17 сентября Конституционный Суд РФ рассмотрел дело о проверке конституционности ст. 11 «Взносы финансовых организаций» Закона об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг по жалобе ООО Страховая компания «Сбербанк страхование жизни».
В апреле 2023 г. АНО «Служба обеспечения деятельности финансового уполномоченного» обратилось в арбитражный суд о взыскании с ООО СК «Сбербанк страхование жизни» задолженности по уплате взносов финансовых организаций в Фонд финансирования деятельности финансового уполномоченного по ряду обращений потребителей в размере 2,2 млн руб. Арбитражный суд удовлетворил требования. При этом для расчета взносов был применен установленный решением Совета Службы финансового уполномоченного повышающий коэффициент 15, предусмотренный для случаев, когда финансовая организация не представляет документы по запросу финансового уполномоченного (размер взноса за одно обращение с учетом указанного коэффициента составил 450 тыс. руб.). Вышестоящие суды оставили данное решение без изменений.
В жалобе в Конституционный Суд ООО СК «Сбербанк страхование жизни» указало, что ст. 11 Закона об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг не соответствует Конституции РФ, поскольку не устанавливает существенный элемент обязательного публичного платежа – размер ставки взноса, подлежащего уплате финансовыми организациями, критерии его определения или максимально допустимую величину. Как полагает заявитель, оспариваемая норма позволяет Совету Службы придавать этому взносу штрафную (карательную) функцию, подменяя им административную ответственность за неисполнение требования финансового уполномоченного о предоставлении разъяснений, документов или сведений, связанных с рассмотрением обращения потребителя финансовой услуги, притом что административной ответственности за такие действия в настоящее время не установлено. Общество отмечало, что обжалуемое положение допускает определение размера взноса в зависимости от вида решения, которое примет финансовый уполномоченный, что делает рассмотрение им жалоб небеспристрастным.
В жалобе подчеркивается, что арбитражные суды РФ рассматривают споры о взыскании Службой уполномоченного взносов с финансовых организаций в порядке общего искового производства, но не в порядке главы 26 АПК РФ «Рассмотрение дел о взыскании обязательных платежей и санкций»; в качестве основания для взыскания суды применяют нормы ГК РФ об исполнении обязательств. Подобное положение, как указывает заявитель, противоречит правовой природе взносов как обязательных публичных платежей.
В ходе заседания КС представитель заявителя, член АП Московской области Дмитрий Королев отметил, что по своей правовой природе взнос, установленный оспариваемым положением, является фискальным платежом или же обязательным публичным платежом. Однако практика арбитражных судов складывается другим образом: они единообразно характеризуют данные взносы как платежи за некие оказанные услуги, рассматривая их как гражданско-правовые обязательства, что, по мнению адвоката, некорректно.
Дмитрий Королев подчеркнул, что для расчета взносов применяется коэффициент 15, который довольно сильно отличается от других коэффициентов. Он установлен для ситуации, когда финансовый уполномоченный прекращает рассмотрение обращения потребителя, причем в связи с тем, что ему недостаточно документов, которые он запросил у финансовой организации, которая эти документы не представила или представила не в полном объеме. «Допустим, финансовая организация представила 9 из 10 документов. Финансовый уполномоченный может прекратить рассмотрение обращения без принятия решения по существу и, соответственно, в дальнейшем будет назначен взнос с коэффициентом 15. На наш взгляд, сделано это для того, чтобы, по сути, взнос являлся не просто, так скажем, источником пополнения бюджета Фонда, но и для того, чтобы наказать финансовую организацию», – отметил адвокат.
Дмитрий Королев пояснил, что, по мнению заявителя, подзаконное регулирование размера соответствующего взноса должен осуществлять иной орган, а не Совет Службы, поскольку он в принципе состоит в системе института финансового омбудсмена. «На наш взгляд, определять то, сколько денег должна платить финансовая организация, притом что эти деньги, соответственно, идут в этот же институт, должен сторонний госорган, возможно, Правительство РФ, которое обладает особым конституционно-правовым статусом, либо, Минфин России», – добавил он.
От Совета Федерации в КС выступил председатель Комитета по конституционному законодательству и государственному строительству Андрей Клишас, который полагает, что оспариваемая норма является конституционной. При этом, исходя из позиции КС РФ о наличии у финансового уполномоченного публично-правого статуса, а также того факта, что данный взнос является обязательным публичным платежом, сенатор высказал мнение о том, что приведенные в жалобе доводы заявителя свидетельствуют о необходимости дополнительного законодательного урегулирования вопросов, связанных с принципами расчета размера обязательного взноса в Фонд и величины коэффициентов, применяемых к ставке взноса, в целях повышения защиты прав и законных интересов участников финансового рынка.
Полномочный представитель Президента РФ Дмитрий Мезенцев обратил внимание на то, что обращение к финансовому уполномоченному представляет собой дополнительный досудебный способ защиты прав потребителей финансовых услуг, что развивает конституционное положение о гарантировании государственной защиты. Финансовый уполномоченный при осуществлении своей деятельности независим от федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов РФ, органов местного самоуправления, Банка России и иных организаций и должностных лиц. Одним из условий обеспечения указанной независимости является порядок финансового обеспечения его деятельности, а также полномочия определять размер ставки взносов финансовых организаций и критерии его дифференциации, определенные законом. При этом законодатель не предусматривает поступление средств из бюджета в бюджетную систему РФ в пользу финансового уполномоченного, пояснил спикер.
Дмитрий Мезенцев подчеркнул, что анализ практики деятельности финансового уполномоченного показывает и подтверждает его востребованность при решении многих вопросов, требующих взаимодействия с финансовыми организациями, улучшает защищенность граждан при получении ими финансовых услуг, значительно упрощает досудебное разрешение споров. Оспариваемой нормой Совету Службы предоставлено право установления размера взносов для обеспечения деятельности службы, но не фактически штрафных санкций в отношении финансовых организаций. По его мнению, в Закон об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг возможно внести дополнения, которые обеспечили бы правовое регулирование в части закрепления более точных, по-своему исчерпывающих критериев определения базовой ставки взноса финансовых организаций, как по-настоящему необходимого условия обеспечения деятельности финансового уполномоченного, а также размера дифференцирующих коэффициентов для расчета соответствующих публичных платежей.
В свою очередь полномочный представитель Генпрокуратуры Всеволод Росинский отметил, что ранее сформированная, а затем неоднократно подтвержденная правовая позиция КС РФ состоит в том, что установить налог или сбор законодатель может с определением всех существенных элементов этого обязательства, а если установление некоторых элементов обязательного публичного платежа возможно, например, Правительством РФ, то в ограниченном объеме и с определением максимальных размеров. Однако, он подчеркнул, что делегирование таких полномасштабных полномочий одной из четырех структур службы финансового уполномоченного, каковым является Совет службы, состоящий из представителей Банка России, Правительства РФ и саморегулируемых организаций в сфере финансового рынка, не может расцениваться как соответствие сложившимся законодательным принципам.
Также Всеволод Росинский высказал мнение о том, что нормативное регулирование взносов для обеспечения деятельности финансового уполномоченного требует реновации для соответствия, прежде всего, ст. 57 Конституции РФ.
Позицию Минюста России представила помощник министра Алина Таманцева, которая пояснила, что оспариваемый заявителем механизм, по сути, направлен на предотвращение недобросовестного поведения со стороны финансовых организаций. При этом Совет Службы, к компетенции которого относится решение вопроса об установлении размера соответствующих взносов, практически полностью состоит из представителей внешних по отношению к Службе и ее органам представителей, что позволяет при решении наиболее ключевых вопросов обеспечить участие всех заинтересованных сторон и оперативно реагировать на потребности потребителей с целью их максимально эффективной защиты.
Главный финансовый уполномоченный Юрий Воронин подчеркнул, что правовая природа службы финансового уполномоченного является уникальной и сложной, не имеющей полного аналога ни в российской, ни в зарубежной правовой системе. Служба финансового уполномоченного – это особый правовой институт, встроенный в финансовый рынок, который обеспечивает защиту прав потребителей финансовых услуг через независимый и автономный механизм досудебного рассмотрения споров, финансируемый за счет самих финансовых организаций.
По словам Юрия Воронина, ст. 11 Закона об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг не противоречит ст. 57 Конституции, поскольку ее регулирование в принципиальном плане не расходится с объемом регулирования законно установленного сбора. В законе определен круг лиц, сроки уплаты, период исчисления, критерии установления дифференциации. Нет только размера, потому что его невозможно установить ни на уровне закона, ни на уровне правительства, ни на уровне какого-то другого внешнего органа, кроме Совета службы, отметил он.
Юрий Воронин подчеркнул, что расходы взимаются ровно в том объеме, который необходим для деятельности службы и только Совет службы может соотнести утверждаемые расходы с положительными исходами и на этой основе утвердить ставку.
От ЦБ РФ выступил директор юридического департамента Андрей Медведев, который обратил внимание, что институт финансового уполномоченного защищает права потребителей и является в каком-то смысле квалифицированным элементом саморегулирования финансового рынка. По его мнению, ставка соответствующего взноса должна быть не предопределена императивно в силу какого-либо публичного акта, а должна вырабатываться самим сообществом. Он также отметил, что коэффициент 15 стимулирует добросовестное поведение финансовых организаций, в свою очередь недобросовестные участники, не предоставляющие документы уполномоченному, создают финансовое бремя для других участников. Данный коэффициент компенсирует необоснованные финансовые нагрузки и поддерживает справедливость в системе. В связи с изложенным оспариваемое положение является конституционным, подытожил он.
Позицию Всероссийского Союза Страховщиков представил заведующий кафедрой финансового права Южного федерального университета, д.ю.н. Юрий Колесников. Он отметил, что, несмотря на публично-правовой характер взносов финансовых организаций, законом не определены существенные элементы, характеризующие указанные взносы: не определен конкретный размер ставки взноса, не дано определение коэффициента взноса, отсутствует механизм определения коэффициента взноса, а также их минимальные и максимальные значения. Кроме того, он указал, что отсутствуют механизмы контроля за правильностью установления размера взноса. Подход к определению размера, оснований дифференциации, величины максимального размера взноса финансовой организации в фонд должен быть пересмотрен и уточнен в пользу повышения роли профессиональных участников финансового рынка в данной процедуре.
Выслушав позиции участников заседания, Конституционный Суд удалился для принятия решения, которое будет оглашено позднее.
