18 ноября 2022 г. Верховный Суд РФ внес на рассмотрение Госдумы проект поправок в Кодекс административного судопроизводства РФ (законопроект № 238023-8).
Ранее мы с коллегами уже комментировали законопроект как в первоначальной, так и в скорректированной редакциях. Итоговый вариант, внесенный в Госдуму, призван как унифицировать некоторые процессуальные правила (к примеру, нормы о перерыве в судебном заседании, индексации присужденных денежных сумм), так и ввести механизмы, отсутствующие в АПК и ГПК РФ (например, возможность рассмотрения вышестоящими судами административных дел по электронным материалам, сформированным судом первой инстанции).
Рассмотрим особо значимые, на мой взгляд, изменения.
Законопроект предусматривает дополнение ч. 1 ст. 55 КАС положением, предоставляющим право совершать действия, не связанные с оказанием лицу, участвующему в деле, квалифицированной юридической помощи, представителям, не имеющим высшего юридического образования или статуса адвоката.
Из буквального прочтения нормы следует, что перечень действий такого представителя является закрытым. К указанным действиям относятся лишь получение судебных извещений, копий судебных актов, исполнительных документов, копирование материалов административного дела.
Полагаю, подобное ограничение не совсем удачно и может привести к необоснованным спорам между сотрудниками аппаратов судов и представителями участников спора, хотя целью данной нормы, безусловно, являлось расширение возможностей для привлечения к исполнению отдельных поручений лиц, не имеющих юридического образования (как правило, студентов юридических факультетов, работающих помощниками адвокатов или юристов).
На мой взгляд, с учетом приведения процессуальных законов к единообразной форме стоит обратить внимание на п. 24 Постановления Пленума ВС от 23 декабря 2021 г. № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», в котором содержится наиболее адекватная формулировка: «По смыслу части 3 статьи 59 АПК РФ для совершения лицом действий технического характера, не связанных с оказанием квалифицированной юридической помощи по делу (например, передача в суд заявлений и ходатайств, производство выписок из материалов дела, снятие с них копий, получение копий судебных актов, исполнительного листа), представление документов, подтверждающих наличие высшего юридического образования либо ученой степени по юридической специальности, не требуется».
В представленных разъяснениях, во-первых, оставлена определенная дискреция суда, а во-вторых, перечень является открытым, что наиболее полно отвечает целям регулирования процессуального института «технического представительства».
Второе неоднозначное предложение, на мой взгляд, – это закрепление права суда самостоятельно получать сведения из открытых источников, в том числе информационных систем, доступ к которым обеспечивается на сайтах органов государственной власти и местного самоуправления. Для этого предлагается дополнить соответствующим образом ст. 59 и 135 КАС.
В связи с этим важно учитывать, что ст. 6 КАС предусматривает основополагающие общеправовые и процессуальные принципы, которыми должны руководствоваться суды при рассмотрении и разрешении административных дел. К их числу относятся в том числе равенство всех перед законом и судом, а также состязательность и равноправие сторон административного судопроизводства. Несомненно, КАС отводит суду активную роль, на что также указано в ст. 6 Кодекса. Однако уже на данном этапе возникает вопрос о соответствии предлагаемой нормы ч. 1 ст. 19 Конституции РФ, поскольку при таком подходе кто-либо из участников судопроизводства будет априори поставлен в менее процессуально выгодное положение, т.е. по существу как раз и будут нарушены принципы равенства и состязательности. С учетом того что в рамках административных дел исследуются, как правило, законность и обоснованность решений либо действий (бездействия) органов государственной или муниципальной власти, а само рассмотрение, как правило, носит лояльный к названным органам характер (несмотря на постулируемую обязанность данных органов доказать законность их решений или действий (бездействия)), полагаю, что предоставление такого правомочия будет если не нарушать, то, по крайней мере, препятствовать реализации указанных конституционно значимых принципов.
Третий момент, на который хотелось бы обратить внимание, – довольно «прорывная» с точки зрения существующих процессуальных институтов норма, предусматривающая возможность для вышестоящего суда рассматривать административное дело по жалобе на основе материалов дела, представленных в форме электронных документов. Для этого предлагается дополнить соответствующим положением ч. 1 ст. 70 КАС.
Ранее указанная возможность в процессуальных кодексах отсутствовала. В этом смысле даже наиболее продвинутый арбитражный процесс не может похвастаться таким механизмом цифрового правосудия, хотя для определенной категории дел подобная практика, думаю, могла бы стать приемлемой. Очевидно, что предлагаемое законоположение имеет конкретные цели – ускорить процесс рассмотрения электоральных дел, когда процедура разрешения спора может закончиться уже после проведения выборов и, соответственно, затягивание его рассмотрения может не достигнуть целей правосудия, поскольку в силу объективных причин уже после проведения выборов защищать нарушенное право становится практически бессмысленно. Однако, на мой взгляд, данный институт эффективно может быть имплементирован в арбитражное судопроизводство – к примеру, по делам упрощенного или приказного производства.
Интересным представляется и предлагаемое правомочие суда изготавливать и направлять адресату судебный акт, требование, поручение, вызов в форме электронного документа, подписанного ЭЦП судьи (судей). Однако сможет ли система судов общей юрисдикции и военных судов привыкнуть к электронному документообороту так быстро, как хочет это видеть ВС, – большой вопрос.
Верховный Суд также предлагает устранить пробелы процессуального регулирования, существующие в настоящее время в КАС, в частности дополнить Кодекс правом суда на объявление перерыва в судебном заседании и индексацию присужденных сумм. Последнее из указанных предложений призвано учесть правовую позицию, высказанную Конституционным Судом в постановлениях от 23 июля 2018 г. № 35-П и от 12 января 2021 г. № 1-П относительно возможности и механизма индексации в гражданском и арбитражном процессах.
Подытоживая, могу предположить, что некоторые из предлагаемых изменений действительно продиктованы существующими правоприменительными реалиями, а некоторые, как было отмечено, представляются дискуссионными, неоднозначными и вызывающими опасения относительно соблюдения принципа процессуального равенства участников административного судопроизводства. Тем не менее время и развитие судебной практики покажут, были ли указанные опасения беспочвенными или все же имели под собой обоснованные мотивы.
