Как стало известно «АГ», 9 апреля Девятый арбитражный апелляционный суд вынес постановление № 09АП-12488/2026 по делу № А40-201971/24, которым он оставил без изменения решение первой инстанции, выявившей бездействие местных властей по госрегистрации ЛЭП, что нарушило право ряда СНТ.
В 2003 г. была введена в эксплуатацию высоковольтная линия внешнего электроснабжения протяженностью почти в 15 км для садоводческого массива у д. Мещерское Чеховского района Московской области для электроснабжения СНТ «Садко», «Столбищево», «Афганец» и «Мещерское» на средства ГКУ «Развитие Московского региона». В том же году «Садко» и Подольские электрические сети (филиал АО «Мосэнерго») подписали акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности электроустановок.
Впоследствии садовое некоммерческое товарищество «Садко» было преобразовано в товарищество собственников недвижимости, после чего обратилось в суд с иском к Департаменту городского имущества г. Москвы о признании незаконным действия, выразившегося в непринятии мер по государственной регистрации права собственности на ЛЭП, о признании права собственности за ответчиком на него, об обязании принять меры по регистрации права собственности в течение трех месяцев с момента вступления решения суда в законную силу. В обоснование своих требований ТСН настаивало на том, что из-за бездействия собственника объекта, которым, по его мнению, является г. Москва, линия электропередачи не может быть передана в эксплуатацию и обслуживание специализированной организации.
В ходе судебного разбирательства ДГИ ссылался на заключение МосгорБТИ о том, что спорный объект не является объектом капитального строительства. Как сообщил ответчик, порядок принятия в собственность г. Москвы или передачи ресурсоснабжающим организациям объектов инженерно-коммунального назначения был утвержден постановлением правительства Москвы от 22 августа 2000 г. № 660 и приказом ДГИ от 8 июля 2021 г. № 167. Документы, необходимые для принятия объекта в собственность или в состав имущественной казны Москвы от ГКУ «РМР», в адрес ответчика не поступили.
Суд отказал в удовлетворении иска, а апелляция поддержала его решение. Они сочли, что истцом избран ненадлежащий способ защиты нарушенного права, поскольку такие требования предъявляются в порядке гл. 24 АПК РФ. Кроме того, между сторонами отсутствует спор о праве в отношении спорного объекта. Суды указали, что правоотношения истца и энергосбытовой либо электросетевой организации могут быть разрешены в рамках норм права, которыми такие взаимоотношения урегулированы, и не могут служить основанием для понуждения ответчика к совершению действий в отсутствие необходимых документов.
Кассация отменила вынесенные по делу решения и вернула его на новое рассмотрение. Как заметил суд округа, оформление искового заявления вместо административного искового заявления не влияет на определение вида судопроизводства в соответствии с п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 28 июня 2022 г. № 21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации».
На втором круге суд первой инстанции рассмотрел требования ТСН в порядке гл. 24 АПК и удовлетворил их в полном объеме. Суд установил, что заинтересованным лицом не совершены необходимые действия, обязанность совершения которых прямо возложена на него НПА как лицо, действующее от имени г. Москвы в отношении имущества, составляющего имущественную казну города. В связи с этим бездействие ответчика, связанное с длительным непринятием в собственность ЛЭП, является незаконным. Суд решил, что права и законные интересы «Садко» подлежат восстановлению путем обязания ДГИ в месячный срок с даты вступления решения суда в законную силу совершить действия по принятию в собственность линии внешнего электроснабжения для ряда СНТ.
Департамент городского имущества обратился с жалобой в Девятый арбитражный апелляционный суд. Изучив материалы дела, апелляция со ссылкой на п. 3 ст. 214 ГК РФ напомнила, что от имени России и субъектов РФ права собственника осуществляют органы и лица, указанные в ст. 125 Кодекса. Так, ДГИ принимает решение о необходимости охраны объектов нежилого фонда, составляющих имущественную казну, и обеспечивает выполнение обязательств столицы как собственника объекта нежилого фонда по осуществлению коммунального и иного обслуживания, нужного для поддержания объекта нежилого фонда в надлежащем состоянии. Согласно п. 7 ст. 46.4 Закона об электроэнергетике, в целях обеспечения надежного функционирования объектов электросетевого хозяйства, находящихся в собственности субъектов РФ или муниципальной собственности, объекты электросетевого хозяйства передаются в безвозмездное владение и пользование системообразующим территориальным сетевым организациям или территориальным сетевым организациям в случаях, порядке и на условиях, которые установлены Постановлением Правительства РФ от 10 сентября 2024 г. № 1229. «Следовательно, до совершения ДГИ необходимых действий по принятию объекта в собственность эксплуатирующие такие объекты организации не могут совершить необходимых действий, что влечет угрозу отсутствия электроснабжения конечных потребителей, являющихся членами товариществ, количество которых насчитывает более тысячи», − заметила апелляция, указав, что бездействие ответчика создает невозможность передачи спорного объекта эксплуатирующей организации, чем нарушаются публичные права граждан, пользующихся электроэнергией на объектах садоводческого массива.
Девятый ААС также отклонил доводы ДГИ в отношении ошибочного способа защиты нарушенного права. Он указал, что в рассматриваемом случае как первоначальные, так и уточненные требования сводятся к одному и тому же итогу – признание незаконным соответствующего бездействия ДГИ. В настоящее время «Садко» исчерпаны все возможные способы защиты своих прав, а именно многократные обращения в органы госвласти, казенные учреждения, публичные организации, которые результата не принесли. При этом у ТСН объективно не имеется иных законных способов восстановить права садоводов и обеспечить безопасность ЛЭП.
Апелляционный суд заметил, что ответчик не оспаривает допущенные им нарушения, не отрицает наличие у него реальной возможности по принятию на баланс объекта, построенного на бюджетные деньги, не оспаривает и факт самого строительства и существования объекта, а лишь указывает на неверно определенные заявителем форму и способ защиты. Соответственно, удовлетворение искового заявления в полной мере соответствует целям и задачам реализации гарантированного Конституцией права на судебную защиту. В связи с этим он оставил в силе решение первой инстанции.
В комментарии «АГ» член АП Камчатского края Денис Воробьёв, который представлял интересы СНТ «Садко» в этом деле, заметил: рассматриваемый спор примечателен тем, что в отсутствие каких-либо документов о возникновении в 2003 г. вещи в виде линии электропередачи протяженностью 15 км в Московской области суд принял его доводы и обязал ДГИ г. Москвы принять на баланс социально значимый имущественный комплекс. «Удовлетворив наши требования, кассация, а затем суды первой и апелляционной инстанций применили, по сути, два основных тезиса, сформулированных некогда ВС РФ. Во-первых, оформление искового заявления вместо административного иска не влияет на определение вида судопроизводства. При рассмотрении споров важны существо требований и обстоятельства, на которых они основываются. В нашем случае требования носили нематериальный характер и были направлены на признание бездействия незаконным. Во-вторых, невзирая на то, что само нарушение возникло в далеком 2003 г., суды приняли во внимание его длящийся характер и многолетнюю переписку с органами госвласти, государственными учреждениями и публичными организациями, тем самым посчитав, что всевозможные способы защиты права исчерпаны и сроки обжалования бездействия не пропущены», − рассказал он.
По мнению адвоката, такая практика поможет пользователям государственного или муниципального имущества, которое так и не принято на баланс и находится в неудовлетворительном состоянии, что препятствует его безопасному и бесперебойному использованию по назначению. «Полезна она будет и тем организациям, которые тратят колоссальные деньги на возмещение потерь электроэнергии в электросетях, поскольку поможет в будущем определить границы и возложить эти расходы на титульного собственника или уполномоченные им организации», − убежден Денис Воробьёв.
Он добавил, что в таких спорах важно не только скрупулезное знание процессуальных норм, но и глубокое погружение в материальное право. «Все это помогло нам обосновать соблюдение срока обращения в суд по такой категории дел (ст. 198 АПК РФ – три месяца) и правильно сформулировать требования: доверитель при первичном обращении смешал разные требования, что и создало проблемы в дальнейшем. Мы также смогли представить суду ответы на три типовых для данной категории споров вопроса: какие нормы права и кем нарушены; какие права затронуты и каким образом могут быть восстановлены; причинно-следственная связь между действиями и последствиями или угрозой их наступления», − заметил адвокат.
Денис Воробьёв также заметил, что требования к списку документов, которые необходимы, чтобы принять имущество на баланс ДГИ, за 20 лет уже несколько раз обновились, а восстановить тот пакет документов, который должен был быть подготовлен в 2003 г., − объективно уже было невозможно. «Поэтому мы предложили другой путь выхода из ситуации – через инвентаризацию. Такой способ ранее постоянно применялся мною при проведении проверок и ревизий госучреждений на предмет утрат, хищений и недостачи имущества. Вот и в данном случае в ведомственных нормативных актах правительства Москвы нашлись нормы права, которые не только позволяют ДГИ проводить инвентаризации, но и прямо возлагают на него эту обязанность в отношении всего госимущества. Срок же постановки ЛЭП на баланс был взят из общего срока разрешения обращений граждан и предложен суду для установления в рамках судебного контроля. Хотя ДГИ г. Москвы по-прежнему никуда не торопится, но достигнутый результат примечателен еще и тем, что благодаря решению суда права более 2000 садоводов на получение электроэнергии в безопасном и бесперебойном режиме скоро будут и восстановлены, и на этот раз гарантированы государством», − заключил адвокат.
Директор юридической компании «КОНУС» Алексей Силиванов полагает, что это дело представляет интерес с точки зрения определения способа защиты прав. «Вопрос о признании за публичным образованием права собственности на объект инфраструктуры был решен не предъявлением гражданско-правового иска, а путем предъявления заявления о признании незаконным бездействия. Как указал суд, требования сводятся к признанию незаконным соответствующего бездействия ДГИ, при этом нарушение прав заявителя выразилось в том, что до совершения органом власти мероприятий по принятию объекта в собственность эксплуатирующие такие объекты организации не могут совершить необходимые действия по его обслуживанию. Подобную практику я считаю хорошей, так как вопрос прав на объекты инфраструктуры связан с обязанностями по их содержанию и, не видя очевидных преимуществ в принятии их в собственность, органы власти активно уклоняются от их оформления. Если в данном судебном споре факт постройки объекта за счет бюджета не оспаривался, то в дальнейшем подобную практику можно распространить на более сложные случаи, например на бесхозяйные объекты инфраструктуры», − заключил он.
Адвокат LEbEdEV & barristers Антон Лебедев заметил, что в рассматриваемом случае свыше 20 лет местные власти бездействовали и в результате суду пришлось разрешать ситуацию, которая вообще не должна была дойти до суда при добросовестной работе соответствующих властных структур. «На мой взгляд, давно пора провести анализ статистики обжалования отказов госорганов и определить долю судебной нагрузки, которую они формируют. Несмотря на имеющуюся справку БТИ о том, что спорная линия не является объектом капитального строительства, суд, руководствуясь ст. 10.1 ГрК РФ и фактическими обстоятельствами (прочная связь с землей, строительство за бюджетные средства), признал ее объектом, подлежащим регистрации. Позиция БТИ вступает в прямое противоречие с разъяснениями Минэкономразвития России. Еще в 2009 г. в Письме № Д23-3650 ведомство указало: энергетические кабельные линии напряжением 10 кВт и более являются линейными объектами, а сооружения в силу п. 1 ст. 130 ГК РФ относятся к недвижимому имуществу», − заметил он.
