20 февраля Верховный Суд вынес Определение № 305-ЭС24-10389 по делу № А41-27292/2019, в котором указал, что поскольку имело место частичное исполнение со стороны залогодателя, то его требование в реестре требований кредиторов должника должно учитываться как единое консолидированное с требованием первоначального кредитора в неисполненной части с последующим удовлетворением, исходя из внутренней очередности.
Суды заменили кредитора на исполнившего поручителя в деле о банкротстве сопоручителя
25 октября 2017 г. ПАО «Банк Возрождение» и общества «Остров-Комплект» и «Остров СКВ» заключили два кредитных договора на открытие кредитных линий с лимитами задолженности на 110 млн руб. и 120 млн руб. соответственно. Исполнение обязательств по договорам были обеспечены поручительствами и залогом, предоставленными в том числе ООО «ПТК Перловский», ООО «Верлест» и Евгением Уразовым.
В рамках дела о банкротстве общества «Верлест» требования банка в общем размере более 294 млн руб. были включены в реестр требований кредиторов должника. 17 ноября 2020 г. банк был заменен на ООО «Ирида Инвестментс».
В деле № А41-49421/2019 о банкротстве общества «ПТК Перловский» в реестр были включены требования банка в размере более 221,7 млн руб. основного долга, более 3,9 млн руб. процентов за пользование кредитом, более 48 тыс. руб. комиссии и более 21,6 млн руб. неустойки. Из них требование в размере более 226,8 млн руб. было установлено как обеспеченное залогом имущества общества «ПТК Перловский» на основании договоров ипотеки нежилого здания и права аренды земельного участка. Определением от 13 ноября 2020 г. банк был заменен на общество «Ирида Инвестментс».
В ходе своей процедуры конкурсного производства общество «ПТК Перловский» (исполнивший поручитель/залогодатель) погасило за счет реализации предмета залога требования общества «Ирида Инвестментс» в размере более 162,3 млн руб., после чего в деле о банкротстве ООО «Верлест» (сопоручителя) обратилось с заявлением о процессуальной замене кредитора «Ирида Инвестментс» на себя. Руководствуясь ст. 365, 384 и 387 ГК, ст. 48 АПК, суд пришел к выводу о переходе к обществу «ПТК Перловский» прав кредитора в обязательстве в исполненной части, в связи с чем заменил кредитора в реестре должника на всю сумму исполненного.
Ссылаясь на ст. 325 ГК, п. 15 Постановления Пленума ВС от 24 декабря 2020 г. № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве», апелляция изменила определение первой инстанции. Она исходила из того, что исполнивший сопоручитель вправе предъявить регрессные требования к каждому из лиц, выдавших обеспечение, в сумме, соответствующей их доле в обеспечении обязательства, за вычетом доли, падающей на него самого. Определяя размер приходящейся на общество «ПТК Перловский» доли, апелляция учла, что требования о взыскании неустойки обществом «ПТК Перловский» за счет своего имущества не погашены. Таким образом, общий размер долга составляет около 225,7 млн руб. (более 221,7 млн руб. основного долга, более 3,9 млн руб. процентов за пользование кредитом, более 48 тыс. руб. комиссии). При наличии пяти поручителей (залогодателей) доля одного из них составила более 45 млн руб. (1/5 от около 225,7 млн руб.). Указанную долю суд вычел из исполненного поручителем и на остаток заменил кредитора на сумму более 117,2 млн руб., отказав в удовлетворении заявления в остальной части. С выводом апелляционного суда согласился суд округа.
ВС вернул дело в первую инстанцию
Тогда Евгений Уразов обратился в Верховный Суд с кассационной жалобой. Общество «ПТК Перловский» ходатайствовало о прекращении производства по жалобе Евгений Уразова, поскольку последний находится в процедуре банкротства и от его имени может действовать исключительно финансовый управляющий. Судебная коллегия по экономическим спорам ВС отказала в удовлетворении ходатайства, указав, что возможность гражданина, находящегося в процедуре банкротства (в отношении Евгения Уразова открыта процедура реализации имущества решением от 2 марта 2021 г. по делу № А41-8284/2020), лично участвовать в судах при рассмотрении дел, касающихся его имущественных прав, а также обжаловать соответствующие судебные акты, предусмотрена абз. 5 п. 6 ст. 213.25 Закона о банкротстве, п. 38 Постановления Пленума ВС от 13 октября 2015 г. № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» и вытекает из Постановления КС от 14 июля 2021 г. № 36-П/2021.
Верховный Суд отметил, что в данном случае Евгений Уразов сослался на пассивную позицию финансового управляющего, а также на то, что обжалуемыми судебными актами затрагиваются его имущественные интересы как сопоручителя по спорным кредитным договорам. Поскольку выводы судов по настоящему обособленному спору могут быть противопоставлены заявителю в будущем, следует признать за ним наличие права на обжалование данных судебных актов.
Изучив материалы дела, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС пояснила, что по общему правилу поручительство, данное несколькими лицами, является раздельным. Если основное обязательство исполнено одним из лиц, поручившихся за него отдельно друг от друга, то к нему в порядке суброгации переходят права кредитора, в том числе основанные на других поручительствах. Согласно п. 3 ст. 363 ГК совместное поручительство характеризуется установлением воли поручителей или сопоручителей распределить в отношениях между собой последствия неисполнения основного обязательства должником. Пока не доказано иное, о совместном поручительстве свидетельствуют, в частности, указание в договоре или договорах поручительства на его совместный характер, содержащиеся в договорах поручительства условия о распределении ответственности по обязательству должника между поручителями, а также заключение договоров поручительства с аффилированными лицами.
ВС добавил, что в ситуации, когда одно лицо получает кредитные средства, а другие аффилированные с ним лица, объединенные с заемщиком общими экономическими интересами, предоставляют обеспечение, зная об обеспечительных обязательствах внутри объединяющей их группы, предполагается, что соответствующее обеспечение направлено на пропорциональное распределение риска дефолта заемщика между всеми членами такой группы вне зависимости от того, как оформлено обеспечение, что позволяет квалифицировать подобное обеспечение как совместное (п. 11 Обзора судебной практики по спорам об установлении требований залогодержателей при банкротстве залогодателей, утвержденного Президиумом ВС 21 декабря 2022 г.).
Как отметил Верховный Суд, поручительства и залог в обеспечение исполнения обязательств обществ «Остров-Комплект» и «Остров СКВ» являются совместными, поскольку выданы по обязательствам обществ, входящих с поручителями или залогодателем в одну корпоративную группу. Перед кредитором по основному обязательству, то есть во внешних отношениях солидаритета, все лица, выдавшие обеспечение, являются солидарными должниками. Однако в случае исполнения одним из сопоручителей обязательств перед кредитором его внутренние отношения солидаритета с другими выдавшими обеспечение членами группы правилами о суброгации не регулируются.
По смыслу п. 2 ст. 325 ГК, разъяснил ВС, сопоручитель, исполнивший обязательство в размере, превышающем его долю, имеет право регрессного требования к остальным должникам только в приходящейся на каждого из остальных должников части (п. 53 Постановления Пленума ВС от 22 ноября 2016 г. № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»). Равным образом, согласно п. 15 Постановления № 45, если иное не вытекает из отношений сопоручителей, сопоручитель, исполнивший обязательство, имеет право регрессного требования к остальным сопоручителям в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого. Исполнивший сопоручитель вправе обратиться за включением своего регрессного требования в реестр требований кредиторов сопоручителя, признанного банкротом, поскольку данное требование в соответствующих частях не прекращается до момента уплаты другими сопоручителями выпавшей на них доли сопоручителя, признанного банкротом.
Применительно к настоящему спору, указал Верховный Суд, это означает, что исполнивший сопоручитель вправе предъявить в порядке регресса каждому из других сопоручителей только 1/5 доли от суммы долга при условии, что сам уплатил больше приходящейся на него доли. Однако суды истолковали соответствующее разъяснение как позволяющее исполнившему сопоручителю предъявить другим сопоручителям 4/5 доли, что основано на ошибочном применении норм гражданского законодательства. При этом, исчисляя конкретный размер доли, необходимо учитывать, что в силу самостоятельности обеспечительных обязательств размер долга, устанавливаемый в реестре каждого поручителя, может различаться в зависимости от даты введения первой процедуры по делу о банкротстве и периодов применения соответствующих мораториев на начисление процентов по обязательству и финансовых санкций (п. 5 Постановление Пленума ВС от 29 июня 2023 г. № 26 «Об особенностях применения судами в делах о несостоятельности (банкротстве) норм о поручительстве»).
Помимо этого, добавил ВС, из существа обеспечительных обязательств, направленных на максимальное удовлетворение требований кредитора за счет имущества всех поручителей и залогодателей, и принципа добросовестного осуществления гражданских прав следует, что должник в обеспечительном обязательстве, частично исполнивший обязательство перед кредитором, не имеет права на удовлетворение своего требования к другому солидарному должнику до полного удовлетворения последним требований кредитора по основному обязательству. Поскольку в рассматриваемом случае имело место частичное исполнение со стороны залогодателя, его требование в реестре должно учитываться как единое консолидированное с требованием первоначального кредитора в неисполненной части с последующим удовлетворением, исходя из внутренней очередности (п. 9 Постановления № 26).
В данном случае, пояснил Верховный Суд, суд применительно к положениям ст. 133 и 168 АПК должен был самостоятельно квалифицировать заявление общества «ПТК Перловский» как регрессное требование к должнику-сопоручителю, проверить соблюдение срока его предъявления, который в данном случае начинает течь с момента исполнения обществом «ПТК Перловский» обязательства перед кредитором, и определить очередность удовлетворения. Завершение конкурсного производства в отношении должника не является препятствием для рассмотрения настоящего заявления, поскольку определение размера доли общества «ПТК Перловский» к одному из солидарных должников, очередности удовлетворения его требования и уменьшение требования общества «Ирида Инвестментс» в реестре имеют значение как для разрешения аналогичных требований к другим сопоручителям, так и в случаях рассмотрения спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и открытия процедуры распределения вновь обнаруженного имущества.
Таким образом, Верховный Суд отменил обжалуемые судебные акты, направив обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.
Эксперты о выводах Верховного Суда
В комментарии «АГ» управляющий партнер юридической компании ЮКО Юлия Иванова обратила внимание на несколько моментов. Во-первых, она указала на выводы о необходимости разграничения совместного и раздельного поручительств и залогов с целью правильного определения правовой природы и объема требований частично исполнившего обязательство поручителя к основному должнику. Она пояснила, что при раздельном предоставлении обеспечений в виде поручительства или залога к частично исполнившему обеспеченное обязательство поручителю или залогодателю (акцессорному должнику) переходит право требования первоначального кредитора в силу закона (в порядке суброгации), то есть имеет место частичная замена лица в обязательстве. Иная правовая природа у требований акцессорного должника к основному должнику, возникших из предоставления совместного обеспечения. «Само по себе совместное обеспечение основано на особых отношениях основного должника и предоставивших обеспечение акцессорных должников, как правило, обусловленных связями юридической или экономической аффилированности, лично-доверительными связями и т.д., что в свою очередь предполагает соглашение о пропорциональном распределении риска неисполнения обеспеченных обязательств. Будучи солидарными должниками применительно к кредитору, акцессорные должники применительно друг к другу таковыми не являются в полном понимании», – пояснила эксперт.
Юлия Иванова указала, что в случае исполнения обеспеченного обязательства одним из акцессорных должников возможность получить удовлетворение от других акцессорных должников может быть реализована при соблюдении следующих условий:
- соблюдение правила пропорциональности распределения риска неисполнения. У исполнившего обязательство акцессорного должника возникает регрессное требование к другим акцессорным должникам только в том случае, если размер исполненного им превышает приходящуюся на него долю (пропорцию) в общем риске. Размер требований такого акцессорного должника определяется в пропорции той доли риска, которая на него приходилась;
- требование к другим акцессорным должникам является регрессным по своей правовой природе, вследствие чего может быть реализовано только путем предъявления самостоятельного требования к основному должнику и акцессорным должникам, а не в порядке процессуального правопреемства. В условиях банкротства такое требование является реестровым и срок его предъявления в соответствующей процедуре банкротства начинает течь с даты исполнения солидарного обязательства;
- частичное исполнение обеспеченного обязательства по общему правилу не дает акцессорному должнику получить равную с первоначальным кредитором очередность погашения регрессного требования за счет имущества как основного должника, так и других акцессорных должников.
Во-вторых, эксперт отметила позицию Верховного Суда касательно возможности самостоятельного участия в судебных процессах гражданина-должника, в отношении которого применяется процедура реализации имущества: «Пассивная позиция финансового управляющего и потенциальные последствия в процедуре банкротства такого гражданина позволяют последнему самостоятельно выступать в других судебных процессах».
«Комментируемое определение – достаточно сложное для восприятия и понимания описываемых механизмов, его можно назвать юридической головоломкой, но оно важно для практики», – считает руководитель арбитражной практики АБ г. Москвы «Халимон и Партнеры» Игорь Ершов. Он пояснил, что Судебная коллегия обращается к теоретическим и практическим проблемам, возникающим при установлении поручительства, данного несколькими лицами.
Эксперт отметил, что ВС обращает внимание на важность определения характера поручительства нескольких лиц, которое может быть как раздельным, так и совместным. Ссылаясь на выработанную практику ВС, Экономколлегия предлагает считать поручительство нескольких лиц, входящих в одну группу (корпоративную группу), совместным. Кроме того, ВС акцентирует внимание на том, какова природа права, требования сопоручителя в предложенной модели – суброгация ли это или же регрессное требование. Судебная коллегия указывает, что если поручительство совместное, то к внутренним отношениям солидаритета между сопоручителями, входящими в одну группу, не применяются правила о суброгации, а используется механизм регресса, то есть сопоручитель, исполнивший обязательство (в том числе, в части), но в размере, превышающем его долю, имеет регрессное требование к иным сопоручителям только в приходящейся на каждого из остальных должников части за вычетом доли, падающей на него самого, пояснил он.
По мнению Игоря Ершова, определившись с двумя указанными проблемами, Верховный Суд предлагает подумать над тем, как исчислять долю, приходящуюся на каждого из поручителей в случае, если поручители находятся в процедуре банкротства, и какова в таком случае сумма долга, по которому дано совместное поручительство и где один из поручителей исполнил частично обязательства в размере, превышающем его долю.
Также, отметил эксперт, ВС указывает на отсутствие права сопоручителя удовлетворить свое требование к другому солидарному должнику до полного удовлетворения последним требований кредитора по основному обязательству. В случае банкротства солидарного должника, к которому есть требование у исполнившего сопоручителя, последнее означает необходимость включения в РТК как требования кредитора, так и исполнившего сопоручителя, определения очередности удовлетворения.
Управляющий партнер юридической компании «Замалаев, Стороженко и партнеры», арбитражный управляющий Павел Замалаев считает определение ВС интересным, имеющим все основания стать прецедентом. «Верховный Суд констатировал наличие в рассматриваемом деле совместного поручительства, поскольку они оформлены по обязательствам обществ, входящих с поручителями (залогодателем) в одну корпоративную группу. Далее Суд сделал важный вывод о том, что лица, выдавшие поручение, являются солидарными должниками только по основному обязательству. В случае же исполнения одним из сопоручителей основного обязательства перед кредитором его внутренние отношения солидаритета с другими выдавшими обеспечение членами группы правилами о суброгации не регулируются. Сопоручитель, исполнивший обязательство, имеет право регрессного требования к остальным сопоручителям в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого. Применительно к рассмотренному спору это означает, что исполнивший сопоручитель мог предъявить к другим сопоручителям требование только в размере 1/5, а не 4/5, как посчитали суды апелляционной и кассационной инстанций. ВС обоснованно указал на эту ошибку, отменив судебные акты и отправив дело на новое рассмотрение», – заключил он.
