15 июня 2023 г. Конституционный Суд РФ вынес Постановление № 32-П, которым признал не соответствующей Конституции РФ ч. 2 ст. 135 Трудового кодекса РФ. Данным судебным актом КС частично удовлетворил мою жалобу и постановил пересмотреть в установленном порядке два решения судов по гражданским делам, в которых ответчиком по искам о взыскании заработной платы выступал бывший работодатель – ФГБОУ ВО «Военно-медицинская академия имени С. М. Кирова».
Мой опыт участия в трудовом споре с 2019 г., а также пересмотр по новым обстоятельствам судебных решений с 2023 г. послужили основанием для анализа вопросов исполнения судебных актов Конституционного Суда, а также возможности работников защитить нарушенные трудовые права в судебном порядке.
Заявления о пересмотре по новым обстоятельствам решений по гражданским делам № 2-1339/2020 и № 2-2686/2020 в части отказа в удовлетворении требований о взыскании заработной платы я подала в Выборгский районный суд Санкт-Петербурга 21 июня 2023 г. – т. е. с соблюдением сроков, установленных ч. 1 ст. 394 и п. 5 ст. 395 ГПК РФ.
На этом этапе я столкнулась с первым пробелом в гражданском процессуальном законодательстве, ставшим «точкой отсчета» необоснованно длительного пересмотра дел. Проблема в том, что ГПК не предусмотрен срок рассмотрения заявлений о пересмотре судебных постановлений по новым обстоятельствам. Основанием для процессуальных решений в данном вопросе является п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 декабря 2012 г. № 31, согласно которому указанные заявления должны рассматриваться в срок, не превышающий месяц. Мои заявления о пересмотре дел по новым обстоятельствам были рассмотрены судом только 5 и 20 сентября 2023 г.
Второй причиной затягивания пересмотра судебных актов послужил еще один пробел в ГПК: обжалование определения о пересмотре судебных постановлений по новым обстоятельствам, которым удовлетворено соответствующее заявление, не приостанавливает пересмотр дела и не препятствует вынесению нового судебного постановления.
Определениями от 5 и 20 сентября 2023 г., которыми были удовлетворены исковые заявления о пересмотре судебных решений, вынесенных в 2020 г., по новым обстоятельствам суд первой инстанции неверно определил пределы пересмотра: решения были отменены в части отказа во взыскании с ответчика стимулирующих выплат, составлявших меньшую часть невыплаченной зарплаты. Установленные пределы пересмотра судебных актов противоречили как правовой позиции КС, изложенной в Постановлении от 15 июня 2023 г. № 32-П, так и предмету исковых требований – исковые заявления касались взыскания невыплаченной части заработной платы за определенные месяцы, без разбивки на составляющие. В связи с этим в установленные сроки (5 сентября и 3 октября 2023 г.) я подала частные жалобы на указанные определения.
Несмотря на отсутствие соответствующего правового регулирования в ГПК, логика института пересмотра судебных постановлений по новым обстоятельствам, а также задач судопроизводства требовала дождаться рассмотрения частных жалоб в апелляционной инстанции: судебные постановления, принятые на основании определений с неверно установленными границами пересмотра, имеют перспективу отмены и, как следствие, – значительное увеличение сроков пересмотра дел.
В рассматриваемом случае эта логика не сработала: мои ходатайства об отложении повторного рассмотрения дел до получения результатов рассмотрения частных жалоб на определения о пересмотре судебных решений в апелляции суд первой инстанции отклонил и принял новые постановления – от 14 сентября и 4 октября 2023 г. На данные решения в установленные сроки (29 октября и 1 ноября 2023 г. соответственно) были поданы апелляционные жалобы.
Таким образом, в каждом пересматриваемом по новым обстоятельствам деле возникли две линии процессуального обжалования: с одной стороны, я обжаловала определения Выборгского районного суда СПб от 5 и 20 сентября 2023 г., которыми неправильно установлены границы пересмотра судебных решений; с другой – итоговые постановления того же суда от 14 сентября и 4 октября того же года, принятые на основе обжалуемых определений при повторном рассмотрении дел.
Прежде чем остановиться на этих двух направлениях, отмечу следующее.
Во-первых, рассматривая в судебных заседаниях 5 и 20 сентября 2023 г. только заявления о пересмотре дел по новым обстоятельствам в порядке ст. 396 ГПК, суд не только удовлетворил заявления о частичной отмене решений от 2020 г. по новым обстоятельствам, но и назначил даты судебных заседаний по повторному рассмотрению дел. Между тем повторное рассмотрение дел спустя четыре года после возбуждения производства неизбежно требовало стадии подготовки к судебному разбирательству. Данное нарушение среди прочих способствовало принятию неправильных итоговых судебных постановлений при повторном рассмотрении дел.
Во-вторых, Постановление Пленума ВС от 11 декабря 2012 г. № 31 предусматривает только два исхода апелляционного обжалования определений суда первой инстанции по результатам рассмотрения заявлений об отмене судебных постановлений по новым обстоятельствам:
- при удовлетворении жалобы на определение первой инстанции об отказе в пересмотре судебного постановления по новым обстоятельствам апелляция отменяет обжалуемое определение и судебное постановление, о пересмотре которого ставился вопрос заявителем (п. 14);
- при удовлетворении жалобы на определение первой инстанции об удовлетворении заявления о пересмотре судебного постановления по новым обстоятельствам апелляция отменяет обжалуемое определение и одновременно отказывает в пересмотре судебного постановления по новым обстоятельствам. Если к моменту рассмотрения жалобы на определение суда об удовлетворении заявления о пересмотре судебного постановления по делу вынесено новое постановление, оно также подлежит отмене (п. 15).
В данном случае обжалование определений первой инстанции об удовлетворении заявления о пересмотре по новым обстоятельствам судебных решений не предполагало отказ в их пересмотре.
Таким образом, разъяснения ВС, приведенные в Постановлении Пленума от 11 декабря 2012 г. № 31 (п. 15), были проигнорированы не только первой, но и апелляционной инстанциями: ко времени рассмотрения частных жалоб на определения от 5 и 20 сентября 2023 г. об удовлетворении заявлений о пересмотре решений 2020 г. были вынесены новые решения. Отменяя указанные определения, апелляционный суд не только не отменил новые судебные постановления, но и вернул дела в первую инстанцию для принятия дополнительных решений.
Обжалование определений об удовлетворении заявлений о пересмотре судебных постановлений законодательно должно приостанавливать пересмотр дел в целях соблюдения разумных сроков судопроизводства. Если суды не желают отменять принятые ими судебные акты и повторно рассматривать дела, представляется необходимым предоставить участникам судебного процесса законодательно закрепленное право на рассмотрение заявлений об отмене судебных постановлений по новым обстоятельствам и на повторное рассмотрение дела новым судьей или новым судом.
Вернемся к обжалованию решений суда первой инстанции от 2023 г., принятых при повторном рассмотрении дел.
Казалось бы, дальнейшему движению дел ничто не препятствовало – суд принял к производству частные жалобы на указанные определения, предоставил ответчику срок для представления возражений, затем передал дела в суд апелляционной инстанции, который в течение двух месяцев должен был рассмотреть частные жалобы. Тем не менее возникли сложности.
По одному из дел судья первой инстанции определением от 13 сентября 2023 г. незаконно оставила без движения частную жалобу на определение от 5 сентября, которым неверно установлены границы пересмотра. Впоследствии данное определение было отменено апелляцией в декабре 2023 г., а частная жалоба на определение от 5 сентября 2023 г. рассмотрена 17 января 2024 г. Вопрос о том, в какой части нужно пересматривать по новым обстоятельствам судебное решение 2020 г., был разрешен по существу. Также городской суд вернул дело в первую инстанцию для принятия дополнительного решения по вопросу невыплаты другой составляющей зарплаты – премий за участие в определенных видах деятельности, финансируемых в особом порядке.
Во втором деле частная жалоба на определение от 20 сентября 2023 г., которым суд первой инстанции неверно установил границы пересмотра, была снята с рассмотрения в апелляции ввиду самоотвода председательствующей судебного состава. Затем дело длительное время находилось без движения в городском суде. В декабре 2023 г. частная жалоба была повторно снята с рассмотрения, а дело возвращено в первую инстанцию для совершения действий, предусмотренных ст. 325 ГПК в отношении апелляционной жалобы ответчика. В итоге частная жалоба была рассмотрена апелляционной инстанцией только 27 февраля 2024 г. – обжалуемое определение отменено в части, дело направлено в суд первой инстанции для принятия дополнительного решения по вопросу невыплаты премий за участие в определенных видах деятельности.
Поскольку частичная отмена определения районного суда от 20 сентября 2023 г. была невозможна, я обратилась с жалобой в кассационную инстанцию. 20 мая 2024 г. Третий кассационный суд общей юрисдикции отменил определение Санкт-Петербургского городского суда от 27 февраля 2024 г. и вернул дело на новое апелляционное рассмотрение, указав, что нижестоящие инстанции при принятии обжалуемых определений не приняли во внимание положения Постановления КС от 15 июня 2023 г. № 32-П и предмет исковых требований. По результатам нового рассмотрения дела Санкт-Петербургский городской суд определением от 24 июля 2024 г. отменил обжалуемое определение от 20 сентября 2023 г., рассмотрел вопрос по существу и направил дело в первую инстанцию для принятия дополнительного решения.
Как отмечалось ранее, при повторном рассмотрении дел суд первой инстанции принял в 2023 г. новые постановления. Апелляция вернула дела в районный суд для принятия дополнительных решений, которые были приняты соответственно 21 марта и 30 сентября 2024 г. При этом дополнительным решением суд отказал во взыскании с ответчика не выплаченной истцу зарплаты.
Причины, по которым я обжаловала новые судебные постановления при повторном рассмотрении дел, объясню позже.
Итак, апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 29 мая 2024 г. решение Выборгского районного суда СПб от 14 сентября 2023 г. по делу № 2-11732/2024 (2-2686/2020) изменено в части размера взысканной зарплаты. В остальной части данное решение, а также дополнительное решение от 21 марта 2024 г. оставлены без изменения, а апелляционная жалоба – без удовлетворения.
Я обратилась с кассационной жалобой в Третий КСОЮ. Определением от 7 августа 2024 г. обжалуемые решения были отменены, дело возвращено на новое рассмотрение в первую инстанцию.
При этом Третий КСОЮ указал, что исковые требования не разрешены судом первой инстанции, решение по всем исковым требованиям, которые должны быть предметом проверки и оценки суда по новым обстоятельствам, не принято. Кассация также отметила, что исковые требования о взыскании невыплаченной части зарплаты подлежат разрешению с учетом правовой позиции Конституционного Суда, изложенной в Постановлении от 15 июня 2023 г. № 32-П.
Кассация также обратила внимание, что у первой инстанции отсутствовали правовые основания для принятия дополнительного решения по требованиям, которые не являлись предметом рассмотрения при принятии решения от 14 сентября 2023 г. Таким образом, решение Санкт-Петербургского городского суда от 17 января 2024 г. о возвращении дела в суд первой инстанции для принятия дополнительного решения было ошибочным и существенно затянуло пересмотр дела.
11 декабря 2024 г. Выборгский районный суд СПб удовлетворил исковые требования о взыскании с ответчика невыплаченной части заработной платы, процентов в порядке ст. 236 ТК РФ, а также компенсации морального вреда (размер который был снижен судом по сравнению с заявленным).
В итоге дело было повторно рассмотрено в первой инстанции спустя полтора года после подачи мной заявления об отмене решения суда 2020 г. по новым обстоятельствам.
Ответчик подал апелляционную жалобу на указанное решение за пределами срока апелляционного обжалования. Впоследствии пропущенный срок был восстановлен.
Мотивированное решение от 11 декабря 2024 г. было изготовлено 27 декабря; я получила его по почте 3 января 2025 г., ответчик – 9 января того же года. Единственным аргументом в ходатайстве о восстановлении пропущенного срока была нехватка времени на подготовку апелляционной жалобы. При этом документов, подтверждающих уважительность причины пропуска срока, не было представлено. Учитывая данное обстоятельство, а также положения п. 19 и 20 Постановления Пленума ВС от 22 июня 2021 г. № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», я подала апелляционные и кассационные жалобы в Третий КСОЮ и в Верховный Суд РФ, которые были отклонены.
При этом ВС повторил доводы нижестоящих судебных инстанций о том, что неразъяснение участникам процесса при оглашении резолютивной части решения даты, когда они могут получить мотивированное решение, объективно препятствует возможности подачи апелляционной жалобы в течение срока, установленного ст. 321 ГПК. Доводы моих жалоб о том, что Федеральным законом от 12 июня 2024 г. № 135-ФЗ «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации» в ст. 229 ГПК внесены поправки, согласно которым с 1 сентября 2024 г. в протоколе судебного заседания не должны указываться сведения об оглашении и о разъяснении содержания решения суда и определений суда, разъяснении порядка и срока их обжалования, о том, что факт неразъяснения даты, когда участники процесса могут получить мотивированное решение, не доказан, не были приняты во внимание.
В итоге Санкт-Петербургский городской суд изменил решение первой инстанции от 11 декабря 2024 г., предложив свой расчет невыплаченной заработной платы. Не согласившись с принятым решением, я обжаловала его в Третий КСОЮ, который оставил апелляционное определение без изменения.
На решение первой инстанции от 4 октября 2023 г. по делу № 2-11975/2023 (2-1339/2020) была подана апелляционная жалоба 1 ноября 2023 г., на дополнительное решение от 30 сентября 2024 г. – 14 ноября 2024 г. 3 октября 2023 г. через систему ГАС «Правосудие» я подала заявление об уточнении исковых требований, которое в нарушение ч. 1 и 3 ст. 196, а также ч. 3–5 ст. 198 ГПК не разрешено судом первой инстанции и не отражено в обжалуемом решении. Судья объяснила это тем, что заявление поступило к ней после оглашения резолютивной части. Однако, учитывая п. 4.3 Порядка подачи в федеральные суды общей юрисдикции документов в электронном виде, в том числе в форме электронного документа (утвержденного Приказом Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 27 декабря 2016 г. № 251), заявление считается поданным в суд 3 октября 2023 г. Дата и время подачи процессуальных документов в суд посредством ГАС «Правосудие» определяется не датой и временем передачи документов судье, а датой их поступления в ГАС «Правосудие». Однако данное процессуальное нарушение не было учтено вышестоящими инстанциями.
Указанное решение первой инстанции ответчик также обжаловал.
Определением Санкт-Петербургского городского суда от 12 декабря 2024 г. к рассмотрению в апелляционном порядке были приняты только мои жалобы. Протоколы и аудиопротоколы судебных заседаний, в которых я участвовала, подтверждают, что апелляционная жалоба ответчика в рамках апелляционного производства фактически не рассматривалась. При этом в апелляционном определении от 18 марта 2025 г. было отражено рассмотрение апелляционной инстанцией жалобы ответчика в отсутствие данного юридического факта. Вышестоящие инстанции не учли это процессуальное нарушение.
Поскольку это дело аналогично делу № 2-11732/2024, в ходе апелляционного производства я просила суд учесть решение первой инстанции от 11 декабря 2024 г., однако в удовлетворении ходатайства было отказано. Не согласившись с расчетом суммы зарплаты, присужденной апелляцией к взысканию с ответчика, я подала кассационные жалобы, которые были отклонены.
Рассмотрев кассационные жалобы в 2021 г., Третий КСОЮ пришел к выводу об отсутствии нарушений трудовых прав, при этом правовые позиции Конституционного Суда, изложенные в Постановлении от 15 июня 2023 г. № 32-П, не изменили данное решение – суд отклонил жалобы, не усмотрев существенных нарушений норм материального и процессуального права, проявив, на мой взгляд, формальный подход как в 2021, так и в 2025 гг.
Возвращаясь к причинам, по которым я обжаловала судебные решения 2023 г., отмечу следующее.
Невыплаченная работодателем зарплата состояла из двух частей: стимулирующие выплаты (25% должностного оклада за каждый месяц и по итогам календарного года в размере двух должностных окладов) и дополнительные выплаты за участие в оказании медицинских услуг, финансируемых в особом порядке.
Я рассчитывала стимулирующие выплаты отдельно по формуле: 25% оклада за каждый спорный месяц, а также по итогам 2019 и 2020 гг. – два должностных оклада пропорционально отработанному времени. Я не уменьшала эти выплаты на 20% за два спорных месяца, когда были наложены дисциплинарные взыскания. Снижение размера стимулирующей выплаты, а также ее отмена регулируются локальным нормативным актом – Положением о выплатах стимулирующего характера работникам Военно-медицинской академии (Приложение к коллективному договору между гражданским персоналом и командованием академии). Согласно п. 37 Положения снижение размера или лишение стимулирующих выплат оформляются приказом начальника академии, который не был представлен в материалы дела ответчиком.
Несмотря на порядок, установленный локальным нормативным актом, суды при новом рассмотрении дела удержали 20% из указанных выплат.
Дополнительные выплаты рассчитываются по Методике расчета стимулирующих выплат сотрудникам структурных подразделений за счет денежных средств, полученных в результате приносящей доход деятельности академии (Приложение № 6 к Положению о выплатах стимулирующего характера гражданскому персоналу Военно-медицинской академии), по четырехбалльной шкале: от 0 до 3. Поскольку по вине ответчика моя трудовая деятельность не оценивалась, применение Методики, на мой взгляд, невозможно.
По принципу аналогии закона на основе Постановления Правительства РФ от 24 декабря 2007 г. № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы» (далее – Постановление № 922) я рассчитывала размер дополнительных выплат за спорные периоды как средний заработок.
Суд апелляционной инстанции по своему усмотрению изменил установленные правительством правила расчета среднего дневного заработка. Фактически рассчитывая средний заработок по Постановлению № 922, он уменьшил количество месяцев (вместо 12 – 11, 10, 9, 8) и отработанных дней в расчетном периоде, а также суммы зарплаты за расчетный период, исключив из него спорные месяцы и зарплату за них. Кроме того, апелляционная инстанция рассчитывала средний дневной заработок от общего объема стимулирующих и дополнительных выплат, право на которые обусловлено непосредственным участием работника в осуществлении финансируемых в особом порядке видов деятельности, что является ошибочным процессуальным решением, так как стимулирующие выплаты рассчитываются по формуле.
При принятии решений в 2023 г. районный суд принял расчет недоплат по зарплате, предложенный ответчиком: сумма определенного вида дополнительных выплат, выделенная на структурное подразделение в спорном месяце, делится на число работников подразделения, полученная сумма подлежит выплате. То, что размер дополнительных выплат у работников различается, суды не приняли во внимание.
В любом случае расчет недоплат по зарплате, предложенный судами, занижает сумму, причитающуюся к выплате. В резолютивных частях решений первой инстанции от 2023 г. указывались суммы к выплате за вычетом НДФЛ. После получения мной денежных средств по исполнительному листу ответчик включил эти суммы (уменьшенные на НДФЛ) в справку по форме № 2-НДФЛ за 2024 г. Чтобы не оплачивать налог дважды, я была вынуждена обратиться в налоговый орган с расчетами ответчика, поскольку в судебном акте не уточнялось, что это суммы без учета НДФЛ.
Таким образом, приведенный пример иллюстрирует проблему неисполнения решения Конституционного Суда РФ, а именно – Постановления от 15 июня 2023 г. № 32-П. Вопросы юридической ответственности за неисполнение решений КС и связанные с механизмом реализации его решений законодательно не разработаны. В связи с этим представляются необходимыми более подробная правовая регламентация института пересмотра судебных постановлений по новым обстоятельствам, а также реализация организационных и административных гарантий беспристрастности судей.
