14 июля Восьмой арбитражный апелляционный суд вынес постановление по делу № А46-4475/2023, которым отменил определение первой инстанции об истребовании из банка выписки об операциях по расчетному счету адвокатской коллегии в рамках проверки заявления о фальсификации документов.
Истребование выписки по счету коллегии адвокатов
В рамках дела о банкротстве ООО «Л-Финанс» Александр Брусенцев обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с Юлии Хлудневой (проигравшей стороны) судебных расходов, понесенных при рассмотрении заявления о включении его требования в реестр требований кредиторов должника. Интересы Александра Брусенцева представлял адвокат Санкт-Петербургской коллегии адвокатов «Смоленка 33» Алексей Агеев. В рамках рассмотрения этого заявления от Юлии Хлудневой поступили возражения, содержащие заявление о фальсификации доказательств. В качестве первичной проверки заявления о фальсификации заявлено об истребовании из банка расширенной выписки об операциях по расчетному счету коллегии адвокатов «Смоленка 33».
Определением АС Омской области от 1 апреля 2025 г. рассмотрение самого заявления было отложено. Этим же судебным актом из банка истребована выписка об операциях по расчетному счету указанной адвокатской коллегии за период с 20 мая по 30 ноября 2024 г. Также коллегии адвокатов было предложено представить сведения об оказании юридических услуг Александру Брусенцеву в рамках иных соглашений о юридической помощи и их размер, а также указать сумму понесенных расходов в части оказания услуг по обособленному спору о включении Александра Брусенцева в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о банкротстве.
Заключение Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов АП СПб
Председатель Санкт-Петербургской коллегии адвокатов «Смоленка 33» Илья Кавинский и адвокат Алексей Агеев направили обращения в Комиссию по защите профессиональных прав адвокатов АП Санкт-Петербурга о предполагаемом нарушении профессиональных прав адвокатов.
10 апреля комиссия подготовила заключение, в котором указала, что запрашиваемые АС Омской области составляют адвокатскую тайну, а коллегия адвокатов как субъект, обязанный хранить адвокатскую тайну, не может в силу прямого указания закона сообщить сведения, запрашиваемые судом. Правила сохранения профессиональной тайны распространяются, в частности, на условия соглашения об оказании юридической помощи, включая денежные расчеты между адвокатом и доверителем, сообщено в заключении.
Комиссия подчеркнула, что в отношении сведений, которые будут содержаться в расширенной выписке по операциям по расчетному счету коллегии, а также сведений о содержании иных соглашений об оказании юридической помощи между Алексеем Агеевым и его доверителем отсутствуют хоть какие-либо основания считать, что они имеют уголовно противоправный характер, что также делает недопустимым вторжение в режим адвокатской тайны в их отношении. Адвокатская тайна подлежит обеспечению не только в связи с производством по уголовному делу, но и в связи с реализацией своих полномочий адвокатом, участвующим в качестве представителя в конституционном, гражданском и административном производстве, подчеркнули в комиссии.
В заключении указывалось, что практика истребования судами сведений об операциях по расчетным счетам адвокатских образований создает предпосылки для произвольного нарушения режима адвокатской тайны, может повлечь необоснованное раскрытие конфиденциальных сведений в отношении адвокатов и их доверителей, не участвующих в рассмотрении конкретного дела, по которому сделан запрос, тем самым посягает на основные принципы организации деятельности адвокатуры – законности и независимости. В связи с этим комиссия пришла к выводу о том, что судебный акт затрагивает интересы адвокатского сообщества.
Таким образом, Комиссия по защите профессиональных прав адвокатов АП СПб установила факт нарушения профессиональных прав адвоката Алексея Агеева истребованием арбитражным судом вышеуказанной выписки; признала истребование арбитражным судом данной выписки посягательством на адвокатскую тайну, затрагивающим интересы адвокатского сообщества в форме создания угрозы основным принципам организации деятельности адвокатуры – независимости и законности. Также комиссия рекомендовала Илье Кавинскому обратиться в банк с письмом о необходимости соблюдения адвокатской тайны с указанием на гражданско-правовую ответственность за ее нарушение. Также она рекомендовала Совету АП Санкт-Петербурга направить письмо в адрес председателя Арбитражного суда Омской области с предложением обратить внимание судей на недопустимость нарушения требований закона об охране адвокатской тайны при осуществлении судопроизводства и направить информацию об угрозе нарушения интересов адвокатского сообщества в Федеральную палату адвокатов РФ.
Доводы апелляционной жалобы
Санкт-Петербургская коллегия адвокатов «Смоленка 33» и Илья Кавинский обратились с апелляционными жалобами (есть у «АГ») в Восьмой арбитражный апелляционный суд, в которых просили отменить определение АС Омской области от 1 апреля 2025 г. В обоснование доводов апелляционной жалобы коллегия адвокатов указала на то, что истребование арбитражным судом выписки по банковскому счету коллегии адвокатов будет означать раскрытие третьим лицам сведений об именах и наименованиях всех доверителей адвокатов, т.е. приведет к нарушению адвокатской тайны.
Истребованные судом сведения, по мнению подателя жалобы, не имеют отношения к рассматриваемому арбитражным судом спору. Коллегия адвокатов подчеркнула, что она не является участником по обособленному спору, однако это не означает, что в такой ситуации арбитражный суд, используя институт истребования доказательств, может истребовать любую не имеющую отношения к рассматриваемому делу информацию, которая представляет собой охраняемую законом тайну.
В обоснование доводов апелляционной жалобы Илья Кавинский отметил, что представление истребуемых сведений приведет к грубому нарушению режима адвокатской тайны. Адвокат подчеркнул, что в соответствии с п. 3 ст. 18 Закона об адвокатуре истребование от адвокатов, а также от работников адвокатских образований, адвокатских палат или Федеральной палаты адвокатов РФ сведений, связанных с оказанием юридической помощи по конкретным делам, не допускается.
Илья Кавинский обратил внимание: КС РФ в п. 2.1 Постановления от 17 декабря 2015 г. № 33-П указал, что обязанность хранить адвокатскую тайну в равной степени лежит и на адвокатских образованиях, включая коллегии адвокатов. Согласно данному постановлению обеспечение конфиденциальности сведений, сообщаемых адвокату его доверителем, является не привилегией адвоката, а гарантией защиты законных интересов его доверителя, подлежащих защите в силу Конституции РФ.
Адвокат пояснил, что в силу п. 3.1 Постановления № 33-П, даже в случаях, когда допускается нарушение режима адвокатской тайны путем проведения конкретных следственных действий, необходима конкретизация отыскиваемых объектов с большой степенью определенности, с тем чтобы исключить как иные материалы адвокатского производства (включая документы, созданные адвокатом), связанные с делом, по которому адвокат оказывает доверителю профессиональную помощь, так и материалы производств по другим делам.
Илья Кавинский указал, что в КА «Смоленка 33» помимо адвоката Алексея Агеева состоят также и иные адвокаты. Коллегия также выступает представителем всех адвокатов – членов коллегии по расчетам с их доверителями. Поэтому в выписке по банковскому счету коллегии будут содержаться сведения, составляющие адвокатскую тайну, относящиеся к иным лицам, что приведет к нарушению профессиональных прав адвокатов – членов коллегии.
Как отмечалось в апелляционной жалобе, Александр Брусенцев неоднократно обращался за оказанием юридической помощи к Алексею Агееву, в том числе и по делам, не имеющим никакого отношения к настоящему производству. Истребование сведений об условии таких соглашений, их размере, составляющих адвокатскую тайну, не имеет никакого значения для данного обособленного спора, основания для нарушения режима адвокатской тайны в отношении этих сведений отсутствуют, что делает недопустимым их истребование судом.
Апелляция согласилась с коллегией адвокатов
Изучив жалобы, Восьмой арбитражный апелляционный суд прекратил производство по апелляционной жалобе Ильи Кавинского, поскольку он не является участником настоящего обособленного спора, а обжалуемый судебный акт не содержит выводов и решений в отношении прав и обязанностей непосредственно данного адвоката. Касательно апелляционной жалобы коллегии адвокатов суд отметил, что коллегия не является участником по обособленному спору, однако в силу специфики обстоятельств настоящего дела она объективно будет лишена возможности заявлять возражения против истребования судом доказательств при обжаловании судебного акта, а потому с учетом обстоятельств конкретного спора ее жалоба подлежит рассмотрению.
Апелляционный суд отметил: обращаясь с ходатайством об истребовании выписки банковского счета коллегии адвокатов, Юлия Хлуднева указала, что истребуемые сведения позволят установить направленность расходования полученных от Александра Брусенцева денежных средств, соотношение сумм вознаграждения его представителя с его вознаграждением по иным делам и, соответственно, разумность суммы заявленных издержек, а также наличие оплаты по иным делам, рассматриваемым или рассмотренным судами с участием Александра Брусенцева, что могло бы свидетельствовать о прикрытии выплаты вознаграждения по спору об оплате услуг его представителя по иным делам.
Как пояснил апелляционный суд, приступив к рассмотрению заявления о фальсификации доказательств, суд первой инстанции посчитал возможным удовлетворить заявление об истребовании выписки, мотивировав это тем, что истребование выписки по расчетным счетам исполнителя (получателя средств) по договорам об оказании юридических услуг в данном случае является обоснованным и отвечающим критерию относимости и допустимости доказательств.
Между тем суд апелляционной инстанции напомнил о необходимости соблюдения баланса интересов эффективности правосудия и соблюдения режима сохранения адвокатской или иной предусмотренной законом тайны. Суд указал, что сохранение адвокатом профессиональной тайны обеспечивает иммунитет доверителя. В то же время соблюдение иммунитета доверителя является важнейшей гарантией реализации конституционного права на квалифицированную юридическую помощь.
В постановлении поясняется: из положений Закона об адвокатуре следует, что адвокат обязан принимать меры, направленные на защиту доверителя от ситуаций, когда несанкционированный доступ к тайне становится возможным по неосторожности адвоката или полученная третьими лицами информация незаконно используется для формирования доказательственной базы обвинения или исковых требований. В соответствии с п. 3–4 ст. 5 Кодекса профессиональной этики адвоката адвокат не может быть освобожден от обязанности хранить профессиональную тайну никем, кроме доверителя. Согласие доверителя на прекращение действия адвокатской тайны должно быть выражено в письменной форме в присутствии адвоката в условиях, исключающих воздействие на доверителя со стороны адвоката и третьих лиц.
Апелляционный суд указал, что главным доводом подателя жалобы является нарушение права на сохранение в тайне сведений, связанных с оказанием адвокатом юридической помощи. Выписка по операциям по расчетному счету за период с 20 мая по 30 ноября 2024 г. содержит сведения о поступлениях денежных средств от неопределенного круга доверителей адвокатской коллегии, их размерах, датах платежей, а также назначении платежей. Однако эти сведения, будучи связанными с оплатой, являются информацией, полученной адвокатской коллегией в связи с оказанием юридической помощи доверителям, следовательно, подпадают под режим адвокатской тайны. «Отсутствие конкретизации таких сведений приведет к нарушению прав неопределенного круга лиц, раскроет иные платежи между другими адвокатами и доверителями, не относящиеся к рассматриваемому делу. Следует согласиться с доводами заявителя в том, что информация о движении денежных средств по счету коллегии адвокатов может составлять адвокатскую тайну», – указано в постановлении.
Таким образом, Восьмой ААС отменил определение первой инстанции, отказав в удовлетворении ходатайства Юлии Хлудневой об истребовании из банка выписки об операциях по расчетному счету адвокатской коллегии.
Подтверждена гарантия неприкосновенности адвокатской тайны
В комментарии «АГ» Илья Кавинский поделился: суд первой инстанции при вынесении своего определения проигнорировал доводы о том, что истребование выписки из банка приведет к нарушению адвокатской тайны доверителей адвокатов, являющихся членами коллегии. Адвокат с сожалением отметил, что суд первой инстанции подошел к этому вопросу формально, восприняв его как очередное ходатайство об истребовании доказательств, не вникая в то, к каким последствиям подобное процессуальное действие может привести.
«В рамках последующего рассмотрения мы смогли сформировать судебную практику по сложному и ранее не урегулированному вопросу. Суд апелляционной инстанции корректно истолковал нормы АПК РФ в непростой процессуальной ситуации и признал за адвокатским образованием право на обжалование судебного акта в случае, прямо не урегулированном процессуальным законодательством. Отрадно, что суд не пошел по формально-буквалистскому пути, который мог бы привести к необоснованному ограничению права коллегии на судебную защиту», – рассказал Илья Кавинский.
По его мнению, фактически по данному делу апелляционный суд сформировал эффективный инструмент защиты адвокатской тайны, применимый и в других аналогичных ситуациях. В частности, из содержания судебного акта следует, что правом на обжалование обладает именно адвокатское образование как юридическое лицо, а не отдельные адвокаты – его члены. Как полагает Илья Кавинский, это обусловлено стремлением избежать необоснованного расширения круга лиц, наделенных соответствующими процессуальными правами.
«Суд обоснованно применил не только положения АПК РФ и Закона об адвокатуре, но и учел корпоративные акты Федеральной палаты адвокатов. Это, в частности, послужило основанием для отказа в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств. Мы рассчитываем, что сформированная судебная практика станет ориентиром и поддержкой для коллег при защите профессиональных прав в арбитражном процессе», – заключил адвокат.
Председатель Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов АП СПб Сергей Краузе в комментарии «АГ» подчеркнул, что постановление суда апелляционной инстанции подтвердило гарантию неприкосновенности адвокатской тайны. «Создан важный прецедент, который не позволит в дальнейшем судам произвольно истребовать сведения о расчетах между адвокатами и доверителями. Также полагаю, что доверители адвокатов получили возможность потребовать компенсацию морального вреда за незаконное разглашение сведений, составляющих адвокатскую тайну. Надеюсь, что судью ждет суровое дисциплинарное наказание за принятие незаконного судебного акта», – прокомментировала он.
Член АП Московской области Артур Шаповалов считает, что в данном случае суд первой инстанции допустил грубейшее нарушение, которое апелляция, к счастью, исправила. Адвокат подчеркнул, что истребование из банка расширенной выписки об операциях по расчетному счету коллегии адвокатов означало бы разглашение имен и названий доверителей, не являющихся сторонами спора, факта их обращения к адвокатам коллегии, сведений о денежных расчетах и т.д., – все эти сведения отнесены к адвокатской тайне. «Удивительно, что суд с такой легкостью удовлетворил ходатайство стороны, ведь доводы заявления о фальсификации могли быть проверены другими способами, не нарушающими правовой режим адвокатской тайны. Надо сказать, что попытки недобросовестных участников процесса в обход закона получить сведения, составляющие адвокатскую тайну, встречаются довольно регулярно. В этой связи мы должны помнить, что защита профессиональных прав адвокатов является обязанностью каждого адвоката и адвокатских образований, и всякий раз обжаловать судебные акты и действия, влекущие угрозу разглашения профессиональной тайны», – поделился мнением эксперт.
Председатель МКА «Люди Дела» Борис Федосимов отметил, что постановление Восьмого ААС поднимает крайне актуальную и сложную проблему баланса между необходимостью получения доказательств для установления истины по делу и соблюдением адвокатской тайны. «Актуальность этой проблемы не вызывает сомнений, поскольку адвокатская тайна является одним из ключевых гарантий права на получение квалифицированной юридической помощи. Нарушение адвокатской тайны может привести к раскрытию конфиденциальной информации о доверителях, что недопустимо», – указал адвокат.
Он заметил: в части прекращения производства по апелляционной жалобе адвоката Ильи Кавинского обращает на себя внимание то, что хотя суд и пришел к выводу о том, что определение не затрагивает его права и обязанности непосредственно, сам факт истребования информации, касающейся деятельности коллегии адвокатов, председателем которой он является, может косвенно влиять на его профессиональную деятельность и репутацию. «Тем не менее решение суда о прекращении производства в данном случае основано на формальном подходе к определению круга лиц, имеющих право на обжалование, и может быть истолковано как ограничение права на защиту адвокатской тайны», – полагает Борис Федосимов.
Адвокат подчеркнул, что в рамках заявления о фальсификации доказательств и для проверки разумности заявленных судебных расходов суд первой инстанции имел право истребовать доказательства, которые могли бы пролить свет на эти обстоятельства. «Проблема заключается в том, что при истребовании таких доказательств необходимо соблюдать баланс и не нарушать гарантированные законом права и тайны. Апелляционная инстанция справедливо указала на то, что сведения о платежах между адвокатом и доверителем относятся к предмету адвокатской тайны и их раскрытие может нанести вред неопределенному кругу лиц. Таким образом, суд апелляционной инстанции верно оценил, что в данном случае нарушение адвокатской тайны перевешивает необходимость истребования данной выписки для целей проверки разумности расходов», – считает Борис Федосимов.
