×

Сначала – небольшое лирическое отступление. У военных летчиков ХХ века был в ходу термин «свободная охота». Как указывает всезнающая Википедия, при этом тактическом способе ведения боевых действий «возможно указание конкретной цели, которую необходимо отыскать и уничтожить, зная лишь ее примерное расположение или только ее наличие в данном районе. При этом выбор маршрута, высоты и скорости полета, порядок захода на цель и применяемые боевые маневры определяются летчиками самостоятельно, в зависимости от обстановки». Цель нашей колонки – совершенно мирная, мы стремимся заинтересовать читателя историей адвокатуры, а любезно предоставленная редакцией «АГ» возможность выбирать «маршрут, высоту и скорость полета» (и особенно «порядок захода на цель»!) сообщают этой работе дополнительную увлекательность и непредсказуемость. Так получилось, что изначально статья планировалась о другом, об одном крайне неприятном мифе, к великому сожалению, все еще «сцепленном» с именем Ф.Н. Плевако; но подбираемый материал неожиданно открыл великолепный и малоизвестный сюжет, которым автор и спешит поделиться. Что же касается статьи о Плевако – она появится в самое ближайшее время.

* * *

Среди адвокатов во все времена встречалось немало беспокойных, «неудобных» людей; вероятно, такова природа этой профессии, предполагающая постоянные сомнения в правоте следствия и обвинения, готовность биться за своего доверителя всеми разрешенными способами (бывает, что и на грани этой самой «разрешенности»). История бережно хранит память о выдающихся бойцах адвокатуры – от Петра Александрова и Льва Куперника до Семена Арии и Дины Каминской. В их случае резкость и неуступчивость, полемический задор и нелицеприятность всегда были оправданы высшей целью – служением идеалам Справедливости, высоким пониманием своего профессионального и человеческого долга.

Но немало было среди адвокатов людей иного склада – неудобных по самой своей природе, не умеющих думать о чем-либо, кроме стремления выделиться, привлечь к себе внимание. В этом случае подмена цели превращает судебного защитника в противоположность тем высоким образцам, о которых только что сказано. Адвокат Фетюкович в «Братьях Карамазовых», неглупый и вполне профессиональный, в стремлении поярче выступить, получить побольше внимания в газетных отчетах неуместным пассажем в заключительной речи провалил почти выигранное дело и тем самым обрек своего подзащитного (невиновного, как мы знаем) на каторгу.

Адвокат Фетюкович (х/ф «Братья Карамазовы», 1968, арт. Ю. Родионов)

Об одном из таких людей пойдет сегодня речь.

Первый раз мы обратили на него внимание благодаря упоминанию в классической «Истории русской адвокатуры». В той части, где рассказывается о проблемах второго двадцатипятилетия корпорации, автор пишет: «В печати стали появляться жестокие памфлеты на сословие, причем авторы их не только не укрывались за псевдонимами, но демонстративно прибавляли к своей полной подписи еще и указание на свое звание присяжного поверенного. В Петербурге так поступил присяжный поверенный Птицын. В 1894 г. он напечатал статьи в «Наблюдателе», а затем выпустил их отдельной книгой, которая переполнена в высшей степени оскорбительными отзывами и суждениями о сословии присяжных поверенных и их помощников вообще и в частности о петербургской присяжной адвокатуре и ее учреждениях: Совете, Консультациях присяжных поверенных при петербургском Окружном Суде и помощников их при петербургском столичном Мировом Съезде и конференциях помощников, и содержит в себе указания на позорящие честь сословия и даже преступные со стороны отдельных его членов факты»1. Далее рассказывается о том, как Петербургский Совет «установил, что факты, сообщенные Птицыным, “либо совсем вымышлены, либо переиначены до неузнаваемости, причем ложно изображенные или окрашенные факты в действительности не представляли собою ничего предосудительного”»2. Интересно, что большинство Совета сочло, что Птицыну следует указать, но наказывать его не надо, а вот огромное большинство рядовых членов столичной адвокатуры, напротив, требовали его наказания. Позицию большинства Совета озвучил В.Д. Спасович, отметивший, что «какая-то доля правды» в выступлении Птицына имеется. С формулировкой Владимира Даниловича трудно не согласиться: именно «какая-то доля». От себя добавим – малая.

Присяжные поверенные Санкт-Петербурга (крайний слева в 1-м ряду – В.Д. Спасович)

Сегодняшний читатель без труда найдет опус Владимира Птицына (он называется «Древние адвокаты и наши присяжные цицероны»3) в электронном виде в собрании Российской государственной библиотеки4 и сам убедится, что написан он до крайности задиристо и запальчиво и содержит в высшей степени несправедливые оценки. Чего стоит, например, такой пассаж: «…Присяжная адвокатура не выставила ни одного сколько-нибудь выдающегося деятеля и борца за общественные интересы и не играла, как не играет и до сих пор, в судьбах нашего самоуправления, в его тяжкой борьбе за сохранение дарованных покойным государем прав никакой роли, не оказала ему никакой услуги»5. Памфлет наполнен личными выпадами, а значительную часть его составляет разбор пресловутого «еврейского вопроса», «вброшенного» правительством в начале 1890-х; причем под видом стремления к объективности, как это часто бывает в литературе такого рода, очень хорошо просматривается «глубоко выстраданная» личная позиция самого автора (подробнее о ней – далее).

Мы не собирались уделять личности Птицына какого-либо особого внимания, но, любопытства ради, задались вопросом – «кто сей?». И вот тут на свет Божий начали «вылезать» нюансы, один интереснее другого.

В Российской государственной библиотеке под поиском «Владимир Васильевич Птицын» обнаружились ссылки на труды широчайшего спектра: помимо некоторого количества публицистических трудов по юридическим вопросам в поле зрения автора оказывается историческое краеведение Сибири и Забайкалья («Следы доисторического человека в долине р. Селенги в Забайкалье», «Селенгинская Даурия: очерки Забайкальского края»), архивное дело Сибири («Киренский архив», «Архивы Восточной Сибири»), лингвистика («Очерки тунгусского языка»), сельское хозяйство («Аграрная реформа по датскому образцу»), этнография, медицина, уголовный фольклор, женский вопрос… Полноте, один и тот же ли это человек, имя-то распространенное?

Оказалось, один и тот же.

Рекламная страница в книге В. Птицына
Титульный лист одной из книг В. Птицына

Уроженец Орла, по окончании университета он отправился в Сибирь. Судебная реформа там еще только началась, но молодые энергичные кадры нашли поистине необъятное поле деятельности. Кандидат прав Птицын получил место при Иркутском окружном суде и с головой окунулся в общественную жизнь. Он много печатался, знакомился с интересными людьми, обратил на себя благосклонное поначалу внимание генерал-губернатора Восточной Сибири Д.Г. Анучина. Заслуженный боевой генерал был страстным поклонником науки и автором немалого количества трудов по военному делу и истории.

«Анучин запросил все птицынские статьи, внимательно их прочел – и вынес сложное впечатление: “В сущности, правильно излагает, но соглашаться с ним отчего-то не хочется. Отчего? А, вот что: он призывает к спасению, но как бы и не верит в него. Идет от христианских заповедей, но без самой их основы – любви к ближнему. У него все время читается между словами это, из Шопенгауэра: “Все мне чужды они, что со мною живут…”. Он, когда пишет, слишком отстранен от людей”»6. В результате генерал-губернатор принял непростое для него решение: молодой юрист был уволен из суда. Естественно, он отправился в адвокатуру, благо она только создавалась: в 1885 году были высочайше утверждены «Временные правила о применении в Сибири улучшенного судопроизводства и делопроизводства в судебных местах прежнего устройства». Параллельно он продолжил свою общественную деятельность, избравшись в гласные Иркутской городской думы, где, впрочем, продержался недолго. Позже он перебрался в столицу.

Генерал-губернатор Д.Г. Анучин (рис. П. Бореля, 1880)

В это же время окончательно сформировался публицистический стиль Птицына: отдельные негативные факты, сильно преувеличенные, вперемешку с искаженными или вовсе вымышленными, на подкладке из обличительного пафоса и деланного гражданского негодования. При этом он регулярно попадал впросак. Так, опубликовав в газете историю о «юристе Д.», якобы уличенном в мошенничестве, но получившем тем не менее повышение, Птицын был привлечен легко узнаваемым из статьи адвокатом А.С. Дмитриевым к суду, во время которого выяснилось, что все обвинения – не более чем чистой воды инсинуация. Дмитриев принял извинения, но сказал: «Каких-нибудь пять лет назад я чуть не молился на вас… Очень разочарован»7.

Присяжная адвокатура г. Иркутска. Автор неизвестен
Источник заимствования: https://melnichenko.net/about3.html#5 (05.04.2019)

И все же из стандартного образа «газетного либерала» одним своим свойством Владимир Васильевич заметно выбивался: махровым русским национализмом самого низкого пошиба. «Рассуждая по среднему и общему, как всегда должно рассуждать, по тому, как обыкновенно бывает и как большей частью делается, не правильнее ли сделать заключение, что в адвокатуре евреи отличаются теми же по существу качествами и талантами, как и на других жизненных путях и поприщах. Качества эти таковы: хитрость, изворотливость, формальная логика, пронырство, настойчивость, угодливость, усердие, лукавство, низкопоклонство, беспредельное терпение, величайшая алчность к деньгам, трезвость, бережливость, кагальная солидарность и весьма многие другие в таком же роде таланты, бесценные для достижения житейских благ и успехов, но русским противные и несвойственные»8. Впрочем, по мнению автора, совсем уж обижать евреев не стоит, даже и от них может быть польза государству и обществу; Птицын предлагает, изолировав их от «большой адвокатуры», передать в их монопольное ведение исполнительное взыскание по судебным решениям. «От их зорких глаз не укроют должники, как теперь сплошь и рядом делается, своего имущества. Они (евреи) изобретут своим гибким умом новые способы разыскания имущества и привлечения ответчиков к удовлетворению по исполнительным листам, которые приобретут большую ценность и значение, чем теперь, когда нередко собственник исполнительного листа, после неудачных попыток взыскать что-нибудь по нему с ловко скрывающегося или скрывающего свое имущество ответчика, продает исполнительный лист тем же евреям за пятую, а то и за десятую часть его стоимости. Строгость и неукоснительность взыскания по исполнительным листам повлечет за собою общий подъем кредита в России. И вся честь этого великого государственного дела будет принадлежать евреям!..»9. Государственный ум, не правда ли?.. Справедливости ради надо заметить, что иногда Владимир Васильевич отвлекался от «еврейского вопроса» и переключался на «немецкий» – немцы его тоже не радовали…

Приложение к книге Птицына «Русская адвокатура и евреи»

А вот в адвокатской деятельности он, похоже, не реализовался. Не находится за ним ни громких успешных дел, ни каких-либо иных следов состоявшегося защитника…

Откровенно говоря, даже жаль: человек явно не бесталанный, наделенный немалым общественным темпераментом, с разнообразными когда-то научными интересами, он весь «ушел в свисток» и сегодня памятен лишь особо интересующимся; причем памятен исключительно скандалами и дичайшим, буквально пещерным национализмом. Впрочем, это уж точно тот самый случай, когда кроме него самого в этом никто не виноват.


1 История русской адвокатуры. Т. 1. И.В. Гессен. Адвокатура, общество и государство. 1864–1914. М., 1914. С. 369–370.

2 Там же. С. 370.

3 Птицын В.В. Древние адвокаты и наши присяжные цицероны. СПб., 1894.

4 https://dlib.rsl.ru/viewer/01008918588#?page=1.

5 Птицын В.В. Цит. соч. С. 13.

6 Рекунова В.М. История иркутской адвокатуры в документах и сюжетах из жизни поверенных. Иркутск, 2015. С. 54.

7 Там же. С. 53.

8 Птицын В.В. Русская адвокатура и евреи: Очерк с приложением библейского, поэтического и графического изображений нашествия евреев на русскую адвокатуру. СПб, 1905. С. 14.

9 Там же. С. 19–20.

Рассказать:
Другие мнения
Сафоненков Павел
Сафоненков Павел
Адвокат, к.ю.н.
Оперный певец и адвокат
Адвокатура и общество
О помощнике присяжного поверенного Федора Плевако Леониде Собинове
20 Мая 2019
Поляков Андрей
Поляков Андрей
Научный редактор сайта «Библиотека юридических редкостей»
«Деньги взял, а дела не делает»
Адвокатская практика
Вправе ли адвокат заключать отдельные соглашения на участие в гражданском деле в судах разных инстанций?
21 Марта 2019
Гаспарян Нвер
Гаспарян Нвер
Советник ФПА РФ, вице-президент АП Ставропольского края
Революция как враг адвокатуры
Адвокатура и государство
Ответ на статью Алексея Королева об уровне централизации, необходимом адвокатуре
04 Марта 2019
Поляков Андрей
Поляков Андрей
Научный редактор сайта «Библиотека юридических редкостей»
Проводник идей права
Адвокатура и общество
К 175-летию со дня рождения Анатолия Федоровича Кони
08 Февраля 2019
Поляков Андрей
Поляков Андрей
Научный редактор сайта «Библиотека юридических редкостей»
Возражение решенным делом
Адвокатская практика
Как на основе прусского права доказывалось, что не всегда изменение исковой суммы – изменение предмета иска
22 Января 2019
Чебачёв Александр
Чебачёв Александр
Адвокат АП Оренбургской области
К 110-летию со дня смерти Федора Плевако
Адвокатура и общество
В Троицке помнят знаменитого земляка
05 Января 2019