свободу выражения мнения и право на эффективное средство правовой защиты, соответственно. По их мнению, блокировка их сайтов существенно сократила их посещаемость, негативно сказалась на их новостном рейтинге и повлекла удаление ссылок на архивные публикации. ООО «Флавус» и Гарри Каспаров потребовали компенсации морального вреда в размере 20 тыс. евро, а ООО «Медиафокус» в размере 10 тыс. евро.

Правительство РФ в возражениях на жалобы указало, что на спорных сайтах распространялся незаконный контент, который заявители обязаны были удалить сразу после получения уведомления Роскомнадзора. Так как они этого не сделали, то принятые российскими властями меры были необходимыми и соразмерными.

В своих контрдоводах заявители указали, что спорные действия властей фактически были направлены на запрет деятельности их онлайн-СМИ. Они также отметили, что так и не получили копию распоряжения заместителя генпрокурора о блокировке их сайтов. Кроме того, они отметили, что противоречивые и постоянно меняющиеся требования к распространяемой информации не позволяли им предвидеть, приведет ли публикация той или иной статьи к ее последующей блокировке и будет ли Роскомнадзор блокировать только эту статью или весь сайт.

Заявители добавили, что в российском законодательстве отсутствуют какие-либо процессуальные гарантии от произвольного вмешательства государства в деятельность сетевых изданий. Заместитель генпрокурора принял свое решение без участия экспертов в области СМИ. При этом закон не предусматривает судебного пересмотра такого решения до его исполнения или оценки его необходимости и пропорциональности. На практике генпрокуратуре предоставляется неограниченная свобода действий при блокировке сайтов, что противоречит верховенству закона в демократическом обществе.

По мнению обратившихся в ЕСПЧ лиц, истинная цель блокировки состояла в недопущении распространения независимой точки зрения на важные социальные и политические события, действия оппозиции и общественного движения. Блокировка доступа к сетевым СМИ (включая их обширные архивы) с целью запрета нескольких статей – или одного изображения в случае kasparov.ru – была явно непропорциональной мерой, оказавшей значительное негативное воздействие на журналистов и гражданских активистов, которые использовали такие СМИ для высказывания критического мнения о российской политике.

ЕСПЧ привлек к делу третьих лиц

Позицию заявителей также поддержал Специальный докладчик ООН по вопросу о поощрении и защите права на свободу мнений и их свободное выражение Дэвид Кайе. В частности, он отметил широкое распространение практики, когда государства принимают законы в целях борьбы с экстремизмом, которые позволяют ограничивать свободу выражения мнения в Интернете. По его мнению, интернет-цензура, выражающаяся в необоснованной блокировке сайтов, является неприемлемой и вредит принципу верховенства права в цифровую эпоху.

В свою очередь, некоммерческие организации ARTICLE 19, Electronic Frontier Foundation, Access Now отметили, что полная блокировка сайта без указания на его конкретный незаконный контент всегда должна расцениваться как несоразмерное ограничение свободы выражения мнений. Международная неправительственная организация «Репортеры без границ» пояснила, что расплывчатые и слишком широкие дефиниции «экстремизма» позволяют подавить общественное инакомыслие и криминализировать оппозиционное правительству мнение. Блокировка же сайтов является крайней и непропорциональной мерой, не способной провести разницу между законным и незаконным контентом.

Словацкая некоммерческая организация Европейский институт информационного общества сочла, что любая блокировка, которая выходит за рамки собственной цели, не является приемлемой в демократическом обществе. Власти обязаны оценивать, можно ли достичь аналогичного результата с помощью более мягкой меры. Владельцы сайтов должны быть информированы о предстоящей блокировке, и им должен быть предоставлен разумный срок для удаления спорных материалов.

ЕСПЧ встал на сторону владельцев заблокированных сайтов

Читайте также
ЕСПЧ вынес первое постановление по российскому делу о блокировке интернет-страниц
Суд указал на изъяны российского законодательства, запрещающего проводить общественные мероприятия в отдельных местах, а также на слишком широкие полномочия Генпрокуратуры РФ по блокировке информации о них
21 Мая 2019 Новости

После изучения материалов дела Европейский Суд напомнил, что в силу своей доступности и большого объема информации интернет в настоящее время стал одним из основных средств, с помощью которых люди осуществляют свое право на свободу выражения мнений и информацию. В этой связи внутреннее законодательство государств должно предусматривать определенную степень правовой защиты от произвольного вмешательства со стороны их органов в права, гарантированные Конвенцией.

Как пояснил ЕСПЧ, в уведомлении Роскомнадзора о блокировке указывались только адреса сайтов, а не конкретных страница. Это, в свою очередь, лишало владельцев информационных ресурсов возможности устранить предполагаемое нарушение, просто удалив незаконный контент. Публикация с выражением поддержки людям, которые были привлечены к ответственности в связи с событиями на Болотной площади, не может рассматриваться как призывы к несанкционированным публичным мероприятиям, посчитал Суд. Соответственно, принятое заместителем Генпрокурора России решение о блокировке не имело фактически никакого основания, было произвольным и явно необоснованным.

Страсбургский суд добавил, что блокировка всего сайта является крайней мерой, сравнимой с запретом газеты или телеканала. Такая мера преднамеренно игнорирует различие между законным и незаконным контентом, а также делает недоступными большие объемы легальных материалов. ЕСПЧ посчитал, что в рассматриваемых случаях блокировка не преследовала никакой законной цели, так как была немотивированна. Кроме того, у Суда вызвали серьезную обеспокоенность доводы заявителей о том, что истинная цель российских властей заключалась в ограничении доступа к оппозиционным СМИ.

Европейский Суд также признал, что законодательство РФ не наделяет владельцев онлайн-СМИ какими-либо процессуальными гарантиями, способными защитить их от произвольного вмешательства под предлогом ст. 15.3 Закона об информации. Сам этот закон не требует от властей обоснования необходимости и соразмерности вмешательства в свободу выражения мнений в Сети или рассмотрения вопроса о том, можно ли достичь аналогичного результата менее жесткими мерами.

Кроме того, указал Суд, Закон об информации не требует, чтобы власти удостоверились в том, что мера по блокировке была строго нацелена на незаконный контент, не была произвольной и не имела чрезмерных последствий. Таким образом, ЕСПЧ выявил нарушение ст. 10, в том числе в совокупности со ст. 13 Конвенции, присудив каждому из заявителей по 10 тыс. евро в качестве компенсации морального вреда и 1 тыс. евро в качестве возмещения судебных расходов ООО «Медиафокус».

Представители заявителей прокомментировали выводы Суда

В Европейском Суде интересы ООО «Флавус» и Гарри Каспарова представлял юрист Международной правозащитной группы «Агора» Дамир Гайнутдинов, интересы ООО «Медиафокус» – юрист Центра защиты прав СМИ Светлана Кузеванова.

Дамир Гайнутдинов сообщил «АГ», что рассмотренная в ЕСПЧ ситуация примечательна тем, что Суд впервые рассмотрел российскую интернет-цензуру с разных ракурсов: это и ограничение доступа к сайтам независимых СМИ, и блокировка портала неправительственной организации, и запрет частной интернет-страницы, это судебные, внесудебные и «попутные» блокировки (когда недоступными оказываются сайты, использующие блокируемые сетевые адреса). «Наиболее важным является то, что ЕСПЧ признал, что российское законодательство и практика его применения не оставляют владельцам интернет-ресурсов (вне зависимости от их правового статуса) никаких гарантий от злоупотреблений со стороны публичных властей и не позволяют эффективно защищать свои права», – отметил он.

По словам юриста, Европейский Суд отметил противоречие между Законом об информации и Законом о СМИ, на которые указывалось еще в Таганском районном суде г. Москвы (а впоследствии – и в Мосгорсуде), в том, что внесудебная блокировка сайта равнозначна запрету деятельности СМИ и фактически представляет собой форму предварительной цензуры, тем более опасной, что национальные суды отказались рассматривать по существу доводы журналистов, ограничившись ссылкой на формальное соблюдение прокуратурой и Роскомнадзором процедуры и на сохранение за редакцией свидетельства о регистрации СМИ.

«Упомянутая в постановления ЕСПЧ практика представляет собой отличный пример формулирования стандартов и установления критериев обоснованности запрета информации в интернете. Эти положения обязательно нужно использовать при формулировании позиции по аналогичным делам как на национальном уровне, так и в Европе. На мой взгляд, их исполнение невозможно без полной реформы законодательства о блокировках сайтов и отмены соответствующих статей Закона об информации. Именно поэтому я сильно сомневаюсь, что российские власти на это пойдут, вероятнее всего, дело ограничится выплатой компенсаций. Мы будем следить за ситуацией и держать в уме необходимость обращения в Комитет Министров Совета Европы в случае, если репрессивная практика не будет прекращена», – резюмировал Дамир Гайнутдинов.

Светлана Кузеванова отметила, что с момента блокировки сайтов по «закону Лугового» прошло четыре года. «За это время в России были заблокированы тысячи сайтов и были введены дополнительные основания для осуществления блокировок. Внесудебная блокировка по ст. 15.3 Закона об информации – на сегодняшний день одна из самых жестких мер, поскольку решение фактически принимается одним человеком, не проходит судебный контроль, а владелец не уведомляется о предстоящей блокировке и ему не дается возможность удалить или отредактировать запрещенный контент. Именно поэтому решения ЕСПЧ по этому делу ждали с нетерпением», – подчеркнула она.

По словам юриста, Европейский Суд провел очень подробный анализ и ожидаемо признал, что ст. 15.3, на основании которой были заблокированы сайты заявителей, не отвечает принципу качества закона. «Согласно прецедентной практике Суда, под качеством закона понимается не просто корректная и грамотная формулировка, но прогнозируемость и правовая определенность нормы, позволяющая человеку предвидеть последствия своих действий. Это необходимо для защиты от произвольного применения органами власти закона, которое и было продемонстрировано в настоящем деле. По одному требованию генпрокуратуры одновременно, без предупреждения, без достаточных правовых оснований, без указания конкретной запрещенной информации были заблокированы полностью сразу три сайта, без возможности восстановить доступ, хотя формально такая процедура и предусмотрена законом», – отметила Светлана Кузеванова.

«Такое ценное для практикующих юристов решение, с одной стороны, должно стать подспорьем в становлении качественной судебной практики. С другой стороны, признание Европейским Судом правовой нормы не соответствующей требованиям качества закона означает, что государство должно принять меры для приведения ее в соответствие с международными стандартами. Будут ли готовы это сделать российские власти и как быстро это случится – будет уже понятно в скором будущем», – подытожила Светлана Кузеванова.

Эксперты «АГ» поддержали выводы Суда

Эксперт по работе с ЕСПЧ Антон Рыжов обратил внимание на оценку Европейского Суда того обстоятельства, насколько российские законодательство и судебная практика гарантируют заинтересованным лицам защиту от нарушений их прав и препятствуют злоупотреблениям со стороны исполнительных органов власти.

«Логика ЕСПЧ такова: Бог с тем, что вы приняли Закон об информации, позволяющий быстро и эффективно блокировать сайты за информацию, побуждающую к несанкционированным публичным акциям. Да, этот закон состоит из очень широких формулировок, и он репрессивен по своей сути. Но легитимность существования этого закона должна достигаться хотя бы включением в текст определенных гарантий (например, для владельцев сайтов), связанных с заблаговременным информированием о запуске процедуры блокировки и о ее причинах, возможностью обжаловать подобные действия и т.д.», – полагает юрист.

По словам эксперта, в рассматриваемом деле ЕСПЧ подчеркивает, что было бы хорошо предусмотреть возможность и менее серьезных мер, чем тотальная блокировка всего ресурса, а закон должен предусматривать оценку соразмерности принятых мер вреду, причиняемому предположительно опасным контентом. «Наконец, европейские судьи еще раз заострили внимание на отсутствии надлежащего судебного контроля при оспаривании владельцами сайтов наложенных ограничений. ЕСПЧ повторил свою мысль о том, что российские суды смотрят только на формальное соответствие действий правоохранительных органов нормам законодательства, тогда как нужно вдаваться в самую суть вопроса, скрупулезно оценить целесообразность и соразмерность примененных к “нарушителям” мер. Неслучайно в рассматриваемом деле судьями было констатировано отдельное нарушение ст. 13 Конвенции, что в последнее время случается нечасто, так как обычно ЕСПЧ стал довольствоваться признанием лишь основного нарушения. Другими словами, у Страсбурга в очередной раз имеются претензии скорее к отправлению правосудия в РФ и к независимости ее судебной системы, а не к ужесточению законодательства в той или иной конкретной сфере», – убежден Антон Рыжов.

Медиаюрист, руководитель проекта «Право в сети» Маргарита Ледовских положительно оценила постановление ЕСПЧ, поскольку практика блокировки сайтов широко распространена в России. «На законодательном уровне основания для блокировок с каждым годом только увеличиваются, кроме того, есть возможность для внесудебной блокировки в соответствии со ст. 15.3 Закона об информации, которая вызывает особые опасения. Европейский Суд прямо указал, что российское законодательство не предоставляло владельцам сетевых СМИ при блокировке последних какие-либо процессуальные гарантии. Важно также, что ЕСПЧ установил, что решение о незаконном характере содержимого веб-сайтов было принято произвольно», – отметила она.

Рассказать: