Госдума приняла в первом чтении проект закона, направленного на создание дополнительных мер по противодействию общественно опасной деятельности диверсионной и террористической направленности (законопроект № 1045434-8).
Поправки предлагают внести изменения в ч. 2 ст. 20 УК РФ, направленные на расширение перечня преступлений, ответственность за которые несут лица, достигшие ко времени совершения деяния 14 лет, за счет включения в него ст. 205.1 «Содействие террористической деятельности», ст. 205.4 и 205.5, предусматривающих ответственность за организацию террористического сообщества или деятельности террористической организации, ст. 281 «Диверсия», ст. 281.1 «Содействие диверсионной деятельности», ст. 281.2 «Прохождение обучения в целях осуществления диверсионной деятельности», ст. 281.3 «Организация диверсионного сообщества и участие в нем».
Также предложено закрепить в ч. 5 ст. 35, регламентирующей нюансы квалификации действий организаторов и других участников различных организованных групп или преступных сообществ, совершивших конкретные преступления, указание на ст. 205.5 и ст. 281.3 УК. Кроме того, планируется предусмотреть в ч. 2 ст. 205.1 и ч. 2 ст. 281.1 квалифицирующий признак, состоящий в совершении действий, способствующих террористической или диверсионной деятельности в отношении несовершеннолетнего лица.
В ряд норм УК также вносятся изменения, направленные на повышение противодействия указанным преступлениям. Так, планируется отменить сроки давности по всем преступлениям диверсионной направленности; ввести запрет на условное осуждение за участие в диверсионном сообществе; ограничить право на ходатайство об УДО, которое станет возможным лишь после фактического отбытия не менее 3/4 срока наказания за диверсионные преступления, как это уже предусмотрено за террористические преступления; распространить на преступления диверсионной направленности запрет на назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено санкцией.
В пояснительной записке указано, что поправки предлагают дополнительные комплексные меры, направленные на обеспечение неотвратимости и соразмерности наказания в целях защиты жизни и безопасности граждан, обеспечение государственной безопасности, а также пресечение и упреждение преступлений. В настоящее время с учетом специфики ряда преступлений ст. 20 УК предусматривается уголовная ответственность в отношении лиц, достигших ко времени совершения преступления 14 лет. К таким преступлениям, например, отнесены убийство, похищение человека, кража, грабеж, террористический акт, прохождение обучения в целях осуществления террористической деятельности, участие в террористическом сообществе, участие в деятельности террористической организации, несообщение о преступлении, захват заложников и др. «Законопроектом предлагается восполнить законодательный пробел, установив аналогичный возрастной порог за преступления диверсионно-террористической направленности, которые совершаются умышленно и несут особую опасность для общества, очевидную для лица, совершающего преступления. В частности, речь идет о таких преступлениях, как диверсия; содействие террористической и диверсионной деятельности; организация террористического сообщества; прохождение обучения в целях осуществления диверсионной деятельности; организация и участие в диверсионном сообществе», – указали авторы инициативы.
Правительство РФ в отзыве поддержало предложенный законопроект со ссылкой на то, что он не противоречат актам более высокой юридической силы, в том числе договору о Евразийском экономическом союзе. В свою очередь, Верховный Суд РФ указал на отсутствие концептуальных замечаний и предложений к поправкам.
Заместитель председателя КА «Нянькин и партнеры» Алексей Нянькин считает, что обоснование принятия поправок выглядит разумным, поскольку отмечен существенный рост числа вовлечений в преступления диверсионной направленности лиц моложе 16 лет, что, с одной стороны, позволяет таким лицам избегать ответственности, а с другой – облегчает их склонение организаторами к диверсиям с обоснованием отсутствия рисков быть осужденными. «В части доказывания вины несовершеннолетних по-прежнему сохраняется обязанность стороны обвинения доказывать в силу положений ст. 20 УК то, что даже с учетом достижения установленного возраста уголовной ответственности лицо, совершившее противоправное деяние, отдавало отчет своим действиям. При этом, очевидно, что подросток, поддавшийся путем уговоров через соцсети и обещания небольшого вознаграждения, и в 14–15 лет должен понимать общественную опасность совершаемых им действий – как повреждение релейных шкафов или железнодорожных путей, так и иных действий, направленных на повреждение или уничтожение объектов жизнеобеспечения и критически значимой инфраструктуры, способной иногда повлечь гибель граждан или иные тяжкие последствия», – полагает он.
Председатель КА «Династия», доцент ГАУГН Борис Асриян заметил, что поправки, в том числе, затрагивают ответственность лиц, которые совершают преступления террористической направленности под воздействием «телефонных мошенников». «Поскольку это относительно новое явление, кажется, что государство решило пойти по более простому пути и вместо того, чтобы вводить дополнительную квалификацию, отнесло эти действия, появившиеся в последние годы, к самой строгой категории – «терроризм». При этом умысел таких людей часто далек от целей терроризма, а организаторы побуждают их к таким действиям под обманным предлогом, зачастую используя ложнопонимаемые ими благие побуждения, например, под предлогом борьбы с коррупцией или под угрозой разглашения данных о них правоохранительным органам. Однако, учитывая количество депутатов, выступивших инициаторами данного законопроекта, нет сомнений в его принятии», – заключил он.
Адвокат «СедЛекс» и проекта Федеральной палаты адвокатов РФ «Дети и закон. Грани допустимого» Константин Горин отметил, что принятие новых уголовных наказаний, определяющих суровые санкции в отношении лиц, собирающихся совершить диверсии в ближайшее время, отвечает одной из целей – предупреждению совершения новых преступлений и снижению количества совершаемых преступлений. «Пока же наблюдается обратная картина: количество диверсионных преступлений только в 2024 г. возросло более чем в три раза за последние пять лет, что является критической ситуацией, а значит, требуются дополнительные правовые инструменты, отвечающие растущей криминогенной обстановке в данном направлении. Законодатель предлагает изменения в том числе в отношении лиц, достигших 14-летнего возраста, в части содействия террористической деятельности, организации террористического сообщества, а также за диверсию, содействие диверсионной деятельности и прохождение обучения в целях осуществления диверсионной деятельности, организацию диверсионного сообщества и участие в нем. При этом за такие преступления не будет предусмотрено никакое более мягкое наказание, а наказание будет возможным вплоть до пожизненного заключения, будут отменены сроки давности, ограничится право на условно-досрочное освобождение, а также предполагается ответственность организатора диверсионно-террористической деятельности за все совершенные таким обществом преступления», – заметил он.
Еще одной целью уголовного наказания в российской правовой системе, как отметил адвокат, является, прежде всего, исправление осужденного. «В данном случае предусмотрены воспитательные колонии, отбывать в которых наказание несовершеннолетний может не более 10 лет. В отношении же совершеннолетних лиц говорить о реализации этой цели затруднительно. Скорее всего, выбор сделан в пользу предупреждения совершения новых преступлений осужденными лицами без веры в их исправление. Законодатель продолжает реализовывать политику, направленную, прежде всего, на обеспечение безопасности государства и граждан, так как совершение указанных преступлений зачастую имеет самые тяжкие последствия. Обращая внимание на примеры некоторых стран, которые, введя жесточайшие санкции в отношении преступных банд и лиц, имеющих любое отношение к их преступной деятельности, и наблюдая кратное снижение преступности после применения таких мер, есть уверенность в подобной работе правовых механизмов и в отечественной правовой системе в критических ситуациях», – убежден Константин Горин.
