×

ЕСПЧ защитил россиянина, который 12 лет назад, будучи подростком, получил травмы в недостроенном здании

Суд подчеркнул, что, хотя Конвенция прямо не гарантирует право на возбуждение уголовного дела, в отдельных случаях эффективное уголовное расследование необходимо для обеспечения соблюдения процессуального аспекта права на жизнь
Фото: «Адвокатская газета»
Одна из экспертов «АГ» выразила надежду, что в результате этого постановления российские суды будут возлагать ответственность не на пострадавших, а на тех, кто отвечает за безопасность людей. Другой напомнил, что ЕСПЧ уже не раз указывал на аналогичные неправомерные действия со стороны РФ, поэтому он полагает, что постановление, скорее всего, не повлияет на практику следственных и судебных органов.

28 января Европейский Суд по правам человека вынес Постановление по делу «Зинатуллин против России», констатировав нарушение права заявителя, который, будучи несовершеннолетним, получил серьезные травмы из-за случайного падения в недостроенном муниципальном здании.

Возбудить уголовное дело не удалось

В июне 2008 г. 15-летний Рамазан Зинатуллин, находясь в недостроенном здании рядом со своей школой, упал в дыру между этажами на груду битых кирпичей. Подросток получил черепно-мозговую травму и ряд других серьезных повреждений. Врачи не были уверены, что ребенок выживет, однако его удалось спасти, позднее Рамазан Зинатуллин получил инвалидность.

Следователь отдела милиции Автозаводского района г. Тольятти отказался возбудить уголовное дело, поскольку мать Рамазана Зинатуллина попросила прекратить расследование. Женщина говорила, что несчастный случай произошел из-за неосторожности подростка. Кроме того, она не хотела, чтобы сына осматривали судебно-медицинские эксперты. 11 июня 2008 г. милиционер согласился с тем, что Рамазан Зинатуллин пострадал из-за своей невнимательности, а не из-за какого-то преступления.

Позднее мать пострадавшего обжаловала постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. В октябре 2008 г. заместитель прокурора Автозаводского района г. Тольятти отменил указанный акт. В ходе проверки в порядке ст. 144 УПК следствие установило, что строительная площадка была закрыта не полностью и что на нее можно было свободно попасть со стороны находившейся рядом школы. Работы производились по заказу мэрии г. Тольятти, но из-за отсутствия финансирования их приостановили. В ходе проверки милиция не нашла признаков состава преступления в действиях кого-либо из должностных лиц и пришла к выводу, что мальчик сорвался из-за собственной небрежности. В возбуждении уголовного дела снова было отказано.

Мать Рамазана Зинатуллина пыталась обжаловать постановление следователя в различные органы, в том числе в прокуратуру Самарской области, Генеральную прокуратуру РФ и Автозаводский районный суд г. Тольятти. Она утверждала, что здание не охранялось и не имело необходимых ограждений, а мэрия нарушила правила «консервации» недостроенных зданий.

В апреле 2009 г. районный суд согласился с доводами женщины и отменил постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Первая инстанция указала, что следствие не установило, какая организация и какие конкретные должностные лица несут ответственность за «консервацию» недостроенного здания и почему в их действиях отсутствовали признаки преступления.

В мае 2009 г. то же постановление отменила прокуратура Автозаводского района. Однако уже в июле 2009 г. в возбуждении уголовного дела было отказано в третий раз. Следователь не увидел причинно-следственной связи между действиями (бездействием) должностных лиц мэрии и других организаций, с одной стороны, и причинением вреда здоровью Рамазана Зинатуллина из-за его собственной неосторожности, с другой.

Мать мальчика обратилась за помощью в Общественную палату РФ, которая перенаправила жалобу Уполномоченному по правам ребенка при Президенте РФ. Тот передал ее Уполномоченному по правам ребенка в Самарской области, которая направила обращение в региональную прокуратуру. В свою очередь прокуратура Самарской области сообщила областному детскому омбудсмену, что рассмотрением жалобы займется прокуратура г. Тольятти (информация о дальнейшей судьбе обращения в постановлении ЕСПЧ отсутствует – прим. ред.).

40 тыс. руб. компенсации

Не добившись отмены постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, мать Рамазана Зинатуллина обратилась в суд с иском о возмещении морального вреда в размере 1 млн руб.

В октябре 2010 г. Центральный районный суд г. Тольятти удовлетворил требования частично. Было установлено, что несчастный случай произошел в недостроенном школьном здании, которое с 1997 г. принадлежит мэрии города. С момента передачи здания в муниципальную собственность объект находился в недостроенном состоянии, никакие работы на нем не велись. В 2007 г. здание передали в хозяйственное ведение муниципальному предприятию «Инвест-проект».

Мэрия настаивала, что не было необходимости закрывать доступ к объекту, поскольку строительство было приостановлено. Однако суд отклонил эти доводы, заключив, что владелец недостроенного здания несет ответственность за принятие всех мер, необходимых для того, чтобы исключить угрозу жизни и здоровью людей.

Районный суд решил, что существует причинно-следственная связь между бездействием мэрии и ущербом для здоровья пострадавшего. В пользу Рамазана Зинатуллина было взыскано 25 тыс. руб. с мэрии Тольятти и еще 15 тыс. руб. с «Инвест-проекта». При снижении заявленного размера компенсации суд учел не только собственную небрежность мальчика, но и то, что его мать не осуществляла необходимый родительский контроль. По мнению первой инстанции, женщина должна была предотвратить посещение ее сыном строительной площадки в выходной день.

Мать Рамазана Зинатуллина обжаловала решение в Самарский областной суд, однако тот поддержал позицию нижестоящей инстанции. Верховный Суд РФ не нашел оснований для пересмотра дела в порядке надзора.

Государство не обязано гарантировать абсолютную безопасность?

В январе 2010 г. женщина обратилась от имени сына в Европейский Суд по правам человека. По ее мнению, отказ в возбуждении уголовного дела и небольшой размер компенсации морального вреда нарушили право Рамазана Зинатуллина на жизнь, гарантированное ст. 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Мать мальчика также указала на отсутствие эффективных средств правовой защиты в нарушение ст. 13 Конвенции.

Российские власти в возражениях на жалобу настаивали, что Рамазан Зинатуллин получил увечья из-за собственной неосторожности и отсутствия надлежащего родительского контроля. Правительство подчеркнуло, что ст. 2 Конвенции не должна толковаться как гарантирующая человеку абсолютный уровень безопасности в контексте любой деятельности, которая может представлять угрозу для его жизни. По мнению государства-ответчика, если человек подвергает себя необоснованной опасности, он в определенной степени несет ответственность за любой несчастный случай, который происходит в результате таких действий.

Правительство РФ также обратило внимание Суда на тот факт, что в гражданском процессе были установлены лица, ответственные за происшествие. Оно также напомнило, что сразу после несчастного случая мать заявителя потребовала прекратить расследование. Кроме того, она не обжаловала постановление об отказе возбуждении уголовного дела от 6 июля 2009 г., несмотря на то, что ее жалоба на предыдущий отказ от 20 октября 2008 г. была удовлетворена, указали российские власти.

Власти должны были внимательнее отнестись к расследованию происшествия

В своем решении ЕСПЧ отметил, что из-за опасного характера строительной деятельности власти должны принимать все необходимые для обеспечения безопасности людей разумные меры. При их отсутствии любая строительная площадка может стать причиной несчастных случаев, угрожающих жизни не только самих строителей, но и иных лиц, в том числе такой уязвимой группы, как дети, полагает Суд. Как указано в постановлении, в данном случае в рамках гражданского судопроизводства национальные суды признали, что государство указанное обязательство не выполнило.

Суд пояснил, что, хотя Конвенция прямо не гарантирует право на возбуждение уголовного дела, могут существовать исключительные обстоятельства, когда эффективное уголовное расследование необходимо для выполнения процессуального обязательства государства, предусмотренного ст. 2 Конвенции. Подчеркивается, что данное утверждение справедливо и для рассматриваемого случая.

Проанализировав обстоятельства дела, ЕСПЧ пришел к выводу, что следователи не пытались установить, кто именно из должностных лиц мэрии должен был обеспечить безопасность недостроенного здания. Более того, сторона обвинения, по мнению Суда, не озаботилась и тем, чтобы обосновать отказ в возбуждении уголовного дела.

В ответ на замечание правительства о том, что мать заявителя просила прекратить расследование, ЕСПЧ указал, что после этого женщина воспользовалась средствами уголовно-правовой защиты. Суд подчеркнул, что в данном случае недопустимо говорить об обязанности обжаловать последнее постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, поскольку мать Рамазана Зинатуллина обжаловала практически идентичный первый отказ, который национальный суд затем признал незаконным.

Кроме того, ответственность за проведение первоначального расследования – направленного на обеспечение доказательств и устранение или минимизацию любого риска упущений, которые впоследствии могут подорвать возможность установления ответственности и привлечения к ответственности ответственного лица, – лежит на власти и не может быть оставлена на усмотрение пострадавшего или его ближайших родственников, подчеркнул Европейский Суд.

ЕСПЧ обратил внимание на то, что виновные должностные лица мэрии так и не были установлены, а доказательства их ответственности за безопасность недостроенного здания не собирались. Иными словами, отказ в возбуждении уголовного дела остался необоснованным, что противоречит задаче установления соответствующих фактов и привлечения виновных к ответственности. При этом присуждение компенсации морального вреда хотя и может рассматриваться как привлечение мэрии к определенной ответственности, но все-таки не предоставило заявителю надлежащего возмещения, отметил Суд.

На этом основании он пришел к выводу, что уголовно- и гражданско-правовые средства правовой защиты в деле Рамазана Зинатуллина не были эффективными, и констатировал нарушение процессуального аспекта ст. 2 Конвенции.

Заявитель просил взыскать в его пользу не только компенсацию морального вреда в размере 7 тыс. евро, но и около миллиона рублей в качестве возмещения материального ущерба, подробно обосновывая его размер. Суд, полностью удовлетворив первое требование, рассматривать вопрос о материальном ущербе отказался, пояснив, что такое требование может быть предъявлено в национальный суд.

ЕСПЧ также не стал изучать отдельно потенциальное нарушение ст. 13 Конвенции, поскольку посчитал, что этот вопрос уже был разрешен при констатации нарушения права заявителя на жизнь. В частности, Европейский Суд отметил, что в делах, касающихся непреднамеренной угрозы жизни, требование о наличии эффективных средств правовой защиты будет выполнено, если государство предоставляет потерпевшим или их ближайшим родственникам возможность возбудить только гражданское производство или дополнительно к нему обратиться к уголовно-правовой защите. Однако в любом случае гражданин вправе рассчитывать на привлечение виновных к какому-либо виду ответственности и на получение надлежащей денежной компенсации. Если же речь идет о представителях государства или определенных профессий, могут также предусматриваться дисциплинарные меры, добавил Суд.

Мнения судей ЕСПЧ

Бельгийский судья Поль Лемменс, представитель Кипра Георгис Сергидес и судья от Португалии Пауло Пинто де Альбукерке согласились с мнением большинства. Однако, отметили они, в данном случае необходимо говорить не только о нарушении процессуального обязательства государства в контексте ст. 2 Конвенции, но и о несоблюдении материально-правового аспекта этой нормы.

Судьи заметили, что заявитель жаловался не только на неспособность властей возбудить уголовное дело и предоставить ему адекватную компенсацию, но и на несоблюдение мэрией Тольятти обязанности по обеспечению безопасности недостроенного здания. Последнее, по мнению Лемменса, Сергидеса и Пинто де Альбукерке, относится к материально-правовой сфере. Большинство судей не стали рассматривать вопрос о нарушении этого аспекта, поскольку посчитали, что национальные суды уже признали невыполнение государственными органами соответствующего обязательства.

Трое судей ЕСПЧ указали, что, несмотря на позицию российских судов, необходимо было оценить данный вопрос на предмет соответствия ст. 2 Конвенции. При этом сами авторы мнения подход национальных судебных инстанций поддержали.

Судья от России Дмитрий Дедов в своем мнении отметил, что дело Рамазана Зинатуллина дает возможность поразмыслить над развитием дел, касающихся «эффективной судебной системы». Представитель РФ указал, что заявитель упал из-за частичного разрушения недостроенного здания и отсутствия ограждений для предотвращения падения.

По его мнению, поведение ребенка и его матери и то, что они якобы не позаботились о предотвращении несчастного случая, не является решающим и достаточным элементом для установления причинно-следственной связи между действиями должностных лиц мэрии и травмами мальчика. А значит, не является убедительным основанием для прекращения национальными судами уголовного судопроизводства, заключил Дмитрий Дедов.

Эксперты поддержали выводы Суда

По мнению юриста Правозащитного центра «Мемориал» Татьяны Черниковой, ЕСПЧ абсолютно справедливо напомнил, что ст. 2 Конвенции включает в себя не только обязательство государств воздерживаться от сознательных убийств, но и обязательство защищать право на жизнь. «Если мэрия владеет недостроенным зданием, находящимся рядом со школой, то необходимо полностью огородить это здание, чтобы никто (особенно дети) не мог пройти на территорию опасного объекта. Этого, к сожалению, сделано не было, в результате чего подросток получил серьезные увечья и инвалидность», – указала эксперт.

Она также отметила, что на национальном уровне взаимосвязь между бездействием властей и трагическими последствиями для заявителя была установлена в рамках гражданского процесса. «В такой ситуации ЕСПЧ оценивал, как власти отреагировали на инцидент, и, на мой взгляд, справедливо признал эту реакцию неадекватной», – сказала Татьяна Черникова.

Так, пояснила она, в рамках гражданского процесса заявителю присудили маленькую компенсацию, ссылаясь на то, что он и его мать частично несли ответственность за случившееся. В рамках же уголовного процесса не было принято достаточно мер для установления ответственных со стороны властей. «Когда речь идет о риске для жизни, такая реакция со стороны государства не может считаться достаточной. Хочется надеяться, что в результате этого постановления в российской судебной практике по аналогичным делам ответственность будет возлагаться не на жертв происшествий, а на тех, кто отвечает за безопасность населения», – подчеркнула Татьяна Черникова.

Юрист Николай Зборошенко отметил, что доводы заявителя в целом основываются на достаточно устойчивой позиции Суда. Согласно подходу ЕСПЧ государство-ответчик в аналогичных ситуациях в соответствии со ст. 2 Конвенции обязано принимать меры (в том числе и превентивные), направленные на предотвращение причинения вреда здоровью граждан.

В данном постановлении Суд, по словам эксперта, в очередной раз констатировал наличие таких повторяющихся проблем, как неэффективность расследования национальных следственных органов и несоразмерность компенсации морального вреда, присужденной российскими судами, обычному размеру компенсации, назначаемой Европейским Судом. Следствиями несоразмерности компенсации стали сохранение заявителем статуса жертвы, нарушение ст. 2 Конвенции государством и констатация такого нарушения в постановлении ЕСПЧ, добавил Николай Зборошенко.

Однако поскольку Суд уже не раз указывал на аналогичные неправомерные действия со стороны РФ, эксперт полагает, что данное постановление вряд ли приведет к принятию государством мер общего характера и, скорее всего, не повлияет на практику национальных следственных и судебных органов.

Рассказать: