Словосочетание «государственный контракт» у многих вызывает ассоциацию: «балом правит» заказчик. Причины тому – и законодатель, выстраивающий «однобокую» систему регулирования, и, как следствие, судебная практика, в которой решения по делам, как правило, выносятся в пользу заказчика. Однако иногда для получения успешного результата следует посмотреть на спорную ситуацию под другим углом.
Наш клиент выполнял подрядные работы по строительству автодороги в Московской области, итоговая цена контракта составила почти 170 млн руб. В процессе выполнения работ неоднократно возникала необходимость в проведении дополнительных работ, не учтенных в проекте и имеющих довольно высокую стоимость, что повлекло увеличение цены контракта сначала на 10% (заказчик был согласен и оплатил работы в полном объеме), позднее – еще на 14%. Второе увеличение цены заказчик оплачивать отказался.
Допустимый максимум увеличения цены контракта – 10%. Однако, как следует из п. 12 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 28 июня 2017 г.), увеличение цены или объема работ по госконтракту более чем на 10% от установленных изначально допустимо, если их невыполнение грозит годности и прочности результата работы. При этом из разъяснений ВС вытекает, что к дополнительным работам, подлежащим оплате заказчиком, могут быть отнесены исключительно те, которые, исходя из имеющейся на момент подготовки документов и заключения контракта информации, объективно не могли быть учтены в технической документации, но должны быть произведены, поскольку без их выполнения подрядчик не может приступать к другим работам или продолжать начатые либо ввести объект в эксплуатацию и достичь предусмотренного контрактом результата.
В спорные дополнительные работы входили: корректировка проектно-сметной документации и повторное прохождение госэкспертизы, вырубка зеленых насаждений и разборка дополнительного объема дорожного покрытия. Стоимость данных работ составила 25 млн руб., что само по себе существенно для заказчика, но еще более весомо для юридического лица – исполнителя. Однако заказчик, согласовавший проведение всех дополнительных работ, отказался их оплачивать, ссылаясь на ограничение, установленное Законом о контрактной системе.
Поскольку стоимость спорных дополнительных работ превысила допустимые 10% от цены контракта, стандарт доказывания возрос. Подрядчику необходимо в таком случае обосновать, что без выполнения этих работ завершение основного объема было бы невозможно либо их невыполнение грозило годности и прочности всего результата работ. Для доказывания указанных обстоятельств требовалось проведение судебной экспертизы, которая в итоге подтвердила наличие перечисленных критериев. Перед экспертами ставились вопросы в том числе о том, действительно ли выполнение спорных дополнительных работ было необходимо для завершения основных; грозило ли годности и прочности результата работ по контракту невыполнение указанных дополнительных работ; действительно ли дополнительные работы не могли быть учтены в технической документации на момент заключения контракта. Также потребовалось собрать множество письменных доказательств – протоколов технических советов, в которых было отражено поручение госзаказчика на проведение подрядчиком дополнительных работ по контракту.
Эти и другие доказательства позволили доказать суду наличие правовых оснований для взыскания стоимости работ – даже с учетом превышения лимита, установленного Законом о контрактной системе, а также опровергнуть позицию ответчика на этот счет (ответчик помимо прочего ссылался на твердую цену госконтракта).
Мы решили взыскивать не оплаченную заказчиком стоимость дополнительных работ как неосновательное обогащение, а не как задолженность по контракту, поскольку выполненные дополнительные работы входят в итоговый результат, принятый заказчиком в полном объеме (построенную дорогу), следовательно, однозначно имеют для него ценность. Мы исходили из того, что заказчик, не оплачивая работы, получил неосновательное обогащение за счет подрядчика.
Рассмотрев дело о взыскании с заказчика стоимости дополнительных работ и процентов за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК РФ), Арбитражный суд Московской области удовлетворил исковые требования в полном объеме. Решение устояло в апелляции, поскольку мы изначально выбрали верную тактику и собрали совокупность доказательств обоснованности требований компании-подрядчика.
Практическая значимость приведенного примера объясняется в первую очередь сложностью доказывания требований, так как дело относится к редкой и отнюдь не «выигрышной» для подрядчиков категории споров. Важно и то, что для споров о взыскании стоимости дополнительных работ по госконтрактам в судах сложилась практика применения исключительно положений Закона о контрактной системе, а не норм ГК о подряде и неосновательном обогащении, но, если посмотреть на ситуацию с другой стороны, исход дела может быть для подрядчика и крайне благоприятным.
