15 мая Конституционный Суд вынес Постановление № 32-П/2026 по делу о возможности предоставления приемному родителю – сотруднику федеральной противопожарной службы отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет.
Суды признали законным отказ в предоставлении отпуска
Майор внутренней службы Вера Михеева служила в структурном подразделении Центра управления в кризисных ситуациях Главного управления МЧС России по Ленинградской области в должности главного специалиста. В апреле 2023 г. она и ее супруг заключили договор о приемной семье и взяли на воспитание двоих детей, приходящихся друг другу братом и сестрой. По договору о приемной семье детям установлено содержание, а приемным родителям – ежемесячное вознаграждение за счет средств бюджета Санкт-Петербурга.
Вера Михеева обратилась с рапортом о предоставлении ей отпуска по уходу за одним из приемных детей до достижения им возраста трех лет без сохранения денежного довольствия и выплаты ежемесячного пособия по уходу за ребенком. Однако по месту службы ей в этом отказали. С законностью данного отказа согласились суды, отметив, что приемные родители не относятся к числу лиц, которые имеют право на отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет, поскольку термин «опекуны» в отношении приемных родителей применяется только для определения прав и обязанностей таких лиц по отношению к ребенку, но не распространяет на приемных родителей все установленные для опекунов гарантии.
Также суды исходили из того, что в связи с получением приемными родителями вознаграждения возникает вопрос о наличии оснований для выплаты пособия по уходу за ребенком, притом что не предусматривается возможность предоставления сотрудникам федеральной противопожарной службы любого вида отпуска без сохранения денежного довольствия. ВС РФ отказал в рассмотрении кассационной жалобы на вышеуказанные судебные акты.
КС выявил пробел в правовом регулировании
В жалобе в Конституционный Суд Вера Михеева указала, что ч. 2 ст. 256 ТК РФ, п. 1 ст. 152 Семейного кодекса и ч. 8 ст. 57 Закона о службе в федеральной противопожарной службе не соответствуют Конституции, поскольку не позволяют предоставить приемным родителям – сотрудникам федеральной противопожарной службы отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет.
Изучив жалобу, КС указал, что Конституция РФ ориентирует органы государственной власти на создание условий, обеспечивающих гарантии господдержки материнства, отцовства, детства и семьи, а также приоритет семейного воспитания детей, оставшихся без попечения родителей. Использование договорного регулирования в механизме устройства детей, оставшихся без попечения родителей, призвано повысить эффективность выполнения государством принятых на себя публичных функций и позволяет наиболее полно учесть индивидуальные интересы как детей, так и лиц, заменяющих родителей (Постановление КС № 46-П/2024).
Суд отметил, что одной из таких гарантий обеспечения сбалансированного сочетания работы с воспитанием детей и уходом за ними является отпуск по уходу за ребенком, направленный на создание условий для надлежащего ухода за ним в первые годы его жизни. Законодатель предоставил право на такой отпуск как матери ребенка, так и его отцу, бабушке, деду, другим родственникам или опекунам, которые могут использовать его в полном объеме или по частям, в зависимости от того, кто из них фактически осуществляет уход за ребенком.
В постановлении поясняется, что отдельные виды государственной службы непосредственно связаны с обеспечением законности, безопасности личности, общества и государства. Лица, несущие такую службу, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливаются их правовой статус, а также содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним. К таким видам службы относится служба в органах федеральной противопожарной службы. Для госслужащих предусмотрена система гарантий, к числу которых помимо прочего относятся социальные гарантии, предназначенные для лиц, сочетающих исполнение служебных обязанностей с воспитанием детей.
КС подчеркнул, что специальное регулирование отдельных видов службы закрепляет перечень лиц, имеющих право на отпуск по уходу за ребенком, к которым относится опекун: применительно к службе в органах противопожарной службы в качестве имеющего право на этот отпуск среди прочих буквально указан попечитель, но по смыслу данного регулирования очевидно, что имеется в виду опекун. Между тем ни в ст. 256 ТК, ни в ч. 8 ст. 57 Закона о службе в федеральной противопожарной службе в качестве лиц, имеющих право на отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет, не поименованы приемные родители. Отсутствует в законодательстве, в том числе в ст. 152 Семейного кодекса, закрепляющей статус приемного родителя, и указание на то, что правовой статус приемных родителей в полном объеме приравнен к правовому статусу опекунов. Это препятствует однозначному выводу о том, что законодатель, предоставляя опекунам право на такой отпуск, предполагал наличие этого права и у приемных родителей.
Как пояснил Суд, при решении вопроса о предоставлении приемным родителям отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет определяющим является не его соотнесение с иными гарантиями, предоставляемыми лицам с семейными обязанностями, а признание того факта, что по отношению к детям, оставшимся без попечения родителей и взятым на воспитание в приемную семью, приемные родители выступают в качестве лиц, обязанных создать условия для содержания, воспитания, образования, всестороннего развития ребенка и уважения его человеческого достоинства, а также, особенно в первые годы жизни ребенка, обеспечить надлежащий уход за ним.
Приемные родители, принимая на себя обязанности по воспитанию ребенка, оставшегося без родительского попечения, осуществляют особую общественно полезную деятельность, заключающуюся в проявлении заботы о тех детях, которые оказались лишены таковой со стороны биологических родителей. При этом многие из них заинтересованы в продолжении осуществления трудовой или служебной деятельности, чтобы в том числе иметь возможность обеспечить такому ребенку достойные условия жизни в новой семье, причем в случае, если речь идет о ребенке раннего возраста, нуждающемся в постоянной заботе, – нередко после необходимого для этого перерыва. Именно предоставление отпуска по уходу за ребенком позволило бы указанным лицам временно не осуществлять трудовую или служебную деятельность для исполнения принятых на себя иных социально значимых, а именно семейных обязанностей с сохранением при этом возможности продолжения такой деятельности в том же месте по завершении этого периода. Данная гарантия, как указал Суд, кроме того, направлена на обеспечение реализации приемными родителями собственной естественной потребности в осуществлении заботы о детях и их воспитании, что является не только их нормативно предусмотренной обязанностью, но и правом, для осуществления которого государством должны создаваться необходимые условия.
«Необеспеченность же в действующем правовом регулировании предоставления лицам, являющимся приемными родителями и состоящим в трудовых (служебных) отношениях, этого отпуска может приводить к необоснованному ограничению как их прав, так и прав их приемных детей, которые в силу различных жизненных обстоятельств ранее были лишены семейного воспитания, заботы и внимания, а теперь ограничиваются в возможности получить их в полном объеме в новой семье», – указано в постановлении.
Таким образом, Конституционный Суд признал оспариваемые положения не соответствующими Конституции в той мере, в какой они не обеспечивают предоставления приемным родителям – сотрудникам федеральной противопожарной службы отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет. Он обязал федерального законодателя внести в действующее правовое регулирование необходимые изменения. До тех пор таким лицам по их заявлению предоставляется отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет с обеспечением связанных с указанным отпуском гарантий. Вместе с тем с учетом специфики государственной службы, а также с учетом того, что женщина в семье выполняет особую, связанную с материнством, социальную роль в обществе, в том числе предполагающую большую погруженность в каждодневную заботу о ребенке, в которой он особенно нуждается в случае болезни и в ранние годы жизни, при рассмотрении рапорта о предоставлении отпуска по уходу за ребенком являющемуся приемным родителем сотруднику мужского пола может учитываться наличие или отсутствие по объективным причинам попечения со стороны приемного родителя женского пола.
КС установил, что сделанные в постановлении выводы распространяются и на предоставление отпуска по уходу за ребенком в соответствии с аналогичными положениями федеральных законов об отдельных видах государственной службы, а также – уже без особенностей предоставления этого отпуска сотрудникам мужского пола – состоящим в трудовых отношениях и на государственной гражданской службе приемным родителям.
Нарушенные права Веры Михеевой не могут быть восстановлены путем пересмотра ее дела, поскольку ее дети уже достигли трехлетнего возраста, однако заявитель имеет право на применение в отношении нее компенсаторных механизмов, постановил Суд.
Эксперты оценили значимость выводов КС
Юрист общей судебной практики ЮК «Эклекс» Анастасия Довгаль отметила, что Суд признал определяющим фактором не связь отпуска с выплатой вознаграждения приемным родителям или пособия по уходу за ребенком, а именно обязанность по созданию условий для содержания, воспитания и надлежащего ухода за ребенком в первые годы его жизни. «Опекуны и приемные родители – это разные формы устройства детей, оставшихся без попечения родителей, однако цель такого устройства все еще одна и та же: максимально соблюсти интересы детей и обеспечить им право на счастливую жизнь со взрослыми, которые хотят и готовы о них заботиться. Представляется, что позиция КС РФ создает прецедент для возможного расширения иных трудовых гарантий, которые ранее предоставлялись только опекунам (например, режима неполного рабочего времени) на приемных родителей», – прокомментировала эксперт.
По мнению Анастасии Довгаль, такая позиция является логичной, последовательной, а также направленной на защиту интересов материнства, отцовства и детства. С точки зрения ежедневной заботы о ребенке в первые три года его жизни разница между опекуном и приемным родителем отсутствует. Поэтому, как полагает эксперт, постановление КС действительно направлено на защиту базового и в какой-то степени весьма очевидного принципа: приемный родитель должен иметь возможность лично ухаживать за маленьким приемным ребенком с сохранением рабочего места. «Безусловно, любое расширение предоставленных социальных гарантий может в дальнейшем повлечь злоупотребление. Но представляется, что в этом случае публичная цель таких социальных и трудовых гарантий кажется более чем оправданной – поддержка и защита всех форм заботы о приемных детях, а вопрос пресечения злоупотреблений может без проблем быть вынесен за скобки», – подчеркнула она.
Адвокат МКА «Корпорация Адвокатов Москвы» Андрей Рабизов обратил внимание, что институт приемной семьи является одним из краеугольных камней развития здорового общества и государства. «Деятельная поддержка приемных семей является важнейшим индикатором соответствия государства статусу социального, т.е. гарантирующего достойную жизнь человека. Приемные родители осуществляют особую социально значимую функцию, важность которой для РФ на нынешнем этапе ее развития невозможно переоценить. Именно поэтому для обеспечения приемным детям достойных условий жизни в новой семье представляется необходимым распространить на приемных родителей все закрепленные семейным и трудовым законодательством гарантии, включая предоставление отпуска по уходу за ребенком до трех лет. Иное означало бы фактическое ущемление приемных родителей в базовых социальных правах и в конечном счете привело бы к нарушению прав и законных интересов несовершеннолетних детей, что недопустимо», – подчеркнул он.
По его мнению, КС устранил один из наиболее чувствительных законодательных пробелов в сфере социального обеспечения приемных детей и их родителей. Изменения позволят в лучшей степени реализовать конституционные гарантии, установленные РФ как социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, полагает Андрей Рабизов.
Адвокат МКА «Сед Лекс» Екатерина Казакова полагает, что КС выявил значимый пробел в законодательстве, устранение которого при рассмотрении гражданского дела Веры Михеевой было невозможным. Как подчеркнула эксперт, постановление фактически не только обращает внимание законодателя на необходимость обеспечения в равной мере гарантий конституционных прав гражданам, находящимся в сопоставимых обстоятельствах, из числа лиц с семейными обязанностями, выявив пробел в правовом регулировании, но и отмечает такое несовершенство юридической техники, как неточное использование правовых дефиниций.
«Действительно, несмотря на наличие в семейном законодательстве России института приемной семьи, под которым понимается опека или попечительство над ребенком или детьми, которые осуществляются по договору о приемной семье, заключаемому между органом опеки и попечительства и приемными родителями, ТК не предусматривает гарантий предоставления работникам, выполняющим обязанности родителей в отношении приемных детей, не достигших возраста трех лет, отпуска по уходу за ними. Именно это обстоятельство и повлекло принятие судебных решений, которыми отказано в удовлетворении требований заявителя», – пояснила Екатерина Казакова.
Она обратила внимание: Президент РФ в своих выступлениях неоднократно подчеркивал, что национальным приоритетом государства является семья, вокруг которой должна выстраиваться вся политика государства как на федеральном, так и на региональных уровнях, а также совершенствоваться система поддержки семей с детьми. КС в рассматриваемом случае пришел к выводу о том, что выявленный пробел ограничивает не только трудовые права работников, но прежде всего права приемных детей, которые в силу различных жизненных обстоятельств ранее были лишены семейного воспитания, заботы и внимания, а теперь ограничиваются в возможности получить их в полном объеме в новой семье.
Как заметила Екатерина Казакова, Суд обратил внимание: сомнение в возможности распространения права на отпуск по уходу за ребенком на приемных родителей без прямого законодательного предписания может быть обусловлено и получением ими вознаграждения по договору о приемной семье, поскольку возникает вопрос о сочетании такого вознаграждения с ежемесячным пособием по уходу за ребенком, выплачиваемым в соответствии с положениями Закона о государственных пособиях гражданам, имеющим детей в период отпуска по уходу за ребенком до достижениям им возраста полутора лет. «Отмечая необоснованность такого сомнения, Суд сделал вывод о том, что при решении вопроса о предоставлении приемным родителям отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет определяющим является не его соотнесение с иными гарантиями, предоставляемыми лицам с семейными обязанностями, а признание того факта, что по отношению к детям, взятым на воспитание в приемную семью, приемные родители обязаны создать условия для содержания, воспитания, образования, всестороннего развития ребенка и уважения его человеческого достоинства, а также, особенно в первые годы жизни ребенка, обеспечить надлежащий уход за ним. Значимость такой позиции КС трудно переоценить», – полагает эксперт.
Екатерина Казакова подчеркнула: несмотря на то, что дело Веры Михеевой не будет пересмотрено, она добилась выявления пробела, устранение которого положительно отразится на судьбах приемных родителей и детей. Как полагает эксперт, это в очередной раз подтверждает, что юристы должны не только участвовать в разрешении споров, основываясь на действующих нормах материального и процессуального права, но и стремиться к тому, чтобы обращать внимание законодателя на пробелы в законодательстве и добиваться их восполнения, в том числе путем обращения в Конституционный Суд.
