×

Адвокат из Москвы обратилась к Александру Бастрыкину с заявлением о незаконных действиях следователя

Заявительница Ирина Добросельская указала, что, пытаясь добиться подписания заявления о неразглашении, следователь более трех часов удерживал ее в следственном кабинете СИЗО, причинил телесные повреждения и воспрепятствовал профессиональной деятельности
Фото: «Адвокатская газета»
В комментарии «АГ» председатель МКА «РОСАР», в которой состоит Ирина Добросельская, Сергей Ахундзянов отметил, что желание следствия по надуманным основаниям получить от адвоката отказ от подписания обязательства о неразглашении данных предварительного расследования либо оформить его с помощью понятых будет являться поводом для отвода активно и успешно работающего по делу защитника. Сама адвокат добавила, что направила в АП г. Москвы предложение о выработке методических рекомендаций для адвокатов в случае применения к ним мер насильственного характера со стороны должностных лиц правоохранительных органов.

Как стало известно «АГ», адвокат Московской коллегии адвокатов «РОСАР» Ирина Добросельская обратилась к председателю Следственного комитета России Александру Бастрыкину с заявлением о незаконных действиях следователя СУ УМВД России по г. Сыктывкару Республики Коми, выразившихся в превышении служебных полномочий, в совершении насильственных действий в отношении адвоката, причинении ей телесных повреждений и физической боли, а также в воспрепятствовании профессиональной деятельности защитника в уголовном судопроизводстве.

Как указано в документе от 2 августа (имеется в распоряжении «АГ»), Ирина Добросельская является защитником Дмитрия Попелыша, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 272, ч. 2 ст. 273, ч. 4 ст. 159.6 УК РФ.

1 августа адвокат была вызвана в ФКУ СИЗО-1 ФСИН России для проведения следственных действий с подзащитным. В следственном кабинете в присутствии Дмитрия Попелыша следователь заявил о необходимости присутствия понятых. «Объяснять что-либо относительно приглашения понятых и суть следственных действий – отказался. При этом из кабинета потребовал не выходить, фактически ограничив тем самым мои права как гражданина», – сообщается в заявлении.

После прибытия понятых, которыми оказались лица, отбывающие наказание в данном СИЗО, следователь заявил, что следственные действия с обвиняемым проводиться не будут, поэтому тот должен покинуть кабинет. При этом он заявил, что у защитника будет взята подписка о неразглашении данных предварительного расследования. «Никаких действий, свидетельствующих об отказе в даче подписки, я не демонстрировала, ожидая последующего предъявления документов», – указала Ирина Добросельская. Несмотря на это, следователь в присутствии понятых заявил об отказе адвоката подписать обязательство о неразглашении, а понятые должны были данный факт удостоверить.

Адвокат, сославшись на правовую позицию Конституционного Суда РФ, выраженную в Определении от 6 октября 2015 г. № 2444-О, попросила представить ей текст подписки для ознакомления, а также конкретизировать период, в течение которого будет действовать данный запрет, и сведения, запрещенные к разглашению. При этом она подчеркнула, что поскольку данное уголовное дело расследуется 6 лет, в качестве доказательств были приобщены документы из другого уголовного дела, являвшегося предметом судебного разбирательства в течение двух лет. Помимо этого, при избрании меры пресечения обвиняемым следствием уже были распространены материалы дела, а в судебных заседаниях, проходивших в открытом режиме, присутствовали иные лица. Кроме того, в различные инстанции направлялись жалобы с приложением материалов дела, а ход его расследования неоднократно освещался СМИ.

В заявлении также отмечается, что следователь отказался уточнять перечень документов и информации, сообщив о жестком указании руководства в любом случае получить от адвоката отказ.

Поскольку соответствующий документ был оформлен как протокол, адвокат, со ссылкой на ст. 53 УПК РФ, составила замечания к нему, указав на незаконность ее удержания в следственном кабинете более трех часов без предъявления обвинения. Также она заявила ходатайство об уточнении перечня документов и информации, не подлежащих разглашению.

Как сообщается в заявлении Ирины Добросельской, в процессе написания ею замечаний следователь обратил внимание понятых, что она якобы затягивает время. Также он заявил, что если адвокат не прекратит писать, в протоколе будет указано, что она оказывала давление на понятых и угрожала им. «При этом с моей стороны никаких подобных действий не было, что было отмечено одним из понятых ˂…˃ в протоколе», – подчеркивается в заявлении.

Затем адвокат передала протокол следователю, после чего ей был возвращен один из листов, чтобы она расписалась, что ей разъяснены права, обязанности и ответственность за неподписание протокола. Поскольку этого сделано не было, защитник хотела внести соответствующую запись, о чем проинформировала следователя. После этого следователь, с криками о том, что в протоколе писать может только он, подбежал к адвокату и резко вывернул ей правую руку.

Испугавшись агрессивного поведения следователя, а также возможности, что протокол будет порван, в чем могут обвинить ее, Ирина Добросельская передала ему документ. По окончании оформления и подписания протокола адвокат покинула СИЗО и направилась в травмпункт, где ей было диагностировано растяжение связочного аппарата правового лучезапястного сустава.

В заявлении адвоката также отмечается, что в ночь с 1 на 2 августа в квартиру, где она проживает, пришел сотрудник полиции, который сообщил, что его попросили приехать из ГУВД для выяснения, кто проживает в квартире. При этом он сообщил о якобы поступившем сигнале о том, что «какой-то следователь упал на работе и получил телесные повреждения». Ирина Добросельская пояснила, что не имеет отношения к данным событиям и является адвокатом, в отношении которого имели место противоправные действия как раз со стороны следователя.

«Полагаю, что данный визит был в своем роде установочным мероприятием, в связи с чем опасаюсь противоправных действий, провокации в отношении меня, в том числе связанные с подбрасыванием запрещенных к обороту предметов и т.д., а также оговором меня в совершении насильственных действий в отношении должностного лица», – сообщается в документе.

Адвокат выразила предположение, что подобные действия следователя были осуществлены с целью воспрепятствования выполнению ею профессиональных обязанностей по оказанию юридической помощи подзащитному, по делу которого она занимает активную позицию. «Также я полагаю, что такие условия с вызовом в изолятор для проведения якобы следственных действий были созданы для меня специально для того, чтобы я не могла воспользоваться своими законными правами, а также тот факт, что вход с мобильными телефонами в изолятор невозможен, а также невозможно воспользоваться стационарным телефоном и иными средствами связи для уведомления вышестоящих уполномоченных органов о допускаемых превышениях полномочий должностным лицом и нарушении моих прав», – резюмируется в заявлении.

Ирина Добросельская подчеркнула, что никаких противоправных, насильственных и иных действий в отношении следователя не совершала, не проявляла к нему агрессии или неуважения, не провоцировала. В соответствии с п. 1 ч. 1 с. 145 и ст. 146 УПК она попросила главу СК РФ провести проверку по заявлению о противоправных действиях следователя и рассмотреть вопрос о возбуждении против него уголовного дела в связи с превышением должностных полномочий.

Кроме того, адвокат просила принять меры к сохранению и изъятию видеозаписей с камер наблюдения, установленных в следственных кабинетах СИЗО, а также обеспечить безопасность ее, членов ее семьи и имущества и принять меры по недопущению оказания воздействия на подзащитного и понятых.

Комментируя «АГ» данную ситуацию, Ирина Добросельская добавила, что с соответствующим заявлением обратилась также в Генпрокуратуру, а также готовит жалобу главе МВД. «В тот же день я позвонила Борису Кожемякину, члену комиссии Совета АП г. Москвы по защите прав адвокатов, а также письменно обратилась к председателю комиссии Роберту Зиновьеву, они мне обещали максимальную поддержку, – пояснила адвокат. – Кроме того, я отправила обращение на имя президента АП г. Москвы Игоря Полякова. В нем я указала, что самое страшное наступает после инцидента, когда ты понимаешь, что времени восстановиться от пережитого нет – нужно экстренно принимать меры для дальнейшей самозащиты, так как в противном случае правоохранительная система для своей реабилитации будет “давить” и фальсифицировать доказательства против адвоката».

Ирина Добросельская добавила, что также направила Игорю Полякову предложение о выработке методических рекомендаций для адвокатов в случае применения к ним мер насильственного характера со стороны должностных лиц правоохранительных органов. «От оперативности реагирования по таким случаям зависит сохранение доказательств невиновности адвоката – в первую очередь, видеозаписи с камер наблюдения, которая иногда является единственным противовесом свидетельским показаниям правоохранителей», – отметила она.

«Я еще не пережила полученный стресс и не знаю, что предпримет орган следствия СД МВД России в защиту своего сотрудника. Но абсолютно очевидно, что только с помощью выработанной системы можно противостоять таким незаконным действиям», – резюмировала адвокат.

Председатель правления МКА «РОСАР» Сергей Ахундзянов поддержал позицию Ирины Добросельской. «Желание следствия по надуманным основаниям получить от адвоката отказ от подписания обязательства о неразглашении данных предварительного расследования либо оформить его с помощью понятых будет являться поводом для отвода успешно работающего по резонансному делу защитника», – пояснил он. Таким образом, подчеркнул Сергей Ахундзянов, нарушается право на защиту обвиняемого и происходит реальное воспрепятствование адвокатской деятельности.

По его словам, визит полицейского в квартиру адвоката коллеги расценивают как дальнейшее развитие возможной провокации и способ защиты следователя, явно превысившего должностные полномочия. Также он добавил, что все адвокаты МКА «РОСАР» подписали соглашение об оказании Ирине Добросельской юридической помощи.

Читайте также
Полицейские, избившие адвоката и ее подзащитного, признали вину и осуждены условно
Суд учел, что они компенсировали потерпевшим моральный вред, раскаялись и принесли извинения, в том числе президенту АП Московской области
05 Декабря 2018 Новости

«При этом не могу не обратить внимание, – добавил Сергей Ахундзянов, – на то, где и в какой форме следователь стал осуществлять процессуальное действие с адвокатом с участием двух понятых – ранее осужденных граждан, отбывающих наказание в СИЗО-1. Представляется, что изобретена новая негативная форма работы следователей с адвокатами. В то же время в этом изоляторе, как и во многих других московского региона, стоят очереди из адвокатов и следователей».

В заключение Сергей Ахундзянов подчеркнул, что за последнее время возросло количество случаев явно неуважительного отношения к адвокатам со стороны должностных лиц правоохранительных и следственных органов, в том числе сопряженных с психологическим и физическим насилием, что является безусловным превышением должностных полномочий. «Адвокатское сообщество должно активно защищать себя и своих коллег, оперативно реагируя на каждый подобный случай, обращаясь в следственные органы и прокуратуру, а также в СМИ», – подытожил он.

Обновление: Как сообщили в пресс-службе АП г. Москвы, Председатель Комиссии Совета палаты по защите прав адвокатов Роберт Зиновьев прокомментировал ситуацию с Ириной Добросельской:

«Возмутительная ситуация с противоправным применением следователем следственной группы МВД РФ насилия к адвокату Ирине Добросельской взята на особый контроль в Комиссии Совета АП г. Москвы по защите прав адвокатов. Удручает тот факт, что это отнюдь не единичный, но особенно циничный случай совершения силовиками насильственных действий в отношении адвокатов при осуществлении профессиональной деятельности. Мы считаем, что этот инцидент – предмет для уголовного дела с судебной перспективой, и готовим обращение к Председателю СКР Александру Бастрыкину об организации надлежащей доследственной проверки и дальнейшего расследования уголовного дела в отношении следователя», – отметил он.

Рассказать: