×

КС разобрался в праве полицейских на дополнительный отпуск при увольнении по болезни

Суд признал неконституционной норму, не позволяющую однозначно установить, имеют ли право на отпуск по личным обстоятельствам сотрудники ОВД, уволенные на основании заключения военно-врачебной комиссии о негодности к службе в органах внутренних дел
В комментарии «АГ» одна из экспертов посчитала, что Конституционный Суд защищает права специальных категорий работников с большей охотой, чем обычных. Другая заметила, что выводы КС могут по аналогии применяться и по делам госслужащих иных категорий, однако на практике для этого, скорее всего, потребуется внесение изменений в действующие НПА.

23 января Конституционный Суд вынес Постановление № 4-П, в котором разобрался в том, имеют ли право на отпуск по личным обстоятельствам продолжительностью 30 календарных дней сотрудники ОВД, уволенные в связи с болезнью, приобретенной во время службы.

Повод для обращения в КС

14 марта 2018 г. заместитель начальника полиции УМВД РФ по г. Перми Владимир Чистяков был признан не годным к службе в связи с наличием заболевания, полученного в период ее прохождения. 19 марта он подал два рапорта: об увольнении со службы с 26 марта 2018 г. и о предоставлении предусмотренного ч. 1 ст. 63 Закона о службе в ОВД РФ отпуска по личным обстоятельствам.

Приказом ГУ МВД РФ по Пермскому краю от 20 марта 2018 г. Чистяков был уволен со службы с 25 марта 2018 г. по п. 1 ч. 3 ст. 82 данного закона (в связи с болезнью – на основании заключения военно-врачебной комиссии о негодности к службе в органах внутренних дел) без предоставления отпуска.

Посчитав свои права нарушенными, Чистяков обратился в суд с иском о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, об изменении даты увольнения – с учетом продолжительности отпуска по личным обстоятельствам – с 25 марта на 25 апреля 2018 г. и о взыскании расходов на оказание юридической помощи.

Индустриальный районный суд г. Перми в удовлетворении заявленных требований отказал, отметив при этом, что предоставление сотруднику по его желанию предусмотренных законодательством отпусков возможно лишь в случаях, указанных в ч. 11 ст. 56 Закона о службе в ОВД РФ, содержащей перечень оснований, при увольнении по которым сотрудники ОВД могут воспользоваться правом на отпуск. Суд посчитал, что поскольку п. 1 ч. 3 ст. 82 данного закона не входит в число названных оснований, Чистякову не мог быть предоставлен отпуск по личным обстоятельствам при прекращении службы.

Пермский краевой суд оставил без изменения решение первой инстанции, указав, что предоставление отпуска по личным обстоятельствам продолжительностью 30 календарных дней предусмотрено лишь для сотрудников ОВД, увольняемых со службы по п. 8 ч. 2 ст. 82 Закона о службе в ОВД РФ, т.е. по состоянию здоровья – на основании заключения военно-врачебной комиссии об ограниченной годности к службе и о невозможности выполнять служебные обязанности в соответствии с замещаемой должностью при отсутствии возможности перемещения по службе. Судьи Пермского краевого суда и Верховного Суда отказали в передаче кассационных жалоб для их рассмотрения в судебном заседании.

В жалобе в Конституционный Суд Владимир Чистяков указал, что ч. 1 ст. 63 Закона о службе в ОВД РФ не соответствует Конституции, поскольку исключает предоставление предусмотренного ею отпуска по личным обстоятельствам сотрудникам, увольняемым со службы по основанию, закрепленному п. 1 ч. 3 ст. 82 данного закона.

КС согласился с неопределенностью нормы закона

Изучив материалы дела, КС указал, что до внесения 2 августа 2019 г. изменений в ст. 56 Закона о службе в ОВД РФ отпуск по личным обстоятельствам безусловно предоставлялся сотрудникам органов внутренних дел, которые увольнялись по состоянию здоровья на основании заключения военно-врачебной комиссии об ограниченной годности к службе.

Суд заметил, что в отношении сотрудников, увольняемых со службы в связи с болезнью (п. 1 ч. 3 ст. 82 закона), несмотря на то, что по данному основанию увольнялись только лица, признанные военно-врачебной комиссией не годными к службе, т.е. не имевшие возможности продолжить службу на других должностях в органах внутренних дел, вопрос о предоставлении такого отпуска мог быть решен отрицательно, о чем свидетельствуют судебные решения по делу заявителя.

Конституционный Суд напомнил, что 2 августа 2019 г. ч. 11 ст. 56 Закона о службе в ОВД РФ также была изложена в новой редакции, которая предусматривает, что сотруднику, увольняемому со службы по основанию, предусмотренному п. 1, 2, 3, 4, 9, 11, 16, 17 или 18 ч. 2 ст. 82 данного закона, по его рапорту могут быть предоставлены предусмотренные законодательством неиспользованные отпуска за предшествующий и текущий годы. По смыслу же гл. 8 оспариваемого закона, регламентирующей служебное время и время отдыха сотрудников ОВД, к неиспользованным отпускам, по общему правилу, могут быть отнесены основной и дополнительные отпуска, предусмотренные ч. 1 ст. 58 этого закона и предоставляемые, как правило, регулярно.

КС заметил, что отпуск по личным обстоятельствам, предоставление которого закреплено ч. 1 ст. 63 Закона о службе в ОВД РФ, не может рассматриваться как неиспользованный, ввиду того что право на него возникает однократно – непосредственно в момент принятия решения о прекращении службы после вынесения соответствующего решения военно-врачебной комиссией. Следовательно, указал Суд, в настоящее время ч. 1 ст. 63 данного закона не может применяться в системной связи с ч. 11 ст. 56, в том числе с учетом тех оснований увольнения сотрудника органов внутренних дел со службы, которые в ней указаны.

КС отметил, что согласно положениям оспариваемого закона термин «состояние здоровья» относится к характеристике физического состояния лица, принимаемого в органы внутренних дел (проходящего в них службу), и используется при определении квалификационных требований к должностям в органах внутренних дел (ст. 9), обстоятельств, вследствие которых гражданин не может находиться на службе в органах внутренних дел (ст. 14), условий, с наличием которых связано предоставление права поступления на службу в органы внутренних дел (ст. 17), оснований перевода на другую должность (ст. 30), оснований и порядка расторжения контракта и увольнения (ст. 82, 84, 87 и 89) и правил заключения нового контракта с лицом, достигшим предельного возраста пребывания на службе в органах внутренних дел (ст. 88), а также при решении вопроса о предоставлении отпуска по личным обстоятельствам продолжительностью 30 календарных дней (ст. 63).

Статьей 9 данного закона, указал КС, установлены в том числе требования к состоянию здоровья граждан, поступающих на службу, и сотрудников ОВД и определяемые по результатам военно-врачебной экспертизы категории их годности к службе.

Суд отметил, что приведенные положения, являясь основой для определения годности сотрудника к службе по состоянию здоровья, учитываются при формулировании оснований увольнения со службы, к числу которых относится и увольнение по состоянию здоровья при установлении сотруднику категории годности «В» (ограниченно годен), и увольнение в связи с болезнью при установлении категории годности «Д» (не годен). При этом сотрудники с категорией «В» подлежат увольнению по п. 8 ч. 2 ст. 82 оспариваемого закона, а сотрудники с категорией «Д» – по п. 1 ч. 3 данной статьи.

Таким образом, резюмировал КС, термин «состояние здоровья» используется в п. 8 ч. 2 ст. 82 Закона о службе в ОВД РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ при указании на увольнение сотрудников, на основании заключения военно-врачебной комиссии признанных ограниченно годными к службе в ОВД. Соответственно, можно предположить, что упоминание в ч. 1 ст. 63 данного закона об увольнении в связи с состоянием здоровья относится только к увольнению со службы по состоянию здоровья на основании такого заключения.

В то же время, отметил Суд, прекращение служебных отношений как по п. 8 ч. 2 ст. 82 оспариваемого закона, так и по п. 1 ч. 3 этой статьи (в связи с болезнью – на основании заключения военно-врачебной комиссии о негодности к службе в органах внутренних дел) обусловлено изменением категории годности к прохождению службы. «Следовательно, имеются основания для оценки ч. 1 ст. 63 данного Федерального закона как предусматривающей предоставление сотруднику органов внутренних дел отпуска по личным обстоятельствам в связи с ухудшением состояния его здоровья независимо от конкретного основания увольнения», – посчитал Конституционный Суд. Таким образом, оспариваемая норма, устанавливая право сотрудников ОВД на отпуск по личным обстоятельствам при стаже службы в календарном исчислении 20 лет и более в год увольнения со службы в связи с состоянием здоровья, не позволяет однозначно определить, каким сотрудникам, с учетом категории их годности к службе и основания увольнения, такой отпуск должен быть предоставлен.

Суд отметил, что данное утверждение подтверждается ответами госорганов. Так, Совет Федерации сделал вывод о соответствии оспариваемой нормы Конституции, но указал, что правовое регулирование, исключающее право граждан при их вынужденном увольнении в связи с болезнью на предоставление отпуска по личным обстоятельствам, ставит таких граждан в неравные условия по сравнению с гражданами, страдающими более легкими формами аналогичных заболеваний и увольняемыми по состоянию здоровья из-за отсутствия возможности перемещения по службе.

Министерство юстиции посчитало, что оспариваемая норма не позволяет сделать однозначный вывод о том, только ли сотрудник ОВД, увольняемый по состоянию здоровья, имеет право на отпуск по личным обстоятельствам либо данная гарантия распространяется на лиц, увольняемых в связи с болезнью.

МВД РФ отметило, что использование законодателем формулировки «в связи с состоянием здоровья», отличной от имеющихся в Законе о службе в ОВД РФ и формулировок оснований увольнения сотрудника со службы в ОВД («по состоянию здоровья», «в связи с болезнью»), может создавать неопределенность в установлении круга субъектов, на которых распространяются закрепленные оспариваемой нормой гарантии.

Генеральная прокуратура также указала, что положения оспариваемой нормы по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, предоставляя право на дополнительный отпуск при увольнении по состоянию здоровья, исключают предоставление данного права при увольнении в связи с болезнью, т.е. ставят в неравное положение лиц, фактически принадлежащих к одной категории – сотрудники ОВД, увольняемые по заключению военно-врачебной комиссии, и при этом подчеркивает, что такие различия в объеме дополнительных гарантий сотрудников вряд ли можно признать разумными и оправданными.

Таким образом, отметил КС, буквальный смысл оспариваемой нормы, ее понимание органами государственной власти, в том числе законодательными, а также правоприменительная практика указывают на возможность неоднозначного толкования ее содержания. Следовательно, оспариваемое законоположение противоречит принципам правовой определенности, равенства и справедливости, а потому не соответствует Конституции.

Суд указал федеральному законодателю на необходимость незамедлительно принять меры по устранению неопределенности нормативного содержания признанного неконституционным положения и отметил, что решения Владимира Чистякова должны быть пересмотрены после приведения положений закона в соответствие с Конституцией во исполнение данного постановления.

Эксперты оценили позицию Суда

В комментарии «АГ» руководитель практики ФБК Legal Александра Герасимова отметила, что защита прав специальных категорий работников (в том числе, государственных служащих) является устоявшейся тенденцией в практике Конституционного Суда. По ее мнению, их Суд защищает с большей охотой, чем обычных работников, постановления по жалобам которых являются очень редким явлением.

Читайте также
КС определил пересмотреть приговор активисту Константину Котову, не рассматривая его жалобу в заседании
Суд указал, что без объективно подтвержденного и получившего адекватное отражение в приговоре признака существенности причиненного вреда или реальной угрозы его причинения необходимо избегать применения к нарушителю наказания в виде лишения свободы
28 Января 2020 Новости

«При этом, в отличие от более резонансных дел, по которым правовое сообщество ждало от Конституционного Суда отмены неконституционных норм, а он ограничился толкованием (как, например, дело Ильдара Дадина, толкование КС по которому полностью игнорируется судами), в данном деле не только норма признана неконституционной, но и указано на незамедлительное устранение неопределенности», – указала эксперт.

Александра Герасимова заметила, что поскольку все специальные законы об отдельных видах государственной службы содержат различия в правовом регулировании, то напрямую данное постановление не может являться основанием для вывода о неконституционности схожих положений. «Вместе с тем о возможности ссылки на данное постановление по аналогии указывает и сам Конституционный Суд, перечисляя схожие законоположения таких законов. На трудовые отношения обычных граждан данное постановление существенного влияния не окажет», – посчитала она.

Адвокат АК «Бородин и партнеры» Ольга Рогачёва отметила, что Конституционный Суд в своих решениях неоднократно ссылается на ранее сформулированные им правовые позиции, и в этом смысле постановления КС РФ можно рассматривать в качестве судебного прецедента. «Однако на практике это может потребовать внесения изменений в действующие нормативные правовые акты, поскольку в самом постановлении КС указывается, что отпуск по личным обстоятельствам предусмотрен законодательством и для государственных служащих других категорий», – предположила она.

Рассказать: