×

Кодекс чести судьи пора пересмотреть

Председатель Высшего Арбитражного Суда РФ А.А. Иванов ответил на вопросы «Новой адвокатской газеты». 5 декабря в пресс-центре Информационного агентства «Росбизнесконсалтинг» прошла его интернет-пресс-конференция, посвященная основным итогам Всероссийского съезда судей и главным направлениям работы ВАС РФ.
Материал выпуска № 24 (41) 16-31 декабря 2008 года.

КОДЕКС ЧЕСТИ СУДЬИ ПОРА ПЕРЕСМОТРЕТЬ

Антон ИвановПредседатель Высшего Арбитражного Суда РФ А.А. Иванов ответил на вопросы «Новой адвокатской газеты». 5 декабря в пресс-центре Информационного агентства «Росбизнесконсалтинг» прошла его интернет-пресс-конференция, посвященная основным итогам Всероссийского съезда судей и главным направлениям работы ВАС РФ.

Подводя итоги Всероссийского съезда судей, который состоялся 2 декабря, А.А. Иванов отметил, что съезд прошел в спокойной обстановке, поскольку условия работы суда, в том числе финансирование и материально-техническое обеспечение, в последние четыре года были достаточно комфортными.

Съезд выполнил обычные функции, которые состоят прежде всего в том, чтобы обсудить основные проблемы работы судебной системы в целом и избрать органы судейского сообщества на очередной период. Особенностью его работы было острое обсуждение перспектив развития судебной системы, выявившее два подхода. Первый состоит в том, что необходимо увеличивать финансирование, приглашать новых судей, строить новые здания, то есть развиваться вширь. Второй – в том, что следует переходить к качественным изменениям внутри судебной системы, не предполагая ее существенного расширения.

Касаясь проблемы защиты судей от давления, А.А. Иванов сказал, что, по его мнению, эта проблема имеет две составляющие: внутренний подход судьи и внешняя среда, в которой он работает. Практически в любой стране, за исключением каких-то экстремальных периодов, когда судьи находятся под открытым давлением, независимость определяется прежде всего подходом судьи. Но далеко не всегда стремление к независимости является внутренним убеждением судьи, поэтому большое значение нужно придавать подбору судейских кадров и правильному их развитию. Что касается внешних условий, то в России существуют достаточно серьезные правовые основы для обеспечения независимости суда и снижения давления на него. Проблема – в правоприменительной практике и, возможно, в некоторых мерах ответственности. Например, в Уголовном кодексе есть статья, которая защищает судью от давления, но она не работает – судебная практика по этой статье отсутствует.

Отвечая на вопрос о высказанной им на Всероссийском съезде идее отменить процедуру переназначения судей, А.А. Иванов пояснил, что процедура переназначения предусмотрена только для судей, назначенных на три года. С одной стороны, процедура назначения стала настолько длительной, что в этот период не всегда успевают вовремя назначить судью. С другой стороны, необходимость переназначения через три года делает судью уязвимым, прежде всего, перед различными правоохранительными органами. Ему говорят: «Будешь неправильно рассматривать дела – мы, когда будем тебя переназначать, скажем, что ты плохой судья, и, соответственно, тебя не назначат пожизненно».

С учетом этих двух обстоятельств А.А. Иванов и предложил отказаться от этой процедуры вообще или изменить ее, то есть не назначать судью повторно указом Президента, а, например, рассматривать трехлетний срок как испытательный (если квалификационная коллегия не выявит нарушений в деятельности судьи в течение этого срока, то он продолжит заниматься своей деятельностью без переназначения). Такой подход позволил бы исправить все ошибки, которые могли быть допущены при первоначальном выборе судьи.

На съезде А.А. Иванов внес и другое предложение – пересмотреть Кодекс чести судьи РФ. Он пояснил, что в Кодексе сформулированы только основные принципы, которыми должен руководствоваться судья. Между тем, в других странах существуют подробные своды правил о том, как должен вести себя судья в той или иной ситуации. Возможны два пути: первый – оставить Кодекс без изменений и ждать, когда органы судейского сообщества, в частности квалификационные коллегии, лишат полномочий достаточное количество судей, с тем чтобы можно было создать свод правил о том, что судье можно делать, а что нельзя. Но это слишком долгий процесс, и нет гарантий, что он даст желаемый результат. Другой путь – на основе изучения опыта, который в течение столетий накапливали другие страны, создать свод правил, приемлемых для наших судов. Из зарубежного опыта можно взять конкретные примеры, в частности, нарушений правил судебной этики.
Правил судебной этики касались и вопросы «АГ»:

– Антон Александрович, ни для кого не секрет, что существует неофициальное указание судебного руководства о запрете на профессию адвоката для ближайших родственников судьи. Причем речь идет о представительстве не только в конкретном суде, но и в других судах. Существует также указание о воспрепятствовании приему адвокатов в судейское сообщество. Кроме того, Верховный Суд издал постановление, запрещающее судьям в отставке заниматься адвокатской деятельностью. Как Вы оцениваете эту ситуацию?

– Когда речь идет об участии адвоката в деле, то я бы, наверное, обрисовал свою позицию следующим образом.

Если вы зададите любому европейскому судье вопрос, этично ли, если родственник судьи, являющийся адвокатом, ведет дела у данного судьи, вам безоговорочно ответят: «Неэтично». Здесь нет никаких сомнений. Более того, в практике, например, Франции, есть даже такие случаи, когда судей подвергали наказаниям (дисциплинарным взысканиям) за подобного рода нарушения.

Сложнее ситуация, когда речь идет об адвокатском образовании. Например, представитель стороны – это адвокат, который работает в том же адвокатском образовании, в котором работает, например, сын судьи. С учетом наших особенностей, статуса наших адвокатов и, главное, нашей практики, я считаю, что, наверное, это тоже не очень этично. Особенно если взять такое адвокатское образование, как адвокатское партнерство, где все адвокаты связаны друг с другом имущественными отношениями, и поэтому, конечно, интерес конкретного адвоката состоит в том, чтобы партнерство заработало гонорар. В итоге может получиться, что вопрос беспристрастности судьи будет решен в пользу сомнений.

Но когда речь идет о другом адвокатском образовании, например, в той же региональной палате, то я не могу дать однозначный ответ, возможно ли вести дело у данного судьи. Вряд ли точка зрения, что это невозможно, будет правильной, потому что в региональной палате множество адвокатских образований, и в них могут входить люди, не связанные друг с другом никакими имущественными отношениями. Все-таки адвокатская палата – это отчасти общественно-публичное образование, поэтому вряд ли здесь могут быть замешаны какие-то имущественные интересы конкретных адвокатов, тем более если речь идет об адвокатских палатах других регионов.

Что касается работы в суде, то, на мой взгляд, когда при назначении на должность председателя или заместителя председателя суда выявляются факты, свидетельствующие о том, что его близкие родственники участвовали в делах в суде и выигрывали их, то я не уверен, что правильно назначать на должность такого председателя или заместителя председателя, тем более если его родственники непосредственно участвовали у него в делах. И я согласен с той точкой зрения, которая иногда высказывается (я уже неоднократно говорил на эту тему): надо учитывать состояние этики не только в судейском сообществе, но и в адвокатской среде. Учитывая все эти обстоятельства, я бы не проголосовал за того председателя, который назначается на новый срок и в отношении которого известно, что его сын или супруга ведут дела в его суде и выигрывают.

Другая ситуация – с конкретным судьей. Судья уже не может повлиять на решение других судей – своих коллег, а тем более на работу председателя и заместителя, и здесь бы я такого однозначного вывода не сделал.

Следующий вопрос – о том, можно ли брать адвоката в судейскую среду. Я считаю, что никаких препятствий для этого быть не должно. И, более того, я сам являюсь ярким примером этой ситуации, так как был адвокатом до назначения на должность судьи. Мы очень часто берем к себе в систему людей, которые раньше были адвокатами, и я не вижу никаких препятствий к этому. Более того, поскольку адвокатами в большинстве случаев являются высокопрофессиональные юристы, в первую очередь в судьи надо брать именно их.

Во многих странах, особенно в странах англосаксонской системы права, судьями становятся прежде всего адвокаты. Нельзя сразу брать в судьи тех, кто работал в правоохранительных или налоговых органах. Для того чтобы стать судьями, работники этих органов должны «перековаться», то есть некоторое время поработать в качестве корпоративных юристов или адвокатов, чтобы почувствовать жизнь «с другой стороны» и избежать обвинительного уклона, если речь идет об уголовных делах. Я за то, чтобы ввести такое правило.

Что касается возможности осуществления адвокатской деятельности судьями в отставке, то у меня нет однозначного мнения на этот счет, потому что можно привести ряд примеров, когда судьи в отставке ведут себя не вполне этично. Например, председатель суда, который проработал в суде лет 20, брал на работу в этот суд всех судей, после отставки становится адвокатом и ходит в этот суд вести дела. Правильно ли это? Не возникает ли здесь конфликта интересов? Мне кажется, что такой конфликт может возникнуть: условия для этого существуют. Потом, наконец, давайте говорить объективно: судья в отставке получает довольно приличное пожизненное содержание, которое намного выше, чем пенсия обыкновенного гражданина, и может заниматься, например, преподавательской или иной разрешенной деятельностью, то есть, в принципе, не умирает с голоду, поверьте. Соответственно, у меня нет безусловного убеждения, что неправильно запрещать судьям в отставке быть адвокатами. Я бы все-таки ввел определенные ограничения.