×

Тришкин кафтан

Поспешное введение изменений в ст. 90 УПК РФ принуждает к дальнейшим изменениям законодательства
Материал выпуска № 9 (74) 1-15 мая 2010 года.

ТРИШКИН КАФТАН

Поспешное введение изменений в ст. 90 УПК РФ принуждает к дальнейшим изменениям законодательства

 
 
 Рисунок: Галима АХМЕТЗЯНОВА
Нельзя не согласиться с  Сергеем Афанасьевым  в том, что статья 90 УПК РФ в ее новой редакции при определенных обстоятельствах может стать серьезным процессуальным капканом для стороны защиты, выбраться из которого не получится даже в вышестоящих судебных инстанциях (см.: С. Афанасьев «Преюдиция или процессуальный капкан» в «АГ» № 7 (072)).


Как возникает преюдиция
Напомним, что статья 90 УПК РФ в ранее действовавшей редакции предусматривала, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, признаются судом без дополнительной проверки, если эти обстоятельства не вызывают сомнений у суда. При этом такой приговор или решение не могут предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле.

В соответствии с новой редакцией ст. 90 УПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки. При этом такие приговор или решение не могут предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле.

Катализатором внесения таких изменений явилось определение Конституционного Суда РФ от 15 января 2008 г. № 193-О-П, принятого в связи с обращением гр-на Т.Р. Суринова. Последний пожаловался на то, что приговором Басманного районного суда г. Москвы он был осужден за совершение ряда преступлений, вместе с тем выводы обвинительного приговора противоречили решениям арбитражных судов, постановленным с его участием и не принятым во внимание при рассмотрении уголовного дела.

Руководствуясь формулой римских юристов: Res judicata pro veritate accipitur («Состоявшееся решение принимается за истину»), – законодатель существенным образом расширил круг обстоятельств, не подлежащих доказыванию по уголовному делу, но, как выясняется, не учел всех негативных последствий своего поспешного нововведения.

Коллега С. Афанасьев очевидную неудачность новой редакции ст. 90 УПК РФ проиллюстрировал примерами дел, возникающих при особом порядке принятия судебного решения.

Председатель Верховного Суда РФ В.М. Лебедев в своем выступлении указал, что за первое полугодие 2009 г. судами рассмотрены уголовные дела в отношении 590 тыс. лиц, при этом в отношении 289 тыс. лиц дела рассмотрены в особом порядке. Таким образом, в особом порядке рассматривается примерно половина всех уголовных дел.

В последнее время в условиях ослабления процессуального контроля и надзора за следственными органами участились случаи безосновательного выделения уголовных дел в отдельное производство.

Так, прокуроры, как правило, мирно дремлют, когда следователи и их руководители допускают выделение дел в отдельное производство по надуманным основаниям, преследуя цель увеличения числа уголовных дел, направленных в суд. При этом никого не волнует, что такие действия неизбежно отразятся на всесторонности и объективности предварительного расследования и разрешения дела.

Выделяются уголовные дела и по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 154 УПК РФ (в отношении несовершеннолетнего обвиняемого, привлеченного к уголовной ответственности вместе с совершеннолетними обвиняемыми). Однако это делается отнюдь не для защиты прав несовершеннолетнего, а для того, чтобы гарантировать признательные показания этого несовершеннолетнего в отношении других сообвиняемых и расставить для них процессуальные капканы. С момента вынесения обвинительного приговора в отношении этого несовершеннолетнего (или лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство) иные обвиняемые сразу попадают в капкан – еще до начала судебного разбирательства по своему делу.

Уголовно-преюдициальная  оценка действий обвиняемых

Проиллюстрируем действие статьи 90 УПК РФ решениями, вынесенными еще в период действия опровержимой преюдиции, когда суд мог усомниться в ранее установленных приговором обстоятельствах и подвергнуть их дополнительной проверке.

Согласно кассационному определению Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 1 июня 2006 г. (дело № 58-о06-24): «Из приговоров в отношении П., С-ной, С-ва, Б-ной, С., К., Б. и Г. усматривается, что этими приговорами установлено место, время и обстоятельства сбыта наркотических средств, их наименование и количество, установлены лица, их сбывавшие, и лица, которым наркотики сбывались, также были установлены места обнаружения наркотических средств и их количество.

Согласно данным приговорам, лица, осужденные за сбыт наркотических средств, приобрели их у неустановленных следствием лиц, что свидетельствует о том, что обстоятельства приобретения наркотических средств были установлены только в тех пределах, в каких они были известны суду на момент постановления приговоров. Предметом рассмотрения настоящего уголовного дела явилась преступная деятельность М., личность которого и его роль в преступлениях органами предварительного следствия установлена, чему предоставлены доказательства, исследованные в судебном заседании.

При таких данных следует признать, что в данном случае судом обоснованно применены правила ст. 90 УПК РФ».

В кассационном определении Верховного Суда РФ от 30 декабря 2004 г. (дело № 53-о04-64) указано: «Как установлено приговором Красноярского краевого суда от 18 ноября 2002 г., вступившим в законную силу, Д. с двумя другими лицами 1 апреля 2001 г. около 0.00 часов в г. Норильске Красноярского края совершили:

– разбойное нападение на Б.Э., Б.Б., с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, в целях завладения имуществом в крупном размере, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего;

– умышленное убийство Б.Э., совершенное группой лиц, сопряженное с разбоем;

– покушение на убийство Б.Б., совершенное в отношении двух лиц, группой лиц, сопряженное с разбоем.

В силу ст. 90 УПК РФ судом обоснованно эти обстоятельства признаны без дополнительной проверки как не вызывающие сомнений».

Применительно к требованиям ч. 1 ст. 73 УПК РФ получается, что при рассмотрении уголовного дела после возникшей преюдиции из обстоятельств, подлежащих доказыванию, исключаются: событие преступления (время, место, способ, последствия и другие обстоятельства совершения преступления), характер и размер вреда, причиненного преступлением.

Уголовно-правовая оценка действий обвиняемых с полным набором квалифицирующих признаков, как правило, представляется бесспорной.

При оценке доказательств в соответствии со ст. 88 УПК РФ новый суд обязан безапелляционно принять в качестве допустимых, достоверных, относимых, а иногда и достаточных следующие виды доказательств: протоколы осмотров мест происшествий с изъятыми вещественными доказательствами; протоколы осмотров этих вещественных доказательств; заключения судебных экспертиз и показания экспертов; результаты оперативно-розыскных мероприятий, иные документы.

Например, по одному из уголовных дел, рассмотренных 6 августа 2009 г. Георгиевским городским судом Ставропольского края в отношении А. и Б., квалификация действий обвиняемых по ч. 2 ст. 162 УК РФ была основана на преюдициальных обстоятельствах, установленных в обвинительном приговоре в отношении несовершеннолетнего, чье дело в отдельном производстве было рассмотрено ранее. Сторона защиты имела процессуальные основания ставить вопрос о переквалификации действий обвиняемых с разбоя на грабеж, критикуя при этом допустимость и достоверность заключения судебно-медицинского эксперта о степени тяжести телесных повреждений у потерпевшего. Однако правило о преюдициальности уже установленных обстоятельств, предусмотренное ст. 90 УПК РФ, превратило эти планы в правовую бессмыслицу.

«Опаснейший подводный камень для правосудия – это предубеждение» (Ж.-Ж. Руссо)

Откровенное несовершенство закона заключается в том, что указанные виды доказательств и установленные обстоятельства принимаются судом в отсутствие заинтересованных подсудимого и его защитника, которые не имеют возможности подвергнуть их критике и в дальнейшем обжаловать.

Первоначальное уголовное дело может рассматриваться при пассивной защите, не заявляющей никаких ходатайств, и оценка доказательств будет обвинительной.

Рассмотрение выделенного уголовного дела, напротив, может происходить при активной защите с заявлением обоснованных ходатайств об исключении доказательств. Но это будет лишь борьбой с ветряными мельницами, поскольку сомнительные с точки зрения допустимости доказательства уже получили характер бесспорных.

Вместе с тем хотелось бы несколько развеять пессимизм коллеги С. Афанасьева по поводу того, что подсудимые по основному делу будут осуждены на основании доказательств, добытых следствием и не проверенных в судебном заседании, но получивших качество преюдициальных в особом порядке.

К счастью, в силу требований ч. 8 ст. 316 УПК РФ: «Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, с обвинением в совершении которого согласился подсудимый, а также выводы суда о соблюдении условий постановления приговора без проведения судебного разбирательства. Анализ доказательств и их оценка судьей в приговоре не отражаются».

В этом случае силу преюдициальности могут иметь лишь установленные обстоятельства преступного деяния, а не конкретные доказательства.

В других же ситуациях, например, когда уголовное дело выделено по основаниям, предусмотренным п. 1–4 ч. 1 ст. 208 УПК РФ (обвиняемый скрылся, не был сразу установлен, тяжелое заболевание препятствовало его участию в деле) либо когда уголовное дело было выделено в отношении несовершеннолетнего по п. 2 ч. 1 ст. 154 УПК РФ либо по надуманным основаниям, суд при рассмотрении нового уголовного дела обязан принять преюдициальные доказательства без какой-либо их проверки, предусмотренной ст. 87 УПК РФ.

Права стороны защиты по таким делам будут максимально ограничены: она сможет ставить вопрос о недостоверности, недопустимости, неотносимости, а в целом недостаточности только тех доказательств, которые прямо и непосредственно уличают подсудимого. Понятно, что практически такими доказательствами могут быть лишь показания осужденных сообвиняемых, свидетелей и потерпевших.

Слабым утешением звучат слова закона о том, что вынесенные приговор или решение не могут предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле. Как выясняется, на 100 % предрешать виновность не могут, а вот на 99 % – могут вполне!

Сохраняя сдержанный оптимизм, можно обратиться в Европейский суд по правам человека для того, чтобы проверить действия суда на соответствие требованиям ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Вряд ли может считаться справедливым судебное разбирательство, когда еще до его начала в большей степени виновность обвиняемого уже предрешена.

Необходимы  изменения в УПК РФ

Если в ст. 90 УПК РФ в качестве преюдициальных указываются обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами по уголовным, гражданским, арбитражным и административным делам, то такие обстоятельства могли бы быть приняты судом при наличии нескольких обязательных условий. Во-первых, заинтересованная сторона должна участвовать в рассмотрении указанных выше дел. Во-вторых, интересы этой стороны должны быть обеспечены квалифицированной защитой. В-третьих, заинтересованная сторона должна иметь возможность обжаловать вынесенное судебное решение, а если она этого не делает, значит в определенной форме отказывается от такого обжалования и соглашается с вынесенным решением и установленными в нем обстоятельствами. В-четвертых, ранее установленные обстоятельства должны иметь прямое отношение к установлению обстоятельств, входящих в предмет доказывания по уголовному делу. В-пятых, даже при наличии четырех условий в совокупности суд должен иметь право усомниться в этих обстоятельствах и подвергнуть их дополнительной проверке.

Дело в том, что история судопроизводства в России иногда дает нам такие преюдициальные образцы, что возникают сомнения не столько в законности вынесенных судебных решений, а больше  в том, юрист ли или представитель иной профессии их выносил.

Так, в одном из судов Ставропольского края в 2000 г. было вынесено судебное решение по гражданскому делу, согласно которому сумма причиненного материального ущерба была взыскана не с ответчика, а с его представителя по доверенности. Несмотря на это, столь трагикомическое судебное решение почему-то обжаловано не было. Можно себе представить, к каким выводам пришел бы суд, обязанный использовать такое судебное решение как преюдициальное.

Хаотичные изменения, регулярно вносимые в УПК РФ, напоминают «Тришкин кафтан» И.А. Крылова, где главный герой басни, чтобы починить продранные локти своего кафтана, обрезал рукава, а для того чтобы надставить рукава, обрезал полы.

Очевидно, что, решая проблему преодоления коллизий, связанных с выводами о фактах, которые входят в предмет доказывания одновременно по уголовным и гражданским делам и устанавливаются соответственно судами общей юрисдикции и арбитражными судами, законодатель породил новые правовые проблемы, с которыми мы столкнемся уже в ближайшее время.

Нвер ГАСПАРЯН,
адвокат АП Ставропольского края

"АГ" №9, 2010