– Павел Павлович, примите наши искренние поздравления с заслуженной наградой! Когда Вы начали сотрудничать с ЦОП «Бизнес против коррупции» и уполномоченными по защите прав предпринимателей?
– 15 лет мной и партнерами Адвокатского бюро «Юрлов и Партнеры» осуществляется pro bono деятельность; или, как сейчас принято говорить, мы занимаемся интеллектуальным волонтерством на площадках института бизнес-омбудсмена.
В соответствии с распоряжением Правительства Российской Федерации от 2 августа 2010 г. № 1298-р и поручением Председателя Правительства Российской Федерации от 20 октября 2010 г. № ВП-П13-7216 при участии Общероссийской общественной организации «Деловая Россия» был создан общественно-государственный центр по организации рассмотрения обращений предпринимателей по проблемам коррупции и рейдерства – ЦОП «Бизнес против коррупции».
В 2010–2011 гг. начал формироваться Общественный совет ЦОП «Бизнес против коррупции», обязательными участниками которого становились адвокаты, pro bono эксперты. Адвокаты выступают как правовые эксперты по рассматриваемым Центром обращениям предпринимателей, чьи права были нарушены следственными органами. Как только начал формироваться Общественный совет ЦОП, к нам в Бюро и обратился Сергей Таут, который в то время был руководителем секретариата Центра, с предложением войти в пул pro bono экспертов этой организации. Так я и мои партнеры Владислав Цепков и Тимофей Ермак стали членами Общественного совета Центра. В данный совет входят не только адвокаты и юристы, но и общественные, политические деятели, включая лидеров предпринимательских объединений.
Можно сказать, что через деятельность ЦОП «Бизнес против коррупции» и начал формироваться институт бизнес-омбудсмена в нашей стране. В мае 2013 г. был принят Федеральный закон «Об уполномоченных по защите прав предпринимателей в Российской Федерации», которым на законодательном уровне создан институт уполномоченных по защите прав предпринимателей в России. В начале 2020 г. я принял предложение Уполномоченного по защите прав предпринимателей в городе Москве Татьяны Сизовой (Минеевой) стать сопредседателем ЦОП «Защита бизнеса».
В настоящее время считаю себя интеллектуальным волонтером, являюсь сопредседателем ЦОП «Защита бизнеса», членом Общественного совета ЦОП «Бизнес против коррупции» и членом Научно-консультативного совета «Центр общественных процедур “Бизнес против коррупции” в Московской области».
– В чем заключается участие адвоката в работе Центров общественных процедур?
– На своем примере могу выделить три основных направления деятельности адвоката как pro bono эксперта на площадках бизнес-омбудсмена.
Во-первых, это подготовка правовых заключений по обращениям предпринимателей на основе изучения представленных материалов. Если подходить ответственно, работа по каждому обращению занимает в среднем 15–20 часов. Конечно, время зависит от объема материалов, но в большинстве случаев трудозатраты такие.
Во-вторых, участие в заседаниях общественных советов Центров, на которых адвокат – эксперт pro bono может высказывать свое мнение по обращению предпринимателя, а также по правовому заключению, подготовленному его коллегой. Это позволяет объективно и непредвзято рассмотреть обращение, чтобы члены Общественного совета Центра могли дать ему оценку на основании правовой экспертизы.
Рад, что в этом году экспертная работа адвокатов в рамках института бизнес-омбудсмена начала оцениваться руководством нашей корпорации и лично президентом ФПА РФ – Светланой Игоревной Володиной. Считаю необходимым поддержать инициативу адвоката и руководителя Научно-консультативного совета «Центр общественных процедур “Бизнес против коррупции” в Московской области» Льва Лялина о том, что время, потраченное адвокатом на участие в заседаниях Центров, должно учитываться в программах повышения профессионального уровня адвокатов. При этом, какое количество часов засчитывать как повышение профессионального уровня адвокатов и на основании каких документов, должны решить соответствующие региональные палаты адвокатов.
В-третьих, как сопредседатель ЦОП «Защита бизнеса» я выполняю ключевую управленческую и экспертную функцию, обеспечивая стратегическую координацию деятельности Центра. В рамках своей компетенции мной осуществляется всесторонний анализ юридических экспертиз, поступающих в данный Центр по курируемым мной обращениям. Также совместно с другими сопредседателями организую проведение заседаний Общественного совета Центра, на которых открыто и публично рассматриваются обращения бизнеса.
В 2013 г. мы с коллегами из Бюро придумали конкурс антикоррупционного плаката «Ни дать, ни взять!». Нашу инициативу поддержал Уполномоченный при Президенте Российской Федерации по защите прав предпринимателей Борис Титов. Официальный старт конкурсу был дан 9 декабря 2013 г., в Международный день борьбы с коррупцией. Организаторами проекта выступили ЦОП «Бизнес против коррупции» и АБ «Юрлов и Партнеры». 16 июня 2014 г. в ходе заседания Общественного совета ЦОП «Бизнес против коррупции» состоялась церемония награждения победителей I Всероссийского конкурса антикоррупционного плаката. Председатель жюри конкурса Борис Титов вручил победителям дипломы и ценные призы. Насколько мне известно, в некоторые последующие годы этот конкурс продолжал проводиться.
– Вся эта работа ведется на основе pro bono?
– Да, вся экспертная работа в Центрах ведется на основе pro bono. Важно не путать это с бесплатной юридической помощью, так как БЮП в определенных случаях субсидируется государством, то есть лицо, оказывающее юридическую помощь, получает оплату за свой труд в размере, предусмотренном законодательством. Работа же pro bono эксперта никем не оплачивается. Поэтому, по моему мнению, важно, чтобы наших коллег, занимающихся интеллектуальным волонтерством, морально поощряли руководители адвокатских палат.
– В чем Вы видите пользу для адвоката в интеллектуальном волонтерстве?
– Могу выделить три аспекта пользы интеллектуального волонтерства для адвоката и один – для адвокатского образования.
Во-первых, творить добро. Быть причастным к реализации благого дела, к чему-то значимому и большому. Насколько такой мотив является определяющим – каждый адвокат решает для себя сам, но лично для меня возможность делать добро остается одним из главных побудительных стимулов.
Во-вторых, адвокат повышает свою экспертность. Так, подготавливая экспертное заключение, он примеряет на себя иную роль, нежели в уголовном судопроизводстве. Со стороны оценивая дело, адвокат изучает обращение предпринимателя и приложенные к нему материалы, дает объективную оценку действиям предпринимателя, устанавливает, нарушаются ли его права правоохранительной системой, и определяет, есть ли основания для защиты его интересов ЦОП и бизнес-омбудсменом.
Изучение документов предоставляет возможность анализировать действия, которые совершаются представителями правоохранительных органов и защитниками в уголовном деле, чтобы в дальнейшем использовать этот анализ в своей деятельности для исключения ошибок или применения успешного опыта. Участвуя в заседаниях Центров, адвокат оттачивает навыки публичных выступлений, быстроту реакции на услышанную информацию и аргументацию своей позиции.
В-третьих, адвокат продвигает личный бренд. Активно участвуя в деятельности центров, он показывает свою квалификацию (экспертность), становится узнаваемым в рамках деятельности института бизнес-омбудсмена и среди экспертного сообщества. Это, в свою очередь, открывает возможности для сотрудничества с кем-либо из коллег по проектам, расширения своего «клиентского портфеля», получения материала для написания статей и/или книги.
Для адвокатского образования польза участия в интеллектуальном волонтерстве состоит в обучении помощников адвокатов и стажеров. Так, подключение помощников к подготовке экспертных заключений в той или иной части способствует их профессиональному росту.
– Какие нарушения прав предпринимателей Вы наблюдаете чаще всего?
– При ответе на этот вопрос стоит обратить внимание на три наиболее распространенных основания для возбуждения уголовного дела в отношении предпринимателя.
Первая ситуация – когда органы следствия выявляют нарушения при исполнении организацией государственного или муниципального заказа. Это может быть завышение цены, поставка товара или его части, не предусмотренных договором; невыполнение каких‑либо работ или выполнение работ из материалов, не предусмотренных договором, и т.д. В большинстве таких случаев возбуждается уголовное дело по ст. 159 УК РФ.
Вторая ситуация связана с задолженностью по налогам. Зачастую даже после погашения организацией этой задолженности правоохранительные органы возбуждают уголовное дело по ст. 199 УК РФ, и проблемы предпринимателя не заканчиваются.
Третья ситуация вытекает из конфликтов с контрагентом или партнером. Бывают случаи, когда вместо того, чтобы решать спор в арбитражном суде, сторона конфликта обращается с заявлением о возбуждении уголовного дела в правоохранительные органы. Тут и начинается уголовное преследование предпринимателя. У экспертов pro bono это называется переводом гражданско-правового спора в уголовно-правовую плоскость.
Нарушение же в каждой из этих ситуаций заключается в том, что к предпринимателям применяется самая строгая мера пресечения – заключение под стражу; зачастую это делается с нарушением ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ. Данная норма прямо запрещает применять заключение под стражу в отношении подозреваемого или обвиняемого, если преступление совершено в связи с предпринимательской деятельностью. Хотя есть определенные нюансы. Следственные органы часто пытаются обойти запрет, утверждая, что деяние совершено «вне рамок» законной предпринимательской деятельности обвиняемого лица. Вместе с тем Верховный Суд Российской Федерации разъясняет, что одного лишь указания на корыстный мотив или на то, что имущество использовали для личных нужд, недостаточно: чтобы признать преступление не связанным с бизнесом, следователю необходимо приводить конкретные доказательства того, что деяние вышло за пределы коммерческой деятельности.
– Какими категориями дел в этой сфере Вы занимаетесь?
– Лично я занимаюсь оказанием правовой помощи по урегулированию бизнес-конфликтов, в том числе по защите от рейдерства и при разрешении корпоративных конфликтов. По таким проектам часто возникают вопросы не только корпоративной правовой защиты, но и уголовно-правовой направленности.
– Какие дела из практики взаимодействия с ЦОП «Бизнес против коррупции» Вы могли бы назвать наиболее значимыми (показательными)?
– Приведу несколько примеров по проектам нашего Бюро.
Между партнерами одного из торговых комплексов в Подмосковье возник конфликт. Они разошлись во взглядах на то, как должны выстраиваться отношения с третьим партнером. Наш доверитель считал, что важно добросовестно относиться друг к другу, но его партнер считал по-иному. Партнер-оппонент нашего доверителя, злоупотребив своими правами, переоформил долю в ООО, являющемся собственником имущественного комплекса, на себя. Конфликт длился почти 5 лет с арбитражными спорами и элементами уголовно-правового прессинга в отношении нашего доверителя. Мы обратились в ЦОП «Бизнес против коррупции», и наше обращение нашло общественную поддержку у экспертного сообщества. С учетом профессиональной работы адвокатов нашего Бюро, эта поддержка в какой-то мере помогла в разрешении данного конфликта. И результат – мы восстановили права нашего доверителя на долю в бизнесе, а в последующем по выгодной цене он продал ее своему оппоненту, бывшему партнеру.
В другом деле гражданско-правовой конфликт с контрагентом перерос в уголовное преследование нашего доверителя, завершившееся его заключением под стражу. В интересах доверителя Бюро обратилось в ЦОП «Бизнес против коррупции» и в ЦОП «Защита бизнеса», где наши обращения были рассмотрены и поддержаны. Члены Общественного совета пришли к выводу о наличии нарушений прав предпринимателя не только по сути спора, но и по избранной мере пресечения. После вмешательства Центров в ситуацию и публичного рассмотрения обращения мера пресечения нашему доверителю была изменена судом на домашний арест. Причем адвокаты в суде устно заявляли о результатах рассмотрения обращения. Повлияло ли это на изменение меры пресечения, точно сказать трудно, но факт остается фактом. Я убежден: если даже несколько обращений предпринимателей дают положительный эффект, значит, Центры общественных процедур функционируют не зря.
– Насколько часто удается добиться успеха в делах о защите прав предпринимателей, восстановлении их нарушенных прав?
– Отвечая на данный вопрос, приведу статистику.
За время работы ЦОП «Бизнес против коррупции» рассмотрено более 3000 обращений предпринимателей из различных регионов страны. Результаты работы Центра:
-
прекращение более 150 уголовных дел в отношении предпринимателей;
-
более чем 300 предпринимателям изменена мера пресечения в виде заключения под стражу на иную, более мягкую меру;
-
по 15 уголовным делам, в рамках которых Центр оказывал поддержку, предпринимателям вынесены оправдательные приговоры.
– Что, по Вашему мнению, в большей степени является причиной нарушений прав бизнеса – недостатки правоприменения или несовершенство законодательных норм?
– Основная причина, на мой взгляд, кроется в правоприменительной практике. Прежде всего, это дисбаланс между сторонами обвинения и защиты в уголовном процессе, который подрывает принципы состязательности и равенства.
Так, исходя из опыта адвокатов АБ «Юрлов и Партнеры», в том числе опыта подготовки заключений по обращениям предпринимателей в адрес бизнес-омбудсмена, участия в заседаниях Общественных советов ЦОПов, представляется, что часто следователи действуют в интересах стороны обвинения, а не установления истины по делу. Это, в свою очередь, влияет на «качество» приговора, но стоит учитывать, что следователи де-юре поступают в рамках предоставленных им УПК РФ так называемых дискреционных полномочий. Эксперты ЦОПов периодически сталкиваются с тем, что существует перевес полномочий в пользу стороны обвинения на стадии предварительного расследования преступлений экономических составов, несмотря на провозглашение принципов состязательности и равноправия сторон.
Адвокаты все чаще указывают, что принцип равноправия сторон и право на защиту нарушаются в рамках применения ст. 192, 195, 198 УПК РФ, что выражается в отказе следователя, основанном исключительно на его личном усмотрении, проводить определенные следственные действия (очные ставки, экспертизы) по ходатайству защитников. Это, в свою очередь, зачастую не способствует установлению истины по делу. К сожалению, в большинстве случаев суды поддерживают сторону обвинения в этих вопросах.
Думаю, что некоторые дискреционные полномочия следователя на стадии предварительного расследования создают предпосылки для злоупотреблений и коррупции, а также идут вразрез с основными принципами уголовного судопроизводства.
Кроме указанной, можно выделить следующие системные проблемы правоприменительной практики: качественного проведения судебных экспертиз; нарушения при наложении ареста на имущество; нарушения процедуры объявления в розыск; определения статуса лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, в контексте уголовно-процессуального законодательства.
– Какие изменения в законодательстве, на Ваш взгляд, способны улучшить защиту прав предпринимателей и создать условия для развития отечественного бизнеса?
– Необходимо внести изменения в УПК РФ, приведя все нормы, регламентирующие дискреционные полномочия следователя на стадии предварительного расследования, в соответствие с задачами уголовного судопроизводства и его основными принципами. Например, в ст. 192 названного Кодекса стоит предусмотреть, что не только по усмотрению следователя, но и по инициативе стороны защиты обязательно проведение очной ставки, когда в показаниях ранее допрошенных лиц есть существенные противоречия и/или лицо дает показания против подозреваемого или обвиняемого.
Полагаю, ст. 196 УПК РФ стоит дополнить положением о том, что обязательно назначение и производство экспертизы при расследовании преступлений в сфере экономики, если для установления обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК, требуются специальные познания.
Юридическому сообществу также стоит подумать, возможно ли на законодательном уровне разрешить проблему перевода гражданско-правовых отношений между предпринимателями в уголовно-правовую плоскость. Например, если спор между предпринимателями носит гражданско-правовой характер и подлежит судебному разрешению, уголовное дело возбуждаться не должно – либо может быть возбуждено только при наличии строго определенных, исчерпывающих оснований.
