13 мая Дзержинский районный суд Новосибирска начал рассматривать уголовное дело адвоката АБ Новосибирской области «Ковалёва, Бузюргин и партнеры» Владимира Бузюргина, ранее признанного мировым судьей виновным в разглашении данных предварительного расследования.
Повод для возбуждения уголовного дела в отношении адвоката
Как ранее сообщала «АГ», 3 октября 2023 г. руководитель СУ СКР по Новосибирской области Д. возбудил в отношении адвоката Владимира Бузюргина уголовное дело по ст. 310 УК РФ за разглашение данных предварительного расследования. По версии следствия, в период с 15 августа 2022 г. по 28 апреля 2023 г. адвокат неустановленным образом передал копии материалов уголовного дела П. неустановленному сотруднику АО «Первый канал» для размещения в выпуске телепередачи «Мужское/Женское», вышедшей 28 апреля 2023 г. и ставшей доступной для просмотра неограниченному кругу лиц.
В связи с обращением адвоката 1 апреля 2024 г. председатель Комиссии Совета ФПА РФ по защите прав адвокатов Генри Резник направил прокурору Новосибирской области Александру Бучману письмо, в котором, в частности, подчеркивалось, что режим следственной тайны прекращается с момента окончания предварительного следствия и передачи дела в суд, а также в случаях, предусмотренных ч. 4 ст. 161 УПК РФ. В постановлении о возбуждении уголовного дела в отношении Владимира Бузюргина отмечалось, что копии материалов дела в отношении П. были получены защитником в период с 15 августа по 9 сентября 2022 г., а затем переданы в период с 15 августа 2022 г. по 28 апреля 2023 г. неустановленному сотруднику телеканала. При этом дело по обвинению П. было направлено в суд в сентябре 2022 г., а 28 марта 2023 г. по делу был вынесен оправдательный вердикт присяжных, который судья отказалась передавать для оглашения, и на следующий день коллегия присяжных была распущена.
Таким образом, при возбуждении уголовного дела в отношении Владимира Бузюргина руководитель следственного органа исходил из того, что уголовная ответственность по ст. 310 УК РФ может наступать за предание гласности материалов дела в стадии судебного разбирательства и даже после его завершения. «Такой взгляд на применение данной уголовно-правовой нормы ошибочен. После окончания предварительного расследования и передачи дела с обвинительным заключением в суд “тайна следствия” нарушена быть не может, поскольку она исчезает. Следователь не является участником судебного разбирательства и никакими полномочиями на этой стадии уголовного процесса не обладает», – подчеркнул Генри Резник в письме.
Тем не менее прокуратура утвердила обвинительное заключение, и дело было передано в суд. На первом заседании 2 июля 2024 г. Владимир Бузюргин просил суд разъяснить, в чем именно выразился вред правосудию, который он якобы причинил, а также в чем выразились негативные последствия его действий, поскольку предъявленное обвинение не содержит об этом ни слова. Судья предложила прокурору дать соответствующие уточнения, однако ответ получен не был. Гособвинитель лишь сказала, что огласила обвинение в том виде, в котором оно представлено в обвинительном заключении, и добавить ей нечего.
6 сентября того же года гособвинение заявило ходатайство о возвращении дела в прокуратуру со ссылкой на то, что постановление о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительное заключение не соответствуют требованиям УПК, поскольку не конкретизированы обстоятельства, подлежащие доказыванию органом предварительного расследования, что нарушает право обвиняемого. Ходатайство было удовлетворено в тот же день.
В новом обвинительном заключении были указаны временные интервалы видеозаписи, переданной адвокатом Владимиром Бузюргиным сотрудникам телеканала, которые ранее не были исследованы в судебном заседании по уголовному делу П. Кроме того, в нем указывалось, что в результате этих преступных действий данные предварительного расследования уголовного дела по факту убийства А. были разглашены и стали доступны для просмотра неопределенному кругу лиц, включая сотрудников телепередачи и ее зрителей, без разрешения на то следователя, суда и родителей А. – потерпевшей по делу признана мать убитого юноши.
После поступления дела на судебное рассмотрение председательствующий судья спросила мнение обвиняемого о прекращении дела в связи с истечением срока давности, на что адвокат ответил отказом.
Мировой судья вынес обвинительный приговор адвокату
Рассмотрев дело, 4 февраля 2026 г. мировой судья вынесла обвинительный приговор, назначив адвокату штраф в размере 50 тыс. руб. и лишив права заниматься адвокатской деятельностью на один год с освобождением от наказания.
Как следует из приговора, в ходе предварительного расследования орган следствия не допустил никаких нарушений уголовно-процессуального закона, в деле также отсутствуют объективные данные, которые давали бы основания понять, что имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения. В свою очередь, обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, суть предъявленного подсудимому обвинения изложена в полном объеме, у суда отсутствовали основания для возврата дела прокурору.
В приговоре также указано, что действия подсудимого носили умышленный характер, поскольку он, являясь адвокатом и защитником П. по делу об убийстве несовершеннолетнего А., при осуществлении полномочий защитника в рамках ст. 119 УПК РФ ходатайствовал о предоставлении ему копии видеозаписи допроса обвиняемого П., являющейся приложением к протоколу допроса этого гражданина, которое было удовлетворено следователем. В связи с этим 29 октября 2021 г. Владимир Бузюргин получил электронный файл с копией этой видеозаписи, 22 декабря защитник был предупрежден следователем об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 310 УК РФ, и дал подписку о неразглашении данных предварительного расследования, ставших ему известными из протоколов следственных действий с участием П. и заключений судебных экспертиз.
Однако впоследствии, как установила первая инстанция, адвокат передал сотрудникам телепередачи «Мужское/Женское» ссылку для скачивания электронного файла, содержащего видеозапись допроса П. в полном объеме, в том числе не исследованные в судебном заседании отрывки видеозаписи, являющейся приложением к протоколу допроса подзащитного. Далее соответствующая телепередача с фрагментами этого видеофайла вышла в эфир федерального телеканала и стала доступна для просмотра неограниченному кругу лиц, что привело к разглашению данных предварительного следствия.
Это обстоятельство, как указано в приговоре, повлекло распространение сведений о частной жизни потерпевших А., а именно об обстоятельствах смерти их несовершеннолетнего сына, с демонстрацией его фото, что причинило им моральный вред. Защитник не получил согласие следователя или суда для передачи вышеуказанной видеозаписи допроса П. в рамках дела, находящегося на стадии формирования коллегии присяжных заседателей, что привело к нарушению интересов правосудия и разглашению данных предварительного расследования.
Доводы апелляционных жалоб и возражения прокуратуры
Защита Владимира Бузюргина направила в Дзержинский районный суд Новосибирска несколько апелляционных жалоб. Заместитель председателя Комиссии Совета ФПА по защите прав адвокатов, председатель Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов АП Санкт-Петербурга Сергей Краузе, в частности, заметил, что вывод мирового судьи о том, что «подписка о неразглашении данных предварительного расследования действует после передачи уголовного дела в суд, так как данные следствия остаются конфиденциальными до завершения судебного разбирательства, т.е. итогового решения суда», основан на неверном толковании положений текущего законодательства.
Он указал, что, квалифицируя действия подсудимого по ст. 310 УК, мировой судья исходил из формальных оснований. При этом суд, констатируя в приговоре, что предметом преступления, предусмотренного ст. 310 УК, является информация в виде данных предварительного следствия, не подлежащая разглашению, не установил, какие именно сведения, не ставшие достоянием гласности, содержались в конкретных отрывках видеозаписи. В связи с этим защитник потребовал отмены обвинительного приговора с вынесением оправдательного приговора в связи с отсутствием в действиях коллеги состава преступления.
В своей апелляционной жалобе адвокат Тимофей Тимофеев отметил, что мировой судья пришел к выводу о виновности адвоката преждевременно, еще до оценки всех доказательств по делу, в том числе представленных стороной защиты, что представляет собой существенное и грубое нарушение, свидетельствующее о формальном отношении суда к вопросу обоснованности приговора.
В свою очередь член АП Новосибирской области Михаил Гарин указал в жалобе, что суд проигнорировал однозначный доктринальный подход, согласно которому действие подписки о неразглашении данных предварительного расследования ни при каких условиях не может распространяться на стадию судебного разбирательства. «Более того, скопировав в приговор предъявленное подзащитному обвинение, приводя установленные фактические обстоятельства в описательно-мотивировочной части приговора, в нарушение ст. 307 УПК РФ суд вступил в прямое противоречие с самим собой», – заметил защитник.
Член АП Московской области Валентина Ященко указала, что в приговоре имеются внутренние неточности и неясности, влияющие на его законность и обоснованность. Она обратила внимание на то, что мировой судья, признав подсудимого виновным, назначил ему наказание в виде штрафа и лишения специального права, но в итоге освободил его от наказания в связи с истечением сроков давности. Такой приговор ничтожен, подчеркнула она, поскольку если суд применяет давность, то он выносит обвинительный приговор без назначения наказания. Соответственно, назначение наказания с последующим освобождением от него является существенным нарушением уголовного и уголовно-процессуального закона.
В возражениях на апелляционные жалобы прокуратура указала, что вина адвоката установлена совокупностью исследованных доказательств, дело в отношении него рассмотрено судом с соблюдением требований УПК. Вопреки доводам осужденного и его защиты, подписка о неразглашении данных предварительного расследования распространяется не только на стадию предварительного следствия, поскольку производство по уголовному делу охватывает деятельность от стадии его возбуждения до исполнения приговора.
Подписка о неразглашении данных предварительного расследования, как подчеркнула прокуратура, продолжает действовать даже после передачи дела в суд, данные следствия остаются конфиденциальными до завершения судебного разбирательства, т.е. итогового решения суда. «Она не отменяется автоматически, также она не была отменена следователем Пр., допрошенным в качестве свидетеля стороны защиты, который пояснил, что при направлении уголовного дела прокурору указанная подписка им не отменялась. В связи с чем моментом окончания действия тайны предварительного расследования является вступление в законную силу соответствующего судебного акта», – отмечалось в возражениях.
Апелляция начала рассматривать дело
13 мая Дзержинский районный суд Новосибирска начал рассматривать это дело. Как сообщил «АГ» адвокат Михаил Гарин, в ходе заседания апелляционный суд изложил содержание апелляционных жалоб, при этом доклад был неполным, на что защита обратила внимание. Районный суд также заслушал письменные дополнения к ранее поданным апелляционным жалобам, сделанные членом АП Республики Хакасия Владимиром Дворяком, вступившим в дело в качестве защитника, который ранее оказался в схожей ситуации.
«Защита ходатайствовала об исследовании всего объема письменных доказательств, оглашенных судом первой инстанции, а также протокола судебного заседания, изготовленного мировым судьей, мотивируя необходимостью непосредственного анализа этого судьей, ранее в рассмотрении дела участия не принимавшего. В этом нам было отказано. Владимир Бузюргин ходатайствовал исследовать и приобщить к материалам дела ответ приглашенного защитой специалиста – заведующего сектором уголовного права, уголовного процесса и криминологии Институт государства и права РАН, профессора кафедры уголовного права МГЮА Александра Чучаева, апелляционный суд эту просьбу удовлетворил, огласив содержание этого документа, хотя прокурор против этого возражал. Считаю это важным, ибо данный документ – весомый аргумент в пользу нашей позиции по делу. Разрешение по существу ходатайства о прекращении статуса потерпевшей А. суд оставил на момент вынесения итогового решения по делу, против чего защита возражала», – рассказал Михаил Гарин.
Сергей Краузе в комментарии назвал важным шагом то, что председательствующий судья приобщил к делу и огласил в заседании ответ профессора Александра Чучаева: «В этом документе приводится подробный правовой анализ норм, регулирующих уголовную ответственность за преступления против правосудия, в том числе положений ст. 310 УК РФ. Кроме того, суд счел убедительными доводы защиты о необходимости организации ВКС с абаканским судом для обеспечения участия защитника – адвоката Владимира Дворяка. В следующем заседании 15 июня пройдут прения сторон».
