×

Верховный Суд разъяснил, как определять размер компенсации госслужащему при сокращении

Суд указал, что для верного расчета необходимо определять правовую природу всех выплат в виде материального стимулирования и поощрений, произведенных работнику в течение года перед увольнением
Фото: «Адвокатская газета»
Эксперты «АГ» поддержали позицию ВС, отметив, что она соответствует складывающейся практике. Один из них заметил, что в данном деле нижестоящие суды подошли к разрешению спора слишком формально. Другой отметил, что, поскольку на формирование фонда оплаты труда госслужащих влияют разные факторы, необходимо учитывать природу и цель соответствующих дополнительных выплат.

Верховный Суд направил на новое рассмотрение трудовой спор о выплате компенсации сокращенной сотруднице ИФНС, указав нижестоящим судам на то, что следует учитывать при определении ее размера в случае увольнения госслужащего.

Татьяна Воробьева с октября 1993 г. по апрель 2017 г. занимала различные должности государственной гражданской службы в налоговой инспекции по г. Мончегорску Мурманской области. Соответствующее подразделение было присоединено к межрайонной инспекции Мурманской области, поэтому сотрудница была уволена в связи с сокращением.

При увольнении Татьяна Воробьева получила компенсацию в размере своего шестимесячного денежного содержания. При расчете инспекция руководствовалась Правилами исчисления денежного содержания федеральных государственных гражданских служащих, утвержденными Постановлением Правительства от 6 сентября 2007 г. № 562. В соответствии с этим актом были учтены ее оклад, дополнительные выплаты, материальная помощь и единовременная выплата к отпуску, а также премии.

Она обратилась к работодателю с просьбой пересчитать компенсацию. В своем заявлении она указала, что инспекция не учла выплаченные Воробьевой средства материального стимулирования и полученные перед увольнением премии. По мнению работника, это привело к занижению размера ее месячного содержания и, как следствие, к неверному определению суммы компенсации.

Межрайонная ИФНС пояснила, что в данном случае действительно не были учтены материальное стимулирование и единовременное поощрение, выплаченные за счет дополнительных лимитов бюджетных обязательств на материальное стимулирование госслужащих сверх установленного фонда оплаты труда. Данные выплаты, по мнению работодателя, не учитываются при определении соответствующей компенсации, поскольку не включены в п. 2 Правил исчисления денежного содержания федеральных государственных гражданских служащих. Относительно премий инспекция указала, что они были учтены.

Полагая, что премии, начисленные ей в течение 12 месяцев перед увольнением, учтены не полностью, а также что суммы материального стимулирования тоже подлежали учету, Татьяна Воробьева обратилась в суд.

Оленегорский городской суд Мурманской области отказал работнику в удовлетворении ее исковых требований. Разрешая спор, первая инстанция исходила из того, что средства материального стимулирования государственных гражданских служащих не входят в состав их денежного содержания, не являются гарантированной выплатой обязательного характера, выплачиваются в пределах лимитов бюджета ФНС. Суд пришел к выводу, что эти денежные средства не подлежат учету при определении денежного содержания Воробьевой для исчисления компенсаций при увольнении.

Апелляция поддержала вывод первой инстанции. Оленегорский городской суд сослался на то, что письмо Минфина от 15 июля 2014 г. № 14-04-05/34482, касающееся дополнительного материального стимулирования на основании Постановления Правительства от 27 марта 2014 г. № 238-7, не отменяет действие приказа Минфина от 17 октября 2007 г. № 90н, которым утвержден порядок осуществления материального стимулирования госслужащих ФНС. Последним актом определено, что материальное стимулирование не входит в состав денежного содержания гражданского служащего.

Не согласившись с решениями, Татьяна Воробьева обратилась за защитой своих прав с кассационной жалобой в Верховный Суд, который, рассмотрев дело, вынес Определение № 34-КГ19-4 от 22 июля 2019 г. ВС указал, что суды первой и апелляционной инстанций неправильно применили правовые нормы, регулирующие спорные правоотношения.

Как указал Суд, фонд оплаты труда госслужащего формируется за счет средств, указанных в ч. 2 и 3 ст. 51 Закона о государственной гражданской службе, куда входят и иные выплаты, предусмотренные другими нормативными актами. Материальное стимулирование гражданских служащих, по мнению ВС, относится к указанным выплатам. Исходя из этого, нижестоящим судам необходимо было определить правовую природу произведенных работнику в течение 12 месяцев перед увольнением выплат в виде материального стимулирования и единовременного поощрения.

Верховный Суд обратил внимание на тот факт, что материальное стимулирование Воробьевой было выплачено ей на основании указа Президента от 7 мая 2012 г. № 601 «Об основных направлениях совершенствования системы государственного управления» и принятых в соответствии с ним постановлений Правительства, которыми предусматривались объемы бюджетных ассигнований сверх фонда оплаты труда на дополнительное материальное стимулирование гражданских служащих.

ВС подчеркнул: указанные акты должны были быть изучены судами в целях определения правовой природы полученных Воробьевой выплат в виде материального стимулирования и единовременного поощрения. Первой инстанции и апелляции следовало определить, являются ли указанные выплаты теми, за счет которых формируется фонд оплаты труда гражданских служащих. Однако суды не просили истицу предоставить акты, послужившие основанием для выделения соответствующих бюджетных ассигнований, на которые она ссылалась в обоснование своей позиции.

Нижестоящие суды исходили из того, что разъяснения, содержащиеся в письме Минфина от 15 июля 2014 г., не подлежат применению в данном деле. Однако ВС напомнил, что именно на Минфин возложены функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере бюджетной деятельности, поэтому при разрешении исковых требований Воробьевой необходимо было принять во внимание его позицию.

Также высшая инстанция опровергла довод о том, что письмо от 15 июля 2014 г. не подлежало применению, поскольку противоречило приказу Минфина № 90н. Противоречие, по мнению первых двух инстанций, заключалось в том, что письмо указывает на необходимость учета суммы материального стимулирования за счет бюджетных ассигнований при исчислении денежного содержания гражданских служащих. Приказ же, напротив, устанавливает, что материальное стимулирование не входит в состав соответствующего денежного содержания, пояснил ВС.

Кроме того, Верховный Суд разъяснил, что приказ Минфина касается материального стимулирования, которое производилось на основании Постановления Правительства от 25 сентября 2007 г. № 611 за счет средств, направленных на обеспечение деятельности ряда госорганов в 2007–2010 гг., и не входило в состав денежного содержания гражданского служащего. В свою очередь письмо Минфина касается дополнительного материального стимулирования гражданских служащих на основании Указа Президента от 7 мая 2012 г. № 601. Данные средства имеют, по мнению ВС, иную правовую природу, так как соответствующие выплаты производятся за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета государственным органам сверх фонда оплаты труда и выплачиваются государственным гражданским служащим в зависимости от достижения показателей результативности служебной деятельности. Поэтому положения Порядка осуществления материального стимулирования госслужащих ФНС в этом случае не подлежат применению.

С учетом этого ВС отменил акты нижестоящих судов и направил дело на новое рассмотрение.

По мнению адвоката АП г. Москвы Василия Ваюкина, нижестоящие суды при разрешении спора применили буквальный подход, тогда как ВС разъяснил, что раз денежные средства выплачивались систематически и являлись вознаграждением за труд, то их следовало учесть при расчете компенсаций.

«Суд указал, что денежные средства выплачивались систематически и являлись вознаграждением за труд, поэтому их следовало учесть при расчете компенсаций», – отметил адвокат АП г. Москвы Василий Ваюкин. Адвокат также привел аналогичные примеры из практики, сославшись на Определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС от 3 июня 2019 г. № 34-КГ19-1 и апелляционное определение Красноярского краевого суда от 27 марта 2019 г. по делу № 33-4449/2019.

Партнер юридической компании Law&CommerceOffer Виктория Соловьёва согласилась, что позиция ВС соответствует сложившейся практике. «Верховный Суд неоднократно указывал на ошибки нижестоящих судов, которые не определяли правовую природу выплат материального стимулирования», – сообщила она, сославшись на определение от 28 августа 2017 г. № 2-КГ17-13).

«На формирование фонда оплаты труда государственных служащих влияют разные факторы, в том числе источник и цель финансирования. Поэтому, безусловно, должны учитываться природа и цель дополнительных выплат», – подвела итог Виктория Соловьёва.

Адвокат и партнер МКА «Яковлев и Партнеры» Вероника Сальникова в комментарии «АГ» отметила, что Верховный Суд не только указал на обстоятельства, в которых не разобрались нижестоящие суды, но и пошел еще дальше, разъяснив, как формируется фонд оплаты труда государственных служащих за счет бюджетных ассигнований, а также какими нормативными документами следовало руководствоваться судам.

Рассказать: