×

Примирение с налоговой после неудачи в КС РФ

Должник заключил мировое соглашение с ФНС после попытки обжаловать неконституционность положений законодательства о порядке возмещения причиненного неуплатой налогов вреда
Анализируя правовую ситуацию и попытки разрешить ее через обращение в Конституционный Суд, один из экспертов отметил, что в жалобе заявитель поднял проблему правового статуса денежных средств, изымаемых государством вследствие совершения преступления. Говоря о заключенном мировом соглашении, другой эксперт обратил внимание на то, что по делам, где суммы долга перед бюджетом гораздо меньше, ФНС обычно даже не обсуждает возможность примирения.

Индивидуальный предприниматель был осужден по ч. 2 ст. 199 УК РФ за уклонение от уплаты налогов с организации в особо крупном размере путем включения в налоговую декларацию организации заведомо ложных сведений. В общей сложности долг бизнесмена перед бюджетом составил 275,6 млн руб., что сделало его крупнейшим должником среди ИП.

Суды удовлетворили иски Федеральной налоговой службы к предпринимателю о возмещении ущерба, причиненного его действиями государству, указав, что он подлежит возмещению в порядке ст. 1064 ГК РФ. Кроме того, в январе 2017 г. суд принял заявление ФНС о признании должника банкротом, позднее в его отношении были приняты обеспечительные меры в виде запрета на совершение сделок, направленных на отчуждение его имущества и распоряжение им.

После этого должник обратился в Конституционный Суд с жалобой на неконституционность ст. 1064 ГК РФ в части допустимости взыскания с лиц, привлеченных к уголовной ответственности по ст. 199 УК РФ, ущерба, причиненного бюджетной системе, при отсутствии установленного факта получения ими экономической выгоды от уклонения от уплаты налогов.

Определением КС РФ в принятии заявления к рассмотрению было отказано со ссылкой на общие правила деликтной ответственности. Суд указал, что положение оспариваемой статьи «направлено на конкретизацию конституционных гарантий защиты прав потерпевших от преступлений и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявителя, перечисленные в жалобе».

Комментируя обращение предпринимателя в Конституционный Суд, адвокат АП г. Москвы Василий Котлов подчеркнул, что в жалобе заявитель поднял одну из важных проблем – правовой статус денежных средств, изымаемых государством вследствие совершения преступления. «Взыскиваемые суммы порой значительно превышают нанесенный ущерб и не привязаны к реально полученным правонарушителем доходу или экономической выгоде. Более того, такой доход или выгоду не всегда возможно подтвердить документально». 

Он добавил: в данном случае не является очевидным, что признанное арбитражным судом обоснованным требование налогового органа к должнику, основанное на вступившем в законную силу приговоре суда, является по своей природе налогом, под которым понимается обязательный, индивидуально безвозмездный платеж, соответствующий ст. 8 НК РФ.

Адвокат АП Республики Башкортостан Рамиль Гизатуллин полагает, что Конституционный Суд принял решение в строгом соответствии с законом, так как в компетенцию Суда не входит проверка доказанности факта получения заявителем экономической выгоды от уклонения от уплаты налогов, что было предметом уголовного разбирательства. Эксперт предположил, что экономическая выгода выражалась в уменьшении налогооблагаемой базы путем включения в налоговую декларацию организации заведомо ложных сведений, что послужило основанием для доначислений со стороны налогового органа.

Адвокат Эдуард Асянов к этому добавил, что предпринимателю следовало говорить об отсутствии установленного факта получения им экономической выгоды от уклонения от уплаты налогов в ходе рассмотрения уголовного дела, а не ссылаться на это в жалобе в КС РФ. При этом он добавил, что хотя совершение преступления не всегда влечет для преступника получение выгоды, это не снимает с него обязанности возместить причиненный вред, если он все же был причинен.

После вынесенного определения КС РФ предприниматель и налоговая служба начали переговоры о мировом соглашении, которое утвердил 18 сентября Арбитражный суд г. Москвы. В подписанном документе значится, что предприниматель ежемесячно равными долями в течение года будет погашать задолженность в сумме 275,6 млн руб. При этом достигнута договоренность, по которой ограничительные меры по Закону о банкротстве в отношении должника применены не будут.

Комментируя подписанное соглашение, старший партнер АБ «Яблоков и партнеры» Ярослав Самородов заметил, что по делам, где суммы долга перед бюджетом гораздо меньше, территориальный орган ФНС обычно даже не обсуждает возможность мировых соглашений. Причины такой практики, по мнению эксперта, в следующем: «Внутренние регламенты ФНС разрешают территориальному органу самостоятельно отказывать в заключении мировых соглашений, но для их заключения обязывают согласовывать их с центральным аппаратом. Эта процедура требует участия нескольких представителей налогового органа разных уровней и съедает немало времени. Потому при неинтересных для бюджета суммах проще не идти на мировое, чем его согласовывать».

Кроме того, Ярослав Самородов отметил, что наличие у должника поручителей делает сделку выгодной для бюджета. «Пожалуй, кроме процедуры банкротства, поручительства и залога, других результативных инструментов нет. Переговоры – не самый удачный вариант потому, что во время их проведения должник может выводить активы», – заключил эксперт.

Адвокат Василий Котлов обратил внимание на то, что из текста следует, что имеется неопределенность относительно условий об обеспечении исполнения мирового соглашения: «Не сказано, привлекаются ли указанные в п. 12 поручители ИП в качестве солидарного или субсидиарного должника, в какой срок подлежит оформлению соответствующий договор поручительства. Это позволяет им оспорить соглашение, тем более что трое из указанных поручителей не являются подписантами соглашения».

А по мнению Эдуарда Асянова, универсального средства, для того чтобы сохранить бизнес должника и в то же время не допустить существенного ущемления прав кредиторов, – нет, так как каждый процесс индивидуален. «Ущемление прав кредитора возникает в основном в результате недобросовестного поведения должника, как то создание несуществующей кредиторской задолженности, сокрытие имущества и т.д. В связи с этим позиция должника должна быть предельно открытой и честной, позиция кредиторов – гибкой, учитывающей положение дел должника», – прокомментировал он и добавил, что, как правило, стороны договариваются и находят выход из любой стадии банкротства, поскольку нынешний Закон о банкротстве позволяет это осуществить.


Рассказать: