×

КС: в арбитражных спорах допустимо участие иных представителей юрлица, помимо адвоката или юриста

Как пояснил Суд, нормы АПК не ограничивают право лиц, участвующих в деле, иметь нескольких представителей, один из которых обязательно должен иметь высшее юридическое образование либо ученую степень по такой специальности
Один из экспертов «АГ» отметил, что изложенный КС РФ подход позволит снизить риск необоснованного отказа в привлечении в качестве представителей по арбитражным делам лиц, непосредственно участвующих в управлении делами организаций. Другая полагает, что Конституционный Суд пытается исправить те отрицательные тенденции судебной практики, которые были выявлены по прошествии почти года с момента вступления в силу поправок в процессуальные кодексы, но эта попытка представляет весьма вольное толкование императивной процессуальной нормы.

Конституционный Суд вынес Постановление № 37-П/2020 по жалобе ООО «Александра» и его учредителя Константина Бударина на ряд норм АПК РФ, регламентирующих порядок участия в арбитражном судопроизводстве представителей юридического лица.

Повод для обращения в КС и позиция заявителей

При рассмотрении кассационной жалобы общества на судебные акты по оспариванию решения налогового органа арбитражный суд округа не допустил до судебного разбирательства одного из его учредителей и исполнительного директора Константина Бударина в качестве представителя этого юрлица. Отказ суд округа мотивировал тем, что Бударин как не является генеральным директором ООО, так и не имеет высшего юридического образования или ученой степени по такой специальности. В связи с этим в кассационной инстанции интересы общества защищали два его представителя по доверенности, удовлетворяющие квалификационным требованиям.

В жалобе в Конституционный Суд заявители указали, что ч. 3 ст. 59, ч. 4 ст. 61 и ч. 4 ст. 63 АПК противоречат Основному Закону, поскольку не позволяют участнику (учредителю) ООО, являющемуся его исполнительным директором, глубоко осведомленному о специфике его предпринимательской деятельности и до того успешно выступавшему представителем в спорах с участием общества, представлять интересы последнего в арбитражном суде на основании доверенности без юридического образования.

КС проанализировал порядок судебного представительства в ряде отраслей права

После изучения материалов дела высшая судебная инстанция напомнила, что право на судебную защиту не предполагает выбора по своему усмотрению любых ее способов и процедур, а право вести свои дела в суде через самостоятельно избранного представителя не означает возможности участия в судопроизводстве любого лица в качестве представителя. В свою очередь, законодатель уполномочен установить критерии квалифицированной юридической помощи и обусловленные ими особенности допуска тех или иных лиц в качестве защитников или представителей в конкретных видах судопроизводства, но при этом должен обеспечиваться баланс публичных интересов и законных интересов лица.

В рамках арбитражного судопроизводства отступление от принципа диспозитивности при выборе представителя возможно, лишь если установленные законодателем ограничения продиктованы конституционно значимыми целями. При этом подходы, продиктованные, к примеру, спецификой административного судопроизводства с участием граждан по конкретным делам, предметом которых были публичные отношения, не связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности, не могут быть автоматически распространены на любые дела с участием организаций в арбитражном процессе.

Конституционный Суд также отметил, что, в отличие от граждан, организации по своей природе не могут непосредственно участвовать в судопроизводстве, поэтому отсутствие у них возможности иметь представителя для реализации своих прав как участника арбитражного процесса лишало бы их самого права на судебную защиту на основе конституционных принципов состязательности и равноправия сторон. Таким образом, подчеркнул Суд, оспариваемые заявителями нормы устанавливают лишь минимальный стандарт обеспеченности участников арбитражного судопроизводства квалифицированной юридической помощью. Соответственно, они предполагают необходимость того, чтобы в случае ведения лицом дела в арбитражном суде через представителей (за исключением лиц, которые в силу закона, иного правового акта или учредительного документа уполномочены выступать от имени организации) оно гарантированно бы имело профессионального представителя.

При этом, пояснил КС, такие нормы не ограничивают право лиц, участвующих в деле, иметь нескольких представителей. «Такая возможность – когда хотя бы один представитель в силу императивного указания закона должен иметь высшее юридическое образование либо ученую степень по юридической специальности, а иные в силу обусловленной их статусом учредителей (участников) или трудовыми отношениями правовой связи между ними и организацией обладают практическими познаниями и могут довести до суда значимую информацию применительно к тем отношениям с участием данной организации, спор из которых вынесен на разрешение арбитражного суда, – отвечает как цели реализации права на доступ к суду, так и целям достижения процессуальной эффективности, экономии в использовании средств судебной защиты, прозрачности осуществления правосудия, поскольку позволяет сторонам разбирательства представить суду свои доводы максимально компетентно, наиболее полно раскрыть детали спорных материальных правоотношений», – отмечено в постановлении.

Следовательно, спорные нормы, требуя, чтобы при наличии у лица, участвующего в деле, нескольких представителей хотя бы один из них (за исключением лиц, осуществляющих представительство в силу закона, иного правового акта или учредительного документа организации) имел высшее юридическое образование либо ученую степень по такой специальности, не возлагают те же квалификационные ограничения на иных представителей данного лица. Такое правило не расходится и с подходами, принятыми законодателем в иных отраслях права (в частности, уголовно-процессуальном).

В налоговых спорах могут участвовать и представители юрлица без высшего юридического образования

«Такой исключительно формальный критерий, как наличие высшего юридического образования либо ученой степени в области права, а равно адвокатского статуса, не дает реальной гарантии оказания представителем эффективной помощи, поскольку многообразие споров, входящих в компетенцию арбитражных судов, сложность в регулировании отдельных правоотношений позволяют утверждать, что даже самый опытный адвокат не может быть достаточно компетентным во всяком арбитражном деле. Во многих случаях о необходимой квалификации для ведения дела может свидетельствовать наличие у лица, вовлеченного в деятельность представляемой организации, не столько юридического, сколько иного специального образования», – отметил КС.

Суд добавил, что отсутствие возможности привлечь в качестве представителей (наряду с адвокатами и другими лицами, имеющими высшее юридическое образование либо ученую степень по юридической специальности) тех лиц, которые связаны с организацией и в силу корпоративного участия, имущественных, трудовых отношений способны оказывать влияние на ее деятельность, несоразмерно ограничивало бы права участвующей в деле организации довести до суда свою позицию в тех случаях, когда организация заинтересована в представлении суду их объяснений.

В рассматриваемом деле, пояснил КС, Константин Бударин был глубоко вовлечен в деятельность общества, а его объяснения могли содержать ценную для суда информацию, так как рассмотрение налоговых споров касается разрешения не только сугубо правовых вопросов, но и правильности ведения бухгалтерского и налогового учета и отчетности, а такой вид деятельности осуществляют бухгалтеры, аудиторы и в целом лица, имеющие финансовое и экономическое образование. При этом в налоговых спорах распространена практика совместного представительства интересов налогоплательщика с участием одновременно профессионального юриста и профильного работника организации (исполнительного директора, главного бухгалтера, бухгалтера), обладающего финансовым или экономическим образованием и сведущего в тех аспектах ее деятельности, которые подлежат судебному исследованию. Следовательно, заявители по делу столкнулись с неоправданным и непропорциональным ограничением права на судебную защиту.

В связи с этим Суд признал оспариваемые нормы соответствующими Конституции и распорядился пересмотреть судебные акты по делу заявителей.

Эксперты «АГ» поддержали выводы КС

Адвокат практики разрешения споров юридической фирмы «Инфралекс» Михаил Гусев отметил, что постановление Конституционного Суда разрешает достаточно спорный вопрос о применении положений АПК РФ, касающихся ограничения участия в деле представителей, не имеющих высшего юридического образования.

Читайте также
Президент подписал закон о процессуальной реформе Верховного Суда
Закон вступит в силу со дня начала деятельности апелляционных и кассационных судов общей юрисдикции
29 Ноября 2018 Новости

По мнению эксперта, позиция Суда представляется обоснованной и логичной, поскольку нормы АПК РФ преследуют прежде всего не цели ограничения права участников споров на судебное представительство, а цель обеспечения представления интересов лиц, участвующих в деле, квалифицированными представителями. «При этом, как верно отметил Конституционный Суд, по отдельным категориям споров (например, по вопросам налогообложения организаций) участникам споров требуется не только квалифицированная юридическая помощь, но и детальное знание и понимание внутренней деятельности организации. Представляется, что изложенный КС РФ подход позволит снизить риск необоснованного отказа в привлечении в качестве представителей по арбитражным делам лиц, непосредственно участвующих в управлении делами организаций. Такой подход при его реализации может привести к рассмотрению судами споров с учетом всех обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, включая обстоятельства деятельности отдельно взятой организации», – убежден Михаил Гусев.

Юрист ART DE LEX Александра Козина напомнила, что Законом от 28 ноября 2018 г. № 451-ФЗ введено дополнительное требование для договорного представительства – наличие у представителя высшего юридического образования, при этом оно не предъявляется для органов юрлиц в силу ч. 4 ст. 53 АПК РФ, п. 1 ст. 53 ГК РФ. «Конституционный Суд допустил отход от указанных правил о наличии высшего юридического образования для иных лиц, не входящих в состав органов юридического лица, при наличии следующих критериев: лицо находится в тесной связи с организацией, обладает специальными знаниями, необходимыми для разрешения спора, и кроме него в процессе участвует хотя бы один профессиональный представитель. К таким выводам Суд приходит, выявляя цель введенных в 2018 г. новелл – минимальный стандарт обеспеченности сторон процесса квалифицированной юридической помощью, но стоит отметить, что это весьма вольное толкование императивной процессуальной нормы», – отметила она.

По словам эксперта, Конституционный Суд пытается исправить те отрицательные тенденции судебной практики, которые были выявлены по прошествии почти года с момента вступления в силу поправок в процессуальные кодексы. «Но и с теоретической, и с практической точки зрения Суд делает это неидеально, так как он не отвечает на ряд вопросов, которые, скорее всего, возникнут по ходу применения его позиции. В частности, означает ли, что для введения в процесс штатного сотрудника организации со специальными знаниями всегда необходимо будет привлекать юриста как второго представителя? А если в процессе в качестве представителя выступает руководитель организации? Иными словами, поскольку п. 3 ст. 59 АПК РФ разрешает руководителям организации представлять ее интересы в суде единолично, будет ли достаточно его присутствия для допуска в процесс иных штатных сотрудников по аналогии с делом в фабуле постановления?» – задалась вопросом Александра Козина.

Читайте также
Адвокаты прокомментировали наиболее интересные позиции по экономическим спорам из Обзора ВС № 1
При этом наибольшее внимание было уделено делам о банкротстве и налоговым спорам, имеющим важное значение для практики
16 Июня 2020 Обзоры и аналитика

По мнению эксперта, положительный ответ на данный вопрос полностью нивелирует требования п. 3 ст. 59 АПК РФ для организаций. «Это означает, что норма изначально была несовершенной, так как она не отвечает запросам практики. Отрицательный ответ налагает на организации дополнительное бремя по найму юристов для того, чтобы “допустить” в процесс нужного представителя, а это бессмысленные дополнительные издержки. Вне зависимости от ответа указанная проблема обозначила очевидные минусы введения образовательного ценза для представительства в суде. Это отмечает и Конституционный Суд: “…даже самый опытный адвокат не может быть достаточно компетентным во всяком арбитражном деле”. Логичным выводом из этого посыла было бы отдать на откуп организациям выбирать себе представителя из числа штатных сотрудников, если того требуют обстоятельства дела. Если же организация хочет воспользоваться услугами внешнего консультанта, то требование о высшем юридическом образовании не вызывает возражений, о чем Конституционный Суд уже неоднократно высказывался», – полагает юрист.

Александра Козина добавила, что Верховный Суд РФ также стремится скорректировать норму ч. 3 ст. 59 АПК РФ. «Например, в Обзоре судебной практики № 1 от 10 июня 2020 г. Суд допустил представительство без высшего юридического образования по делам о несостоятельности (банкротстве), сославшись на Закон о банкротстве № 127-ФЗ. Остается надеяться, что в скором времени появится разъяснение об объеме процессуальных правомочий, для реализации которых необходимо соблюдение требований ч. 3 ст. 59 АПК РФ. Вызывает много вопросов наличие требования о высшем юридическом образовании, например, для ознакомления с материалами судебного дела», – заключила она.

Рассказать: