×

КС счел возможным прекращение дела кассационной инстанцией без согласия осужденного

Как указано в определении, если вина осужденного была доказана судом первой инстанции, согласие на прекращение уголовного дела в связи с истечением сроков давности не требуется
Фото: «Адвокатская газета»
Один из адвокатов отметил, что ст. 199.2 УК является самой сложной в применении, несмотря на очевидную простоту механизма сокрытия денежных средств или иного имущества, за счет которых должно производиться взыскание недоимки. Двое других посчитали дискуссионным указание на то, что в случае вступления приговора в законную силу наличие согласия осужденного на прекращение уголовного дела не предполагается.

Конституционный Суд опубликовал Определение от 30 ноября 2021 г. № 2628-О, в котором счел возможным прекращение уголовного дела судом кассационной инстанции в связи с истечением сроков давности без согласия осужденного. Суд также не нашел оснований для признания ст. 199.2 УК РФ неконституционной.

20 декабря 2017 г. Сергей Воеводин был осужден и приговорен к наказанию в виде штрафа в 200 тыс. руб. по ст. 199.2 УК (в редакции Закона от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ), предусматривавшей ответственность за сокрытие денежных средств либо имущества организации или индивидуального предпринимателя, за счет которых должно быть произведено взыскание недоимки по налогам и сборам, в крупном размере. При этом суд установил, что преступление было совершено в период с 13 мая по 8 июля 2015 г.

Законом от 29 июля 2017 г. № 250-ФЗ, вступившим в силу 10 августа того же года, ст. 199.2 УК была изложена в новой редакции, относящей указанное выше деяние к категории преступлений небольшой тяжести. Защита Сергея Воеводина подала жалобу, настаивая, что он невиновен и в его действиях отсутствует состав преступления, однако апелляция оставила приговор без изменения. Четвертый кассационный суд общей юрисдикции переквалифицировал действия осужденного со ст. 199.2 УК на ч. 1 ст. 199.2 Кодекса в новой редакции и смягчил наказание с применением ст. 64 УК, назначив штраф в 150 тыс. руб.

Впоследствии Верховный Суд частично удовлетворил кассационную жалобу, доводы которой также сводились к необходимости отмены приговора и прекращения дела за отсутствием состава преступления. ВС отменил решения нижестоящих инстанций и прекратил уголовное дело за истечением сроков давности уголовного преследования. Он отметил, что виновность осужденного подтверждена доказательствами, исследованными в судебном заседании и подробно изложенными в решениях нижестоящих инстанций, фактические обстоятельства совершения преступных действий установлены правильно. Вместе с тем на момент рассмотрения дела первой инстанцией (с учетом переквалификации) прошло более двух лет со дня совершения преступления небольшой тяжести – то есть истекли сроки давности уголовного преследования, при этом материалы дела не содержат сведений ни о том, что осужденный уклонялся от следствия или суда, ни о его несогласии с прекращением дела за истечением сроков давности.

Не согласившись с судебными решениями, Сергей Воеводин обратился в Конституционный Суд. В жалобе он попросил признать ст. 199.2 «Сокрытие денежных средств либо имущества организации или индивидуального предпринимателя, за счет которых должно производиться взыскание налогов, сборов, страховых взносов» УК не соответствующей Конституции, поскольку она позволяет произвольно устанавливать виновность лица, ответственного за исполнение налоговых обязательств, в совершении предусмотренного данной нормой преступления, не учитывая при этом социальную значимость предприятия и конъюнктуру рынка. Также оспариваемая норма, по мнению заявителя жалобы, допускает вменение в вину причинение ущерба, значительно превышающего размер недоимки по налогам и сборам, не определяет точных критериев исчерпанности всех предусмотренных законом возможностей по обращению взыскания на имущество налогоплательщика в целях погашения недоимки.

Кроме того, заявитель просил признать не соответствующими Конституции п. 3 ч. 1 ст. 24 «Основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела» и ч. 2 ст. 27 «Основания прекращения уголовного преследования» УПК РФ в той мере, в которой они позволяют суду кассационной инстанции прекращать уголовное дело по нереабилитирующему основанию (за истечением сроков давности уголовного преследования) при отсутствии на то согласия осужденного, притом что в суде первой инстанции вопрос о прекращении дела по такому основанию не ставился и не разрешался.

Конституционный Суд указал, что ст. 199.2 УК подлежит применению во взаимосвязи с положениями Общей части Кодекса, в том числе определяющими принцип и формы вины, основание уголовной ответственности (ст. 5, 8, 24 и 25). Соответственно, она признает составообразующим применительно к предусмотренному ею преступлению только такое деяние, которое совершается с умыслом, направленным на избежание взыскания недоимки по налогам, сборам, страховым взносам. Со ссылкой на ряд своих определений КС отметил, что это предполагает необходимость доказать не только наличие у организации или индивидуального предпринимателя денег или имущества, за счет которых должна быть взыскана недоимка, но и то, что эти средства были намеренно сокрыты с целью уклонения от взыскания.

Читайте также
ВС разъяснил составы налоговых преступлений и сроки давности по ним
Пленум Верховного Суда принял постановление о практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления
26 Ноября 2019 Новости

Конституционный Суд заметил, что не придается иной смысл оспариваемой норме и в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 г. № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления». Как указано в п. 21 постановления, при рассмотрении дел о преступлениях, предусмотренных ст. 199.2 УК, судам надлежит устанавливать не только наличие у организации или индивидуального предпринимателя денежных средств или имущества, за счет которых должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, сборам, страховым взносам, но и обстоятельства, свидетельствующие о том, что указанные денежные средства и имущество были намеренно сокрыты с целью уклонения от взыскания недоимки; при этом уголовная ответственность по данной статье может наступить после истечения срока, установленного в полученном требовании об уплате налога, сбора, страхового взноса (ст. 69 НК РФ). Таким образом, ст. 199.2 УК не может расцениваться как нарушающая права заявителя.

Кроме того, отметил КС, лицо освобождается от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности, исчисляемых со дня совершения преступления и до момента вступления приговора в законную силу (ч. 1 и 2 ст. 78 УК). Корреспондируют этим положениям уголовного закона и нормы УПК, предусматривающие истечение сроков давности в качестве основания для прекращения уголовного дела и уголовного преследования (п. 3 ч. 1 ст. 24).

Конституционный Суд отметил, что поскольку в решении о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию, в том числе в связи с истечением сроков давности, которое в силу ч. 4 ст. 7 УПК должно быть законным, обоснованным и мотивированным, констатируется как событие преступления, так и совершение его конкретным лицом (определения от 23 июня 2015 г. № 1531-О, от 19 июля 2016 г. № 1613-О и от 30 января 2020 г. № 222-О), то в таком случае прекращение уголовного дела или уголовного преследования допускается лишь при согласии лица, в отношении которого оно принимается. Если же подозреваемый или обвиняемый возражает, прекращение уголовного преследования по данному основанию не допускается. В этом случае производство по делу продолжается в обычном порядке, проводится судебное разбирательство для решения вопроса о наличии или отсутствии события и состава преступления, совершении его обвиняемым и о его вине, по итогам которого суд выносит оправдательный или обвинительный приговор с освобождением осужденного от наказания (п. 3 ч. 1 ст. 24, п. 2 ч. 1 и ч. 2 ст. 27, ч. 8 ст. 302 УПК), чем реализуется право обвиняемого на судебную защиту.

В случае отмены судом кассационной инстанции приговора с освобождением осужденного от наказания на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК ввиду истечения срока давности до момента вступления приговора в силу нет оснований утверждать, что право на судебную защиту нарушено, поскольку судом уже разрешен вопрос о виновности данного лица, а потому и не предполагается наличие согласия осужденного на прекращение уголовного дела, заметил КС, отказывая в принятии жалобы к рассмотрению.

По мнению адвоката АБ «Забейда и партнеры» Руслана Зафесова, ст. 199.2 УК является самой сложной в применении, несмотря на очевидную простоту механизма сокрытия денежных средств или иного имущества, за счет которых должна взыскиваться недоимка. Он с сожалением отметил, что Конституционный Суд не ответил на поставленные вопросы, формально указав, что оспариваемая норма не нарушает права заявителя.

Адвокат посчитал, что заявитель справедливо указал на ряд пробелов в применении ст. 199.2 УК, – в том числе касательно сокрытия денежных средств или имущества, совершенного руководителями различных стратегических предприятий или коммунальных организаций, расположенных в регионах Сибири или Крайнего Севера, когда подобные действия совершаются фактически в условиях крайней необходимости. «Кроме того, следователи зачастую могут вменять в виде ущерба как сумму недоимки, так и стоимость сокрытых активов, при этом их размер может быть значительно больше или, напротив, меньше суммы недоимки. В свою очередь, чтобы предпринимателю получить право на прекращение уголовного дела в связи с возмещением ущерба, его предлагается возместить, а также перечислить в федеральный бюджет денежное возмещение в размере двукратной суммы причиненного ущерба, тогда как в случае обычной неуплаты налогов предпринимателю необходимо лишь уплатить недоимку и пени, а в некоторых случаях заплатить штраф. Таким образом, сокрытие денежных средств или имущества, за счет которых должно производиться взыскание недоимки, карается более жестко в финансовом отношении, чем целенаправленное создание различных хитроумных схем по неуплате налогов. Именно поэтому необходимость более четкого разъяснения “правил игры” по данному вопросу не вызывает сомнения», – резюмировал Руслан Зафесов.

Адвокат АП г. Москвы, к.ю.н. Константин Евтеев полагает, что определение трактует устоявшуюся судебную практику по налоговым преступлениям, но нюансами. Например, при рассмотрении уголовных дел по таким составам суды действительно руководствуются Постановлением Пленума ВС от 26 ноября 2019 г. № 48, в котором указано, какие обстоятельства им надлежит устанавливать. «Другой вопрос, как это происходит на практике и выполняется ли в полном объеме», – заметил он.

По мнению Константина Евтеева, дискуссионной представляется позиция Конституционного Суда относительно самостоятельного освобождения кассационным судом осужденного от наказания (в связи с истечением срока давности). «КС указал на отсутствие оснований для вывода о нарушении права на защиту в связи с тем, что вопрос о виновности осужденного уже был разрешен судом, и наличие или отсутствие согласия первого на прекращение дела никак не влияет. Полагаю, что в этой части, с учетом того что в суде первой инстанции вопрос о прекращении уголовного дела по указанным основаниям не исследовался, представляется возможным говорить о нарушении права на защиту», – посчитал он.

Адвокат АП Новосибирской области Виктор Прохоров полагает, что содержание и смысл ст. 199.2 УК, а также порядок ее применения достаточно полно раскрыты как в Постановлении Пленума ВС от 26 ноября 2019 г. № 48 (п. 21 и 22), так и в п. 4 Обзора практики применения судами положений главы 8 Уголовного кодекса Российской Федерации об обстоятельствах, исключающих преступность деяния, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 22 мая 2019 г. «При этом в Обзоре был приведен весьма важный, на мой взгляд, пример, касающийся совершения преступления, предусмотренного ст. 199.2 УК, в состоянии крайней необходимости, что довольно часто встречается в правоприменительной практике», – заметил адвокат.

При этом Виктор Прохоров указал, что довод заявителя о том, что виновность ответственного за исполнение налоговых обязательств лица устанавливается без учета социальной значимости предприятия и конъюнктуры рынка, действительно заслуживает внимания, и в этой части определение могло бы раскрыть конституционно-правовой смысл ст. 199.2 УК именно касательно соблюдения баланса интересов государства и бизнеса. Так, на практике незамедлительное первоочередное исполнение бюджетных обязательств зачастую ведет к банкротству, притом что в случае отсрочки их исполнения бизнес и производство (а значит, и рабочие места) можно сохранить, полагает адвокат.

Он также обратил внимание, что Конституционный Суд в некоторой степени отступил от своих позиций относительно возможности прекращения уголовного дела в связи с истечением срока давности, изложенных в определениях от 29 января 2019 г. № 84-О и от 18 июля 2019 г. № 1851-О. «Указание на то, что в случае вступления в силу приговора наличие согласия осужденного на прекращение уголовного дела не предполагается, порождает исключение из общего принципа. В настоящее время сложно предположить, как может обернуться для правоприменения такая позиция КС», – заключил Виктор Прохоров.

Рассказать:
Яндекс.Метрика