×

Ярославский судья вынес частное постановление в адрес генерального прокурора Юрия Чайки

Генпрокурору предложено прекратить «порочную и бессмысленную практику беспричинного препятствования прокуроров особому порядку рассмотрения уголовных дел»
Фотобанк Freepik
В комментарии «АГ» один из защитников осужденных по делу, в связи с которым вынесено частное постановление, указал, что, по мнению суда, прокуратура препятствует рассмотрению дел в особом порядке не только в данном деле, но и вообще. Второй защитник добавила, что в неофициальных разговорах прокуроры подтверждают наличие установки «сверху» на повышение процента дел, рассматриваемых в общем порядке.

7 октября судья Красноперекопского районного суда г. Ярославля Андрей Курапин вынес необычное частное постановление (имеется у «АГ») в адрес генерального прокурора Юрия Чайки, связанное с действиями государственного обвинителя прокуратуры Ярославской области Наталии Розовой в ходе рассмотрения уголовного дела в отношении Ах. и Аб., признанных виновными по ч. 3 ст. 291 УК РФ с назначением наказания в виде лишения свободы условно.

Согласно документу, ввиду необоснованных возражений гособвинителя против рассмотрения уголовного дела в особом порядке оно рассматривалось в общем порядке, что повлекло нарушение предусмотренного ст. 227, 233 УПК РФ полуторамесячного срока рассмотрения. Это отразилось на отчетности суда и существенно ухудшило показатели его работы.

Отмечается, что в случае рассмотрения дела в особом порядке, о чем ходатайствовали подсудимые и их защитники, приговор мог быть постановлен по результатам одного судебного заседания. Для рассмотрения дела в общем порядке потребовалось проведение судебных заседаний в течение шести дней; еще четыре дня понадобились для составления приговора. «То есть суд без какой-либо очевидной необходимости был вынужден выполнить бессмысленную, никому не нужную, но весьма трудоемкую работу, что при запредельной загруженности судей не может не вызывать справедливого возмущения действиями прокурора, беспричинно препятствовавшего нормальному и законному отправлению правосудия», – подчеркивается в частном постановлении.

Согласно документу, обосновывая отказ от особого порядка, прокурор по данному делу сослался на непоследовательность позиции подсудимых, так как первоначально они отрицали свою причастность к даче взяток. По мнению суда, данное утверждение опровергнуто материалами уголовного дела, поскольку фактически Ах. и Аб. на всех допросах в качестве подозреваемых и обвиняемых полностью признавали вину, а от Ах. поступила явка с повинной. «Непризнательные показания они дали лишь на первом допросе в качестве свидетелей, но эти их показания являются недопустимыми доказательствами, они не могут учитываться и иметь каких-либо правовых последствий, т.к. Ах. и Аб. не могли быть допрошены в качестве свидетелей, они были первоначально допрошены в ненадлежащем процессуальном статусе», – указал судья.

Андрей Курапин отметил, что, по имеющимся сведениям, в соответствии с указанием одного из руководителей Генпрокуратуры порочная практика препятствования прокуроров особому порядку распространилась по всей стране и «доходит до абсурда». Так, данным должностным лицом установлен процент рассмотрения судами дел в особом порядке, превышать который не допускается, а за его превышение прокуроры несут незаконную дисциплинарную ответственность. При этом процент установлен произвольно, не основан на каких-либо научных исследованиях или анализе судебной практики.

Кроме того, как указано в частном постановлении, прокуроры вынуждены любыми способами, в том числе противоречащими процессуальному закону, обеспечить соблюдение данного процента. Отмечается, что прокуроры «доходят» даже до того, что запрещают следователям указывать в протоколах ознакомления обвиняемых с материалами дела в порядке ст. 217 УПК на желание воспользоваться п. 2 ч. 5 ст. 217 Кодекса (то есть рассмотреть дело в особом порядке).

«При этом ни один из работников прокуратуры региона не может объяснить смысл и цели этой кампании, результатом которой фактически является лишь вред как для деятельности судов, вынужденных выполнять бессмысленную дополнительную трудоемкую работу, так и для деятельности прокуратуры, поскольку создаются искусственные предпосылки для вражды между работниками судов и прокуратуры и для принятия судьями ответных мер негативного для прокуратуры характера, которые могут существенно затруднить работу самой прокуратуры», – подчеркнул судья.

Он отметил, что работники прокуратуры высказывают предположения о том, что в общем порядке дела рассматриваются более качественно; появляются дополнительные гарантии, что невиновный подсудимый не понесет уголовного наказания. На это суд указал, что ни один невиновный никогда не согласится на рассмотрение дела в особом порядке, так как в таком случае подсудимый должен признать свою вину и добровольно заявить в суде о полном согласии с предъявленным обвинением. Он также отметил, что в соответствии с ч. 7 ст. 316 УПК для применения особого порядка суд обязан убедиться, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно и подтверждается доказательствами.

Напротив, указал суд, беспричинное препятствование особому порядку рассмотрения уголовных дел существенно нарушает права и законные интересы подсудимых, потерпевших и других участников, так как вынуждает их безосновательно на продолжительное время отвлекаться от обычных занятий для участия в бессмысленных судебных заседаниях, а подсудимые теряют право на предусмотренное законом снисхождение при назначении наказания за то, что не затягивают рассмотрение дел.

Таким образом, суд постановил предложить Генеральному прокурору РФ Юрию Чайке прекратить порочную и бессмысленную практику беспричинного препятствования прокуроров особому порядку рассмотрения уголовных дел, предусмотренному гл. 40 УПК. Он указал, что копии частного постановления необходимо направить Генпрокурору, а также прокурору Ярославской области Дмитрию Попову.

Адвокат Адвокатской конторы Ленинского района Ярославской областной коллегии адвокатов Оксана Озен, защищавшая одного из подсудимых, отметила, что в неофициальных разговорах прокуроры подтверждают наличие некой установки «сверху» на повышение процента дел, рассматриваемых в общем порядке. В данном деле, добавила она, в судебном заседании это было мотивировано тем, что позиция подсудимых не была последовательной и стабильной в ходе следствия. «Возражение прокурора против рассмотрения дела в особом порядке выразилось в том, что, будучи допрошенными в качестве свидетелей по данному уголовному делу, они не признавали свою вину. Возникает резонный вопрос: в чем именно они могли признать вину, если на тот момент им не предъявлялось обвинение? Однако иной мотивировки возражения прокурором приведено не было», – пояснила адвокат.

В то же время Оксана Озен с пониманием отнеслась к позиции прокурора, подчеркнув, что он не может игнорировать руководство. «Очевидно, поэтому судья решил “достучаться” до Генпрокурора», – считает она.

Адвокат полагает, что порой действительно бывает необходимо отказаться от особого порядка – например, при оспаривании квалификации, самооговоре. «Отношение к обвинению не всегда бывает незыблемым на протяжении производства по делу, оно может меняться. И для случаев, когда обвиняемый в ходе следствия неоднократно меняет показания, которые он дал именно в надлежащем статусе с участием защитника, целесообразен отказ от особого порядка. Но в рассматриваемой ситуации такой необходимости и оснований не было», – указала Оксана Озен.

Она пояснила, что рассмотрение дела изначально планировалось на один день. Так как дело касалось дачи взятки должностному лицу, то свидетелями были многочисленные сотрудники районной администрации, которых пришлось отрывать от работы для явки в суд. Также пришлось доставлять из СИЗО фигуранта, в отношении которого дело выделено в отдельное производство. «Исследование доказательств по делу заняло не один день, всем участникам процесса были доставлены неоправданные неудобства», – подчеркнула защитник.

По мнению Оксаны Озен, для устранения таких ситуаций в будущем необходимо законодательное регулирование или хотя бы разъяснение Верховного Суда РФ с перечнем случаев, когда гособвинитель вправе или обязан возражать против особого порядка рассмотрения уголовного дела. Адвокат считает, что произвольное возражение против данного порядка по каждому делу доведет работу судебной системы до абсурда и перечеркнет суть особого порядка рассмотрения уголовных дел.

Второй защитник по данному делу, адвокат АП Ярославской области Михаил Вахромеев, отметил, что, по мнению суда, прокуратура препятствует рассмотрению дел в особом порядке не только в данном деле, но и вообще. «Подсудимые желали рассмотреть дело в особом порядке, однако ввиду возражения прокурора суд не мог этого сделать», – указал он.

Адвокаты прокомментировали «конфликт интересов» судей и прокуроров

Комментируя по просьбе «АГ» частное постановление, адвокат АП Владимирской области Максим Никонов отметил, что оно примечательно как по форме, так и по существу. «Во-первых, оно написано крайне эмоциональным языком, далеким от привычного канцеляризма судебных решений. Во-вторых, в нем выражено публично то недовольство процессуальными позициями гособвинителей о выходе из особого порядка, которое до этого судьи высказывали только в кулуарах. Обычно судьи не критикуют публично следователей и прокуроров, тем более их внутриведомственные установки. В-третьих, удивляет своеобразный правовой идеализм столь опытного судьи, утверждающего, что в практике судов РФ не было осуждения невиновных в особом порядке. Такие случаи не просто были, но и зафиксированы в судебных актах проверочных инстанций (например, в постановлении Президиума Владимирского областного суда от 24 декабря 2018 г. по делу № 44у-43/2018)», – указал адвокат.

Максим Никонов выразил сомнение в том, что публично озвученный «подковерный» конфликт интересов судей, которые хотят рассмотреть дело быстрее, и прокуроров, желающих увеличить процент выхода из особого порядка, перерастет во что-то большее, чем частный случай, и существенно поднимет качество рассмотрения уголовных дел или сломает «рабочие группы», сложившиеся в судах. По мнению адвоката, к таким последствиям могла бы привести не единичная реакция отдельного судьи, а систематичное вынесение «частников» по ставшим уже типичными процессуальным «художествам» прокуроров – от безосновательного возражения против прекращения уголовных дел по ст. 75–76.2 УК до шаблонных фраз при рассмотрении вопросов о мерах пресечения или о недопустимости доказательств.

Адвокат уголовной практики ART DE LEX Алексей Ануфриенко отметил, что по смыслу ч. 4 ст. 29 УПК частное постановление – это процессуальный документ, выражающий реакцию суда на выявленные при рассмотрении уголовного дела нарушения прав и свобод граждан, а также другие нарушения закона, допущенные при производстве дознания и предварительного следствия. В случае вынесения такого постановления суд должен отразить в нем конкретные факты выявленных нарушений и мотивировать выводы по каждому из них.

«Комментируемое частное постановление сложно назвать процессуальным документом, поскольку оно переполнено эмоциями, некорректными выражениями и неуместными сравнениями, не подкреплено конкретными фактами нарушений. Более того, из него совершенно не ясно, каким образом и какой закон нарушила принципиальная позиция гособвинителя. Зато очевидно, что такая позиция “существенно ухудшила показатели работы суда”, увеличила и без того “запредельную” нагрузку судьи. Данный документ – скорее крик судейской души», – посчитал Алексей Ануфриенко.

По его мнению, причиной вынесения данного документа стало желание судьи снизить свою нагрузку, не тратя время на рассмотрение дела в общем порядке. Адвокат отметил, что с учетом того, что в последние несколько лет 70% всех уголовных дел рассматриваются в особом порядке, судьи «разучились» рассматривать уголовные дела, а многие из вновь назначенных и вовсе не успели научиться. Поэтому, заключил он, каждое дело, требующее тщательного исследования доказательств, – огромный стресс для современного судьи.

На запросы «АГ», направленные в Красноперекопский районный суд г. Ярославля и в прокуратуру Ярославской области, ответов не последовало. Между тем, согласно информации на сайте суда, 17 января на основании п.1 ч.1 ст.14 Закона о статусе судей были прекращены полномочия Андрея Курапина. Приказом Ярославского областного суда от 15 февраля судья привлечен к осуществлению правосудия сроком до одного года в связи с наличием вакантной должности судьи.

Рассказать: